Семь слонов - Игорь Патанин

Александрович Романов, директор НИИ биоинженерии на Васильевском острове. Институт занимается генетическими исследованиями, биотехнологиями. И что самое интересное — среди учредителей числится компания «Нейрофарм». Та самая, основанная Михаилом Зориным.

— Всё сходится, — Анна пролистала блокнот Кравцовой до конца, проверяя, нет ли там ещё упоминаний об этом институте. — Похоже, это и есть основная лаборатория «Стратега», где он разрабатывает новые версии препарата.

— И куда через два дня доставят образцы крови Софьи, — мрачно добавил Дорохов. — Что будем делать?

Анна задумалась.

— Нужно попасть туда до того, как они получат образцы. Без официальной поддержки, только своими силами.

— Серьезно? Только вдвоем? А как же ордер на обыск, группа захвата? Это слишком рискованно, Анна.

— Кому мы можем доверять? — она покачала головой. — Заместитель председателя СК в их списке. Судья Верховного суда. Неизвестно, сколько ещё чиновников и силовиков среди «коллекционеров».

— Но вдвоём это самоубийство. Особенно если там серьёзная охрана.

— Не обязательно вдвоём, — Анна слабо улыбнулась. — Майор Демидов и его группа произвели на меня хорошее впечатление. Профессионалы, умеющие хранить секреты.

— Ты им доверяешь?

— Мы проверим их по этим спискам, — она указала на бумаги. — И если их там нет, то да, я готова им доверять. По крайней мере, больше, чем официальному руководству.

Телефон Анны зазвонил. Номер не определился, но что-то подсказывало ей, что нужно ответить.

— Свиридова слушает.

— Здравствуйте, следователь, — голос на том конце был мужским, мягким, с лёгкой хрипотцой. — Мы с вами ещё не встречались, но я внимательно слежу за вашими успехами.

Анна замерла, делая Дорохову знак, чтобы он оставался на месте и не шумел.

— С кем я говорю?

— Вы можете называть меня «Стратег», — в его голосе послышалось лёгкое веселье. — Хотя моё настоящее имя вам уже известно.

— Михаил Зорин, — произнесла Анна, чувствуя странную смесь напряжения и триумфа от того, что наконец-то говорит напрямую со своим главным противником.

— Именно так. Рад, что нам не нужно тратить время на представления. У меня к вам деловое предложение, следователь Свиридова.

— Я вас слушаю, — Анна включила диктофон на своём телефоне.

— Вы проделали отличную работу, раскрыв некоторые аспекты нашей программы. И теперь перед вами стоит выбор: продолжать охоту или принять неизбежное. Я предлагаю третий вариант — сотрудничество.

— Сотрудничество? — Анна не скрывала своего скептицизма. — В чём конкретно?

— Присоединиться к нам. Стать частью программы. Не в качестве объекта, а в качестве партнёра. Равноправного участника. Мне нужны люди с вашими качествами — умные, решительные, бескомпромиссные.

— Зачем мне это?

— Потому что программа «Семь слонов» — это будущее, следователь. Будущее, которое неизбежно наступит, с вашим участием или без него. Я предлагаю вам место в этом будущем. Место среди тех, кто будет его формировать, а не подчиняться ему.

Анна задумалась, решив подыграть, чтобы получить больше информации.

— Допустим, я проявлю интерес. Что конкретно вы можете предложить?

— Власть, о которой вы даже не мечтали, — голос «Стратега» стал мягче, почти гипнотическим. — Доступ к технологиям, меняющим человеческое сознание. Возможность улучшить этот мир, избавить его от войн, преступности, фанатизма. Представьте себе общество, в котором нет ненависти, где каждый знает своё место и доволен им. Разве это не та утопия, к которой всегда стремилось человечество?

— Звучит прекрасно, — иронично ответила Анна. — Вот только методы вызывают вопросы. Похищения, эксперименты над людьми, убийства — это ваш путь к утопии?

— Становление любой революционной идеи требует жертв, — без тени смущения ответил Зорин. — Даже самые светлые умы человечества признавали это. Вопрос лишь в соотношении потерь и приобретений. Несколько десятков жизней против мирного будущего миллиардов — разве это не справедливый обмен?

— Вы говорите как фанатик, — заметила Анна. — Или как диктатор.

— Я говорю как реалист, следователь. Мир нельзя изменить, спрашивая у каждого разрешения. Нужно взять на себя ответственность и действовать.

— И чего вы хотите от меня, если я соглашусь?

— Для начала — приостановить расследование. Затем — передать мне все материалы, которые у вас есть. И наконец — встретиться лично для подробного обсуждения условий нашего сотрудничества.

— А если я откажусь?

В голосе «Стратега» появились стальные нотки:

— Тогда я буду вынужден рассматривать вас как угрозу. А устранять угрозы — моя давняя привычка. Вы видели, как я поступаю с теми, кто мешает программе. Даже с ближайшими соратниками.

— Беркут, Кравцова, ваш собственный брат, — перечислила Анна. — Вы не слишком цените преданность.

— Я ценю эффективность, — холодно ответил Зорин. — И понимание более важных целей, чем личная безопасность. У вас есть сутки на раздумья, следователь. Завтра в это же время я свяжусь с вами снова.

Звонок оборвался. Анна выключила диктофон и посмотрела на Дорохова.

— Ну что ж, теперь у нас есть голос «Стратега», — сказала она. — Хотя вряд ли он звонил с телефона, который можно отследить.

— Он же не всерьёз думает, что ты можешь согласиться? — нахмурился Дорохов.

— Не знаю, — Анна пожала плечами. — Но он дал нам сутки. Значит, у нас есть время подготовиться и опередить его.

— Каков план?

— Связываемся с Демидовым. Проверяем его и его людей по спискам. Если они чисты — привлекаем к неофициальной операции. Проникаем в НИИ биоинженерии сегодня ночью, пока они нас там не ждут. И находим доказательства, которые помогут вывести «Стратега» на чистую воду, — Анна сделала паузу. — А ещё нужно предупредить Елену Андреевну. Если они готовятся перевозить образцы крови Софьи, значит, девочка всё ещё представляет для них интерес. Нужно убедиться, что больница надёжно охраняется.

— Всё это очень рискованно, — покачал головой Дорохов.

— А у нас есть выбор? — Анна пожала плечами. — «Стратег» не оставит нас в покое. Это война, Дорохов. И либо мы нанесём удар первыми, либо окажемся среди тех, кого находят с белыми фарфоровыми слонами.

Через час им удалось связаться с майором Демидовым по защищённой линии. Он выслушал ситуацию, не перебивая, после чего коротко сказал:

— Я в деле. И шестеро моих лучших людей, которым я доверяю как самому себе. Без официальных бумаг, под мою личную ответственность.

— Это может стоить вам карьеры, — предупредила Анна.

— Если «Стратег» настолько влиятелен, как вы говорите, то наша карьера в любом случае под угрозой, — сухо ответил Демидов. — А если речь идёт о спасении людей и предотвращении чего-то масштабного, то личные риски не имеют значения.

Они договорились встретиться вечером в условленном месте, вдали от камер наблюдения и лишних глаз. Анна позвонила в больницу. Ей сообщили, что Софья идёт на поправку — девочка уже может вставать и даже немного ходить, а анализы показывают постепенное выведение неизвестного препарата из организма.

— Передайте Елене Андреевне, что я заеду к ним завтра, — сказала Анна дежурной медсестре. — И