Миллиардер, ботан, король, спаситель. Билл Гейтс и его стремление изменить наш мир - Ануприта Дас

то, чтобы она формировала публичный образ Гейтса таким образом, чтобы повысить его авторитет в интересах фонда и укрепить индивидуальный бренд. В результате публичный образ соучредителя Microsoft трансформировался из всезнающего и властного главы технологического гиганта в искреннего исследователя мира и вдумчивого филантропа. Этот образ в значительной степени является искусственным, как утверждают несколько человек, знакомых с его деятельностью. Гейтс не тот человек, который просыпается каждое утро и думает о том, каким он предстанет перед публикой. Если ему приходится выступать перед аудиторией, он больше внимания уделяет репетиции своих тезисов. Если день связан с поездкой, его больше заботят книги в сумке и электронные письма, которые ему нужно отправить. Если предстоит встреча в Фонде Гейтса, он готовит вопросы, на которые хочет получить ответ, и, возможно, ищет в информационных документах пробелы в логике, на которые хочет указать.

Однако люди из окружения Гейтса, включая нынешних и бывших советников, сотрудников фонда и специалистов по коммуникациям, говорят, что в качестве филантропа миллиардер гораздо лучше понимает важность формирования своей медийной личности, контроля над ней и проецирования ее определенных атрибутов для поддержания своего личного бренда, чем во время работы в Microsoft, где он усваивал эти уроки управления имиджем с большим трудом. По словам людей, работавших с Гейтсом, потребовалось много учебы и тренингов, чтобы создать из него личность, пригодную для выполнения функций лидера фонда. В то время, согласно имеющимся документам, ставилась задача «превратить Билла из богатого технолога во вдохновляющего глобального лидера». Проводились репетиции и прогоны, имитировались сессии вопросов и ответов. Сотрудникам фонда приходилось напоминать ему, что нельзя свысока относиться к тем, кто задает глупые, на его взгляд, вопросы, а отвечать на них надо «широкими мазками», а не в сугубо техническом стиле, который был ему свойственен. Помогало и то, что он видел реальную отдачу: чем больше он выкладывался, тем больше положительных отзывов получал о работе своего фонда. «Ему по очевидным причинам нравились трансформация его имиджа и благожелательное отношение к нему, – говорил один из бывших высокопоставленных сотрудников фонда. – Общение на короткой ноге со знаменитостями и главами государств, королевские приемы по всему миру, толпы людей, жаждавшие услышать его мнение. Ему нравилось выставлять себя на всеобщее обозрение». Фонд и его миссия, которую бывший сотрудник обозначил как «Мы можем спасти мир», нашли отклик в мире, измученном затянувшейся войной в Ираке и масштабным финансовым кризисом 2008 года.

Средства массовой информации в основном благосклонно восприняли нового Гейтса. Новостные каналы без устали вещали о его эволюции как интеллектуала в области глобального здравоохранения, болезней, образования и изменения климата. В 2005 году Wall Street Journal опубликовал статью о «неделе размышлений» Гейтса[123]. Гейтс совершал подобные поездки и во время работы в компании Microsoft, но знакомство с этой частью его жизни помогло подчеркнуть его имидж интеллектуала. Технический обозреватель Дэвид Пог отметил «очевидное противоречие между Биллом Гейтсом – безжалостным бизнесменом с претензиями на мировое господство – и Биллом Гейтсом – энтузиастом и ученым, нацеленным на спасение миллионов жизней»[124]. Показанный на платформе Netflix трехсерийный документальный фильм 2019 года «В голове у Билла: попытка расшифровки» характеризует мозг Гейтса как национальное сокровище. События из детства миллиардера сопоставляются в этом фильме с его филантропическими начинаниями. Режиссером стал Дэвис Гуггенхайм, снявший «Неудобную правду» и «В ожидании Супермена». Фильм получил неоднозначные отзывы. Одни сочли его вдохновляющим, другие отвергли как заказной материал из жанра житий святых.

Формирование бренда Билла

На протяжении многих лет некоторые ближайшие сотрудники Гейтса ставили перед собой неофициальную цель номинировать своего босса на соискание Нобелевской премии мира. Гейтс и Френч-Гейтс были удостоены множества почестей за общественную деятельность, включая высшие награды таких стран, как Индия, так что не было ничего удивительного в том, чтобы попробовать замахнуться на главный приз. Некоторые сотрудники Gates Ventures Фонда Гейтса считали своей «первой и главной целью» периодически продвигать Гейтса в качестве претендента на Нобелевскую премию. Правда, были и такие, кто, по их словам, никогда не слышал каких-либо конкретных разговоров об этом во время своей работы в Gates Ventures, но в целом там никто не скрывал намерений использовать «бренд» Гейтса для привлечения внимания Нобелевского комитета, затрагивая такие знаковые моменты, как работу по искоренению полиомиелита или исследования малярии, в чем фонд сыграл большую роль.

В Фонде Гейтса это были скорее досужие разговоры, чем «программа из десяти шагов», по словам одного из бывших высокопоставленных сотрудников. Многие рассматривали такую премию как признание деятельности, которую они проводили. Разговоры на эту тему особенно оживились, когда роль фонда в глобальном здравоохранении и общем развитии вдруг резко возросла благодаря решению Баффета в 2006 году передать ему миллиарды долларов. «Клятва дарения» – кампания, начатая Гейтсом и Баффетом в 2010 году с целью привлечь больше миллиардеров к участию в благотворительности, – вознесла фонд на еще более высокий пьедестал, особенно на фоне финансового кризиса, который высветил растущее экономическое неравенство. «Все делалось ради этой цели, – вспоминал бывший высокопоставленный сотрудник, имея в виду Нобелевскую премию. – Именно для этого мы задействовали СМИ и нашу службу по связям с общественностью, внушая всем, что цель фонда – спасти мир, в котором каждая жизнь имеет равную ценность, а Билл руководит этой деятельностью». В то же время представитель Gates Ventures Алекс Рид утверждал: «Никогда не ставилось цели получения Нобелевской премии для Билла или Фонда Гейтса. Такая возможность даже не обсуждалась».

Неофициальная кампания по номинированию на Нобелевскую премию мира могла быть одной из причин, по которой состоялась встреча Гейтса с Джеффри Эпштейном, по крайней мере, один раз в 2013 году, согласно сообщениям СМИ. В период с 2011 по 2014 год Фонд Гейтса проводил весьма заметную кампанию по предоставлению грантов на борьбу с полиомиелитом. Искоренение полиомиелита было одним из одним из главных приоритетов Гейтса, и фонд сотрудничал с Rotary InterNational, некоммерческой организацией, которая возглавляла эти усилия. Сотрудники фонда надеялись, что их работа увенчается успехом. Эпштейн, который располагал широкой сетью влиятельных связей, сказал одному из бывших сотрудников фонда, что может помочь Гейтсу получить награду за его работу по борьбе с полиомиелитом. В конце марта 2013 года Турбьерн Ягланд, занимавший в то время пост генерального секретаря Совета Европы и председателя Норвежского Нобелевского комитета, устроил ужин для Гейтса в своей официальной резиденции во французском Страсбурге. По словам Ягланда, Гейтс хотел встретиться с ним, чтобы узнать больше о Европейской фармакопее – руководящем органе в составе Совета Европы, который осуществляет контроль качества лекарств, распространяемых на европейских рынках. Ягланду такой интерес показался вполне естественным. Насколько ему было известно, других причин для встречи