Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

невообразимый шум. Бесчисленные практики вылетали за стены города, устремляя взгляды к горизонту. Там клубились грозовые тучи и вспыхивали яркие сполохи — проявления духовной энергии великих мастеров.

Во внутреннем дворе поместья Фан Бай, чувствуя эту подавляющую мощь, невольно сглотнул. Он еще не видел врага, но его уже охватил смертельный ужас. Трудно было даже представить, насколько ужасен противник.

Фан Гэн положил руку ему на плечо, заставив обернуться. Фан Гэн подал знак глазами, и Фан Бай инстинктивно посмотрел на Фан Вана.

Тот по-прежнему сидел в кресле, а на его лице играла предвкушающая улыбка.

— Эта аура кажется знакомой. Будто я уже встречал ее где-то.

— О, и у меня такое же чувство.

— Мы уже стары, немудрено и забыть. В былые времена мы бывали в этих водах, возможно, тогда и пересекались с этим человеком.

Три Бессмертных Глубокого Моря стояли в стороне и перешептывались. Давление Сферы Нирваны на них совершенно не действовало, что заставило даже Фан Ханьюя удивленно на них посмотреть.

Фан Ван произнес:

— Бессмертные, кто из вас хочет прогуляться?

— Я пойду!

— Нет, я!

— Пусть идет второй брат, — хором ответили Три Бессмертных Глубокого Моря, выдав сразу два варианта.

Фан Ван кивнул:

— Пусть идет Цянь-сянь.

Троих бессмертных звали Юй-сянь, Цянь-сянь и Чэнь-сянь в порядке старшинства. Они были братьями по секте, но за долгие века стали похожи как родные, так что их было трудно различить.

Услышав приказ, Цянь-сянь хихикнул и мгновенно исчез с места. От такой скорости у Фан Бая глаза на лоб полезли.

Сяо Цзы вздохнула:

— К слову сказать, я еще ни разу не видела их в деле.

Чжао Чжэнь тоже высунулся из Тыквы, Пожирающей Души, желая посмотреть на зрелище.

Услышав слова Сяо Цзы, Фан Ханьюй удивленно спросил:

— Вы не видели их в бою? Тогда как эти старшие...

Юй-сянь покачал головой:

— Стыдно признать, но мы даже не успели ничего предпринять, как господин нас подавил.

— Да, господин слишком силен, у нас не было ни единого шанса, — добавил Чэнь-сянь.

Эти слова заставили Фан Ханьюя и Фан Бая посмотреть на Фан Вана с еще большим любопытством и благоговением.

Фан Ван небрежно спросил:

— Как думаете, стоит ли мне лично наведаться в Священную Секту Похищения Небес?

Все замерли. Хоть он и произнес это будничным тоном, каждый почувствовал исходящую от него жажду крови.

Тем временем на поле боя Чжу Янь оказался в плотном кольце окружения. Его атаковали сразу несколько мастеров Сферы Великого Достижения, и ему приходилось несладко. К счастью, его жизненная энергия была колоссальной, и хотя его тело приняло на себя множество заклинаний, он не получил серьезных ран.

Святой Владыка Чан сражался с Дугу Вэньхунем, и Сфера Нирваны в итоге брала свое. Каждый его удар ладонью был сокрушительным и властным. Он даже не призывал свое Духовное Сокровище Жизни и не обнажал палаш в левой руке, подавляя Дугу Вэньхуня одними лишь ладонями.

Несмотря на то, что битва шла на высоте в несколько тысяч чжанов, их ауры заставляли землю внизу содрогаться, а некоторые горы начали покрываться трещинами.

Цзи Жутэн с мечом в руках приближался к эпицентру сражения, не сводя глаз с Дугу Вэньхуня.

Глава 194. Братья Цзи, явление Святого Духа

Копье Дугу Вэньхуня, подобно ледяному дракону, с каждым выпадом извергало потоки пронизывающего холода, который уже подступал к городу Наньцю.

Правая ладонь Святого Владыки Чана была окутана лазурным пламенем. Его удары были сокрушительны, а мощные порывы ветра от них разносились на тысячи ли, и это при том, что он намеренно сдерживал свою силу.

Династия Ци была одной из целей поглощения для Священной Секты Похищения Небес. Если бы он уничтожил ее сейчас, план можно было бы считать проваленным. Разумеется, он не хотел наносить вред землям и народу Ци.

Оба противника непрерывно поднимались выше, отдаляясь от земли.

Чем дальше они были от поверхности, тем ожесточеннее становилась их схватка.

Техника копья Дугу Вэньхуня была острой и властной. Когда его ледяная ци накрыла небосвод, его фигура стала расплывчатой — не потому, что он уклонялся, а из-за его невероятной скорости.

В конце концов Святой Владыка Чан обнажил клинок. Одним взмахом он рассек ледяную завесу, окутавшую небо на тысячи ли.

Взгляд Дугу Вэньхуня стал ледяным. Крепко сжав копье правой рукой, он нанес серию стремительных колющих ударов. Тысячи вспышек вырвались наружу, подобно небесной реке, пересекающей небосвод и озаряющей мир серебристым светом.

Святой Владыка Чан поднял меч для защиты, и в то же мгновение его фигура скрылась в бесчисленных сияющих всполохах.

Серебристый свет отразился на лице Цзи Жутэна, стоявшего внизу. На его губах играла улыбка, а алый длинный меч в руке мерцал кровавым блеском.

— Тц-тц, подумать только, мастер Сферы Нирваны издевается над младшим.

Раздался насмешливый голос. Святой Владыка Чан беспорядочными ударами меча развеял сияние копья и обернулся. С края небосвода, шагая по воздуху, приближался неопрятный старик.

Это был Гань Сянь!

Даже примкнув к Фан Вану, Три Бессмертных Глубокого Моря отказывались менять одежду, утверждая, что в этом и заключается их истинная суть.

Святой Владыка Чан прищурился, и выражение его лица резко изменилось.

Дугу Вэньхунь не стал пользоваться случаем, чтобы напасть на врага. Он лишь мельком взглянул на Гань Сяня и стремительно бросился вниз, на помощь Чжу Яню.

Однако не успел он пролететь и тысячи чжанов, как путь ему преградил Цзи Жутэн.

Дугу Вэньхунь свысока посмотрел на него и произнес:

— Твоя аура кажется мне знакомой. Мы встречались?

Цзи Жутэн вскинул меч и с улыбкой ответил:

— Моего старшего брата зовут Цзи Хаотянь.

— О? У Цзи Хаотяня есть брат? Почему же он никогда не упоминал об этом? Неужели вы и впрямь те самые легендарные Цзи? — холодно усмехнулся Дугу Вэньхунь.

Цзи Жутэн поднял меч перед собой так, что лезвие закрыло половину его лица. В его глазах промелькнула тень жадности:

— Братья в клане Цзи не так дружны, как в обычных семьях. Последний раз я видел брата, когда мне было семь лет. Тогда он рассказывал нам о своих странствиях в Южном Небосводе и упоминал тебя. Он отзывался о тебе с величайшим почтением.

Лицо Дугу Вэньхуня слегка изменилось.

Он знал Цзи Хаотяня меньше двухсот лет. Это означало, что стоящему перед ним человеку из клана Цзи не было и двухсот.

Дугу Вэньхунь направил копье на него и сказал:

— Раз так, позволь мне увидеть, насколько велика пропасть между тобой и твоим братом.

Взгляд Цзи Жутэна стал предельно сосредоточенным, и