Батальоны просят воды - Владимир Николаевич Прямицын

возможности получения воды. В этой ситуации единственным источником влаги становились горные ручьи, арыки, колодцы, талые воды. Чтобы утолить жажду, солдаты часто употребляли непроверенную воду, что влекло за собой заболевание тифом, паратифом, гепатитом.

В целях безопасного употребления воды из непроверенных источников Центральное продовольственное управление Министерства обороны подготовило указания об обязательном применении в таких случаях таблеток пантоцида. Сначала они были включены в горные рационы питания, а позднее и в сухие пайки, поставляемые в 40-ю армию. Таблетки представляли собой препарат белого цвета с легким запахом хлора массой 0,1 г. Обеззараживание воды осуществлялось путем растворения во фляге трех таблеток. Через 30 минут воду можно было употреблять без риска заразиться или отравиться. Каждому солдату, уходящему на боевые действия, выдавалась одна упаковка, в которой насчитывалось 20 таких таблеток[285].

Подготавливалась к выходу на боевые действия и техника. Наряду с прочими техническими мероприятиями в парках боевых и колесных машин проводилась помывка, а также разворачивались посты промывки фильтров. Заполнялись питьевой водой штатные емкости, предусмотренные в комплекте каждой боевой машины. В частности, в БМП-2 в состав ЗИП входил пятилитровый бачок для питьевой воды. Он представлял собой плоскую канистру с ручкой и закручивающейся горловиной, крепившуюся внутри машины к правому борту в ее носовой части[286].

В БТР-70 бачок для питьевой воды выглядел как круглый термос и закрывался крышкой, которую можно было использовать в качестве чашки. Он располагался на переднем торце сиденья десанта[287]. В танке Т-62 бачок для питьевой воды размещался в отделении управления перед сиденьем механика-водителя. Второй такой же бачок находился в боевом отделении и крепился к внутренней поверхности башни[288].

В дополнение к штатным бачкам, предусмотренным для удовлетворения потребности в питье лишь членов экипажа, перед выходом на боевые действия бронегруппы оснащались дополнительными емкостями для хранения воды. Каждый БТР или БМП брал на борт запас на 20 военнослужащих из расчета по одному литру на человека. Запас воды создавался при каждой единице бронетехники в двух резервуарах РДВ-12, либо размещался на одной из боевых машин в емкости ЦВ-4. Зачастую для хранения воды на боевых машинах использовались не специально предназначенные емкости, а любая подходящая тара.

Кроме питьевой воды, на каждой машине перед выходом на боевые действия создавался запас технической и дистиллированной воды. Ввиду того, что штатных емкостей для них предусмотрено не было, машины оборудовались дополнительными емкостями, которые крепились на полках или кормовых листах[289].

В дополнение к этим запасам две сутодачи воды заготавливались в транспорте дивизии. Наличие таких запасов обеспечивало 10–15-суточную потребность дивизии, что позволяло обходиться без ежедневного подвоза материальных средств из пунктов постоянной дислокации. В дальнейшем в ходе боевых действий, по мере расходования запасов воды, они пополнялись из развернутых пунктов водоснабжения, путем подвоза автомобильным транспортом либо вертолетами.

Подготовка к выходу на боевые действия завершалась проведением строевого смотра подразделений. В ходе этого мероприятия проверялись укомплектованность личным составом, его экипировка, состояние техники и вооружения, боеприпасов, средств связи, запасы материальных средств. Проверяя готовность к выходу на боевые действия, командиры обязательно удостоверялись в наличии запасов воды. Наиболее серьезное внимание при проведении смотра уделялось подготовке к действиям в горах[290].

О том, как это происходило в 70-й гв. омсбр в Кандагаре, вспоминает генерал-майор В. В. Антоненко: «Мы старались не собирать в одном месте значительного количества военнослужащих, чтобы не подвергаться лишний раз риску обстрела. Смотры проводили быстро и только по подразделениям. Обязательно проверяли наличие фляг и бурдюков. У солдат очень хорошо работал инстинкт самосохранения. Сразу после проведения строевого смотра, предшествующего выходу на боевые действия, они выкладывали из вещмешков сухой паек, заменяя его дополнительными патронами. По их логике, еду подразделению рано или поздно доставят, можно потерпеть. А без боеприпасов можно не выжить. При этом лишить себя запаса воды в пользу патронов никто не пытался. Более того, солдаты бережно несли с собой РДВ-12»[291].

Справедливость такого подхода была многократно подтверждена практикой ведения боевых действий в горах. Вспоминает Герой Советского Союза И. Н. Плосконос, в 1983 году старший лейтенант, командир роты 783-го отдельного разведывательного батальона 201-й мсд: «Одним из десантов была моя рота. В общем-то определили задачу на трое суток, выбросили нас с вертолетов в горы, но испортилась погода. Имея опять же опыт, я, слава Богу, взял с собой поменьше продуктов, а больше – боеприпасов и воды. Вместо трех суток, нам пришлось без поддержки авиации и доставки каких-то видов продуктов, воды и боеприпасов продержаться там десять дней»[292].

6.2. Характеристика снабжения войск водой при проведении широкомасштабных боевых действий (армейских операций)

Особенности физико-географических условий Афганистана, в том числе ограниченность количества и низкое качество его вод, оказывали значительное влияние на характер боевых действий и их всестороннее обеспечение. Наиболее сложным, с точки зрения водоснабжения, являлось обеспечение широкомасштабных боевых действий ОКСВ, проводившихся в форме армейских операций. В Афганистане термин «армейская операция» применяли к боевым действиям с привлечением нескольких соединений под единым оперативным управлением штаба 40-й армии[293].

Необходимость проведения таких операций обуславливалась невозможностью решения широкомасштабной задачи силами одного соединения из-за широкого привлечения его подразделений к выполнению охранных функций. Лишь объединив силы одного-двух мотострелковых и воздушно-десантных соединений, артиллерийских и инженерно-саперных частей, командованию 40-й армии удавалось собрать необходимое количество военнослужащих и техники для проведения масштабных боевых действий, охватывавших обширные районы страны[294].

За годы боевых действий в Афганистане советские войска провели 416 крупномасштабных операций. Они назывались, как правило, по названию местности, в которой проводились: Панджшерские, Кунарские, Алихейльские, Сурубийские, Кандагарские, Кундузские, Гератские и др.[295] Операции имели целью разгром крупных группировок противника в контролируемых ими районах, охрану военных и народно-хозяйственных объектов, обеспечение проводки крупнейших транспортных колонн. В наиболее крупных операциях принимали участие 10–15 тыс. человек[296].

В условиях горно-пустынной местности снабжение такой крупной группировки представляло большую сложность. Наряду с обеспечением войск боеприпасами и продовольствием важное значение уделялось вопросам водоснабжения. Опыт показал, что обеспечить водой военнослужащих при ведении масштабных боевых действий можно лишь в результате тщательно спланированных и взаимосогласованных действий подразделений полевого водоснабжения органов и подразделений тыла, медицинской службы, а также общевойсковых подразделений, назначенных для охраны и обороны пунктов водоснабжения.

При проведении операции каждая из служб выполняла определенный круг обязанностей. Инженерная служба отвечала за планирование водоснабжения, разведку воды, организацию пунктов водоснабжения с применением табельных средств добычи и обработки воды, развертывание крупных водозаборных пунктов, восстановление и использование водопроводных систем в населенных пунктах, снабжение войск инженерными средствами добычи