Солнышко для Медведева, или Спаси нас, папочка! - Яра Саввина

— Умный же мужик, сразу видно, — тихо рассмеялась Светлана Сергеевна. — И чего вредничать?

Глава 35

Напряжение между мной и отцом постепенно спадало, растворяясь в искренней радости от того факта, что он жив и здоров. Причём, происходило это во многом благодаря нашей новой знакомой. Светлана Сергеевна ловко переводила разговор в более безопасное русло, если он снова сворачивал не туда, и делала это настолько незаметно, что понимание приходило уже позже. К тому же не боялась ставить моего родителя на место, причём, мягко и ненавязчиво. А это не так-то просто сделать с человеком, привыкшим всю жизнь отдавать приказы другим.

В общем, мы ещё и часа не гостили в её доме, а я уже уважала эту женщину за стойкость духа, твёрдость характера и житейскую мудрость, которой у неё хватало на всех нас.

Мне было прекрасно известно, как порой сложно с отцом. Но она умело усмиряла его буйный нрав, то добрым словом, то мимолётным прикосновением.

Глядя на то, как родитель тает под её ласковым взглядом, как злость уходит из его души, сменяясь умиротворением, я всё больше понимала, почему он боится её потерять. Она одним своим присутствием и добротой делала его лучше, помогая светлой стороне личности взять верх. Как? Для меня было загадкой.

Возможно, сказывался опыт прожитых лет, а может, умение сопереживать. Так или иначе, но эта женщина своей искренностью и открытостью сделала то, что не удавалось до неё никому — заставила отца прислушиваться к себе.

Время стремительно бежало вперёд, и день уже давно перевалил за полдень, когда мы вышли из-за стола, сытые и довольные. Чаем дело не обошлось, и кроме пирогов нас угостили борщом и котлетами, размеры которых впечатляли. Впрочем, Даня и бровью не повёл, когда хозяйка подложила ему на тарелку добавку, и умял всё подчистую, давая понять, какие порции у него в почёте.

— Мамуль, а папа не лопнет? — с восхищением прошептала дочка, глядя на то, как кусочек за кусочком с тарелки Медведева исчезает вторая котлета размером с ладонь.

— Это ты, милая, кушаешь, как Дюймовочка, — рассмеялась женщина, — да и мама твоя тоже, поэтому худенькие такие. У нас заведено иначе. Порой от того, насколько сытно поест мужчина или женщина перед походом в лес, зависят их жизни. Вот наши и не размениваются по мелочам. Есть так есть…

— Любить, так любить, — с улыбкой добавил мой родитель.

— Да, именно так, — смущённо ответила Светлана Сергеевна. — Ладно, разговоры разговаривать — хорошо, но дела сами себя не сделают. Вы сидите, отдыхайте, а мне нужно сходить на луг, корову подоить.

Услышав это, Злата тут же встрепенулась.

— А можно с вами? — сложив ладошки у груди, попросила она и тут же обернулась ко мне. — Мамочка, пойдём? Это же так интелесно!

— Если Светлана Сергеевна не против.

— С чего я должна быть против? Идёмте, конечно. Как раз немного познакомитесь с нашим сельским бытом. Может, понравится, и решите здесь остаться. Природа у нас красивая, люди душевные. Развлечений, правда, маловато, зато грибов-ягод…

— А мы пока обсудим парочку вопросов с Данилой без лишних ушей, — добавил отец, с усмешкой покосившись на Медведева, на что тот безразлично пожал плечами, не выказывая ни тени беспокойства.

Оставлять их наедине было немного страшновато. Но не подерутся же они, в конце концов?

— Я рада, что Дима вспомнил прошлое и обрёл семью, — выйдя из калитки, произнесла женщина, придерживая подойник и поглядывая на то, как Злата пытается поймать бабочек, порхавших с цветка на цветок. — Человек без прошлого, как дерево без корней.

— Я столько слёз пролила, думая, что он погиб, — поделилась, сглотнув вставший в горле ком. — Но теперь всё в прошлом. Кстати, а как вы с ним познакомились?

— Я часто хожу в лес за лекарственными травами, собираю для себя и соседей, — начала она неспешно свой рассказ. — Лекарства сейчас дорогие, так что готовлю настойки и вытяжки, сушу… В общем, выкручиваемся здесь сами, как можем. В один из дней и увидела его, лежащего без памяти неподалёку от болота. Дотащила волоком до дома, выходила… Он очнулся, но даже имени своего не вспомнил. На голове была рана, видимо из-за неё и случился провал в памяти. Ты упомянула в разговоре про самолёт, и я вспомнила, что за пару дней до этого видела, как пролетал один, цепляя макушки деревьев. Видимо, на нём и летел твой отец.

— Получается, он несколько дней пролежал без сознания в лесу? — ужаснулась я, вспоминая волков.

— Вряд ли. Скорее всего, сначала бродил по округе, а потом свалился без сил. Вот меня судьба и привела к нему на помощь.

— Спасибо вам, что не оставили отца в беде, — искренне поблагодарила я.

— Да не за что, милая. Любая на моём месте поступила бы так же.

— Это вряд ли, — пробормотала себе под нос.

— Не веришь в человеческое милосердие?

— Верю, но знаю, что есть оно не у всех. Убедилась на личном опыте.

— Сочувствую, милая. Порою жизнь бывает не простой, но мы должны быть сильными и верить, что после тёмной полосы, обязательно наступит светлая. Случай с твоим папой тому пример.

— Да, согласна, — кивнула я, вдыхая полной грудью прохладный воздух, наполненный ароматами луговых трав. — И очень надеюсь, что эта полоса задержится в нашей жизни подольше.

— Так и будет, милая, так и будет.

— Ой, мамочка, смотли, какие большие лога у этой коловы, — с восхищением воскликнула Злата, разглядываю пасущуюся на лугу животинку, к которой мы подходили всё ближе.

— Это Зорька, — с улыбкой произнесла Светлана Сергеевна и корова, словно узнав голос хозяйки, тут же подняла голову, радостно замычав. — А вот и Борька, — указала она на телёнка, выскочившего нам навстречу из кустов. — Приходится привязывать их подальше друг от друга, а то, хитрец такой, привык тянуть молоко из мамки, и на траву даже не смотрел. Пришлось исхитряться.

Перепрыгнув маленький ручей, из которого телёнок жадно начал пить воду, мы всем нашим дружным женским коллективом подошли к корове, тут же потянувшейся за лаской к хозяйке.

Глава 36

Наблюдая за Светланой Сергеевной, я вспомнила слова МарьПалны о том, что эта женщина не оставит в беде ни котёнка, ни кутёнка. И в душе не осталось даже тени сомнения, что это правда.

Любовь к природе и живым существам читалась в каждом её жесте, в каждом движении. И ей отвечали взаимностью. Те же бабочки не боялись садиться на её руку, что само по себе