Мандаринка для босса - Милана Лотос

Пироги я сложила в глубокую тарелку и поставила рядом. Полезла в ящик и достала листовой чай. Решила, что надо заварить терпкого свежего напитка к завтраку.

— Лиза. Ты долго, дочь? — Закричала я ребенку.

— Сейчас. Надо ещё личико Катюше помыть.

— Какой Катюше? У вас есть кошка? — Испугался Николаев. — У меня аллергия на шерсть.

— Нет у нас кошки. — Вытерла руки о полотенце и пошла в ванную. — Видимо, так она назвала твою куклу.

Спустя пару минут, мы вошли на кухню и ахнули. Чай был разлит по чашкам, на тарелках лежала яичница из двух яиц, с тушёными помидорами и сочной жареной колбасой. Аромат был такой насыщенный, что мой живот скрутило и он громко заурчал.

— Приятного аппетита, — произнёс Николаев, взял Лизу на руки и посадил на стул.

— Что это с тобой? — Я косо посмотрела на бывшего. — Какой-то ты странный!

— Нет. Ты просто плохо меня знаешь. И не предоставляешь возможности, показать себя со всех сторон.

— Спасибо, я нагляделась. Мне достаточно. — Нацепила на вилку кусок помидора и колбасы, окунула в желтки ломоть пирога и всё это положила в рот. — М-м-м. Вкуснота-то какая. Потрясающе!

— А я, что говорю? Всё для моих девочек! — Произнёс Павел и принялся за завтрак. Лиза тоже уплетала за обе щеки и не забывала кормить куклу. Она оказалась очень прожорливой.

Когда мы все доели, я услышала трель моего телефона. Подумала, что мама, поэтому сорвалась с места и побежала в прихожую. Где-то там была сумка с телефоном.

Взглянула на экран и увидела имя подруги.

— Алло, Валюш. Я уже в городе. Привет!

— Марго, крошка. Как доехала? Всё нормально?

— Да. Отлично. Лиза теперь со мной. Я счастлива. — Улыбнулась я и помахала ручкой своей мандаринке.

— Я рада, что ты в хорошем расположении духа, потому что у меня для тебя имеется не очень добрая весть.

Внутри всё оборвалось, и моё сердце пропустило удар.

— Говори.

— Не по телефону. Давай через два часа на нашем месте. Жду.

Глава 36. Разговор с Валей

Я положила трубку и закусила губу. Мне совсем не нравилось, то что сказала подруга. Ну, Валька!

Видимо, она ещё не знает, что за плохие новости в Средние века гонца казнили.

Думаю, пора возродить эту традицию.

— Вот чёрт! — Крикнула я в сердцах и направилась на кухню. Времени было в обрез, а мой бывший, кажется, не собирался уходить. Вот он уже пересел на мой стул и пьёт из моей кружки, одновременно разговаривает с Лизой и что-то показывает.

— Лизончик, ты уже покушала, девочка?

— Да, мамочка.

Подошла ближе и поцеловала ребенка в мягкую щёчку.

— Иди одевайся, через час выходим.

— Мы идём гулять?

— Да милая.

— Смотреть на волшебного кролика?

— Нет, сегодня не получится. — Присела на корточки. — Давай в следующий раз, хорошо?

— Но, ты обещала! — Спрыгнула со стула, топнула ножкой и сложила руки на груди.

— Лиза, давай на следующей неделе. У нас другие планы.

— Какие? — Наклонила рыжую головку, ожидая ответа.

Вот упрямая, и в кого она такая?

— Давай я тебе потом расскажу. Иди одевайся и не забудь потеплее укутать Катюшу. На улице холодно.

— Не забуду. — Радостно воскликнув побежала в комнату.

Я отвернулась и выдохнула. Кажется, я теряю хватку. Надо восстанавливать общение с дочерью, пока она начала называть меня тётей.

Я собрала посуду со стола и поставила в раковину. Повернулась и посмотрела на беззаботного Павла. Он доставал сигарету из пачки и снова собирался закурить. Да он издевается, что-ли? Кажется, вся кухня уже провоняла этим дымом. А этот всё не успокаивается.

Подошла и села рядом, взяла сигарету и засунула её обратно в пачку.

— Паш, тебе не пора?

— Ааа, ну да. Ну, да? — Нехотя поднялся и остановился в коридоре. — А куда ты собралась?

— Не твоё дело. — Сказала как можно мягче. — Езжай домой.

— Марго… — Подошёл ко мне и взял мои руки в свои. Я дёрнулась.

— С ума сошёл? Пусти!

— Не прогоняй меня. Моя семья — это ты и наша дочурка. Мандаринка.

— Не смей её так называть. Она моя дочь. Понятно? А теперь уходи. Мы и так опаздываем.

Николаев склонил голову и пошёл к двери.

— Можно напоследок сходить в туалет?

— О-о-ох, хорошо. Только быстро.

— Ну это уж как получится. — Усмехнулся Николаев и заржал как конь.

Мне было не смешно, я поднялась из-за стола и решила помыть посуду.

Открыла форточку, чтобы проветрить помещение и заметила сухие цветы.

— Да уж! Совсем про вас забыла. Ну что ж будем реанимировать. — Налила в пластиковую лейку воды и полила фикус и денежное дерево. — Вы только не умирайте, обещаю исправиться и больше о вас на забывать.

Заглянула в холодильник, чтобы посмотреть, чего не хватает и какие продукты надо докупить. Кажется, запомнила.

И только после этого направилась в комнату. Лиза сидела на диване в обнимку с куклой и смотрела мультик. Как она смогла включить телевизор, я так и не поняла. Такая маленькая, а с пультом разобралась.

— Лиза, а ты почему не одеваешься?

— Сейчас. — Ответил ребёнок не смотря на меня. Лизе явно больше нравилось смотреть мультик, чем собираться и куда-то идти.

Пришлось мне доставать одежду и одевать Лизу самой. Через пятнадцать минут мы были готовы и собраны.

Николаев стоял в прихожей с такой грустной миной, словно собирался на похороны. Он всё больше и больше меня бесил. Как он смог так ловко вернуться в мою жизнь, проскользнуть ужом и зацепиться?

А еще он напоминал клеща. Мне казалось я избавилась от него несколько лет назад, но, видимо, как с паразитом, нужно вынуть его до последней лапки, иначе никак — заползёт глубже и отравит всё, что только можно.

— Может вас подвести?

— Нет нужно. Езжай. Паш, спасибо, что подвёз. Больше твоя помощь не понадобится.

Мы все вышли из квартиры, и я заперла дверь.

Спустились вместе, а во дворе попрощавшись, разошлись. Я видела, как Николаев сел в свою машину и выехал со двора. Бывший ещё раз нам посигналил и помахал рукой. Лиза ответила, не понимая, что этот человек сделал нам несколько лет назад. Говорить об этом маленькому ребёнку я не хотела, да она и не поймёт.

Вот будет постарше, может быть расскажу, что из себя представляет её отец.

А пока пусть наслаждается дешёвыми подарками от непутёвого отца. Всё равно другого нет.

Подумав о Косте, я тяжко вздохнула и, прогнав наивную мысль, взяла Лизончика за пушистую варежку. Сжав маленькую ручку, почувствовала столько любви к этому ребёнку, что поняла, нам никто