Развод в 40. Бывшая мисс «Никто» - Каролина Рипер

— Ну всё, понятно. Никого не выбрали. Просто не хотели говорить это в лицо.

— Да, я тоже так думаю. Они не нашли никого, кто подошёл. Мы тут просто время зря потратили.

— Столько дней впустую. Вообще не стоило приезжать.

Я смотрела вперёд, на Максима, который уже отошёл от центра и стоял рядом с Викторией, и чувствовала, что внутри нет разочарования. Я слышала эти голоса — «впустую», «не стоило», — но не разделяла их мнения. Смотрела на свои руки, на свои ноги, на своё тело, которое за эти дни стало слушаться, стало более уверенным. Вспоминала, как в первый день боялась даже подойти к краю бассейна, а теперь стояла перед камерой и улыбалась. Вспоминала, как на первом рисунке нарисовала только улыбку, и то выдавила, а сейчас видела себя целиком. Вспоминала слова Максима о внутреннем огне, о том, что я подхожу. И я точно знала, что мне всё равно — пригласят меня на работу или нет, — я уже выиграла.

Я подняла глаза на сцену и встретилась взглядом с Максимом. Он смотрел на меня несколько секунд, и мне показалось, что в его глазах мелькнула та же мысль. Или мне просто хотелось так думать. Я даже не стеснялась и спокойно смотрела на него.

Когда собрание закончилось, девушки начали расходиться. Кто-то уходил с грустными лицами, кто-то пытался улыбаться, но было видно, что внутри они разочарованы. Я не хотела идти в номер. Мне хотелось подольше задержаться, набраться больше эмоций, запомнить каждое мгновение. Спать можно и дома. Я вышла из зала, накинула ветровку и пошла по дорожке в сторону леса.

Вечер был тихим, прохладным. Сосны пахли хвоей и влажной землёй. Небо уже потемнело. Я шла по дорожке, смотрела вперёд, усталость смешивалась с тихой радостью.

«Даже если меня не пригласят, — думала я, — я уеду отсюда совсем другим человеком. Я снова научилась смотреть на себя и не отворачиваться. Я перестала бояться камеры. Я перестала бояться себя. Это главное».

Я дошла до того самого пруда, где сидела в первый вечер. Села на скамейку, обхватила плечи руками и смотрела на тёмную воду, в которой отражался месяц. Где-то вдалеке ухал филин. Было тихо и спокойно.

Глава 25

Глава 25

Глава 25

Внезапно телефон завибрировал в кармане. Я вздрогнула, достала его и посмотрела на экран. Незнакомый номер. Я хотела сбросить, но что-то заставило меня нажать «ответить».

— Анна? — раздался в трубке мужской голос, холодный и официальный. — Это Сергей Анатольевич, адвокат вашего мужа. Я звоню вам по поручению Олега Петровича.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Я не ожидала услышать это имя здесь, в этом тихом месте.

— Слушаю, — ответила я ровно, хотя голос слегка дрожал.

— Я хочу предупредить вас, Анна, — продолжал адвокат. — Олег Петрович настроен очень серьёзно. Его позиция твёрдая, и суд, скорее всего, встанет на его сторону. У вас нет никаких шансов сохранить квартиру или какие-либо активы. Более того, у меня есть документы, которые могут создать вам большие проблемы. Поэтому я настоятельно рекомендую вам пойти на мировую. Вернитесь домой, обсудите условия примирения, и вы сможете избежать долгой и дорогой судебной тяжбы.

Я слушала, а внутри меня поднималась холодная, тихая злость. Я смотрела на пруд, на отражение луны, и в голове проносились картины — наша квартира, Олег, Карина, выброшенный на лестнице чемодан. И вдруг я улыбнулась. Не нервно, а спокойно, почти насмешливо.

— Сергей Анатольевич, — сказала я, — вы знаете, я вам очень признательна за звонок. Действительно. Но я отказываюсь от примирения. Передайте Олегу, что я не боюсь ни его, ни ваших документов, ни суда. У меня есть адвокат. И я готова бороться. Мы с ним разводимся, и никакой мировой. А сейчас извините, я не в городе. Вернусь через пару дней, тогда и встретимся, если нужно.

— Анна, вы не понимаете... — начал адвокат, но я уже нажала отбой и сунула телефон в карман.

Я вздохнула полной грудью, чувствуя, как напряжение уходит из плеч. Я только что сказала «нет» человеку, который хотел меня запугать. И мне стало легче.

Я повернулась, чтобы идти обратно, и застыла. В двух шагах от меня стоял Максим. В лунном свете его лицо казалось почти серебряным, тени падали на скулы, и он смотрел на меня спокойно, но с каким-то странным выражением.

— Ты всё слышал? — спросила я, чувствуя, как краска заливает щёки. Да чего же я краснею всё время рядом с ним.

Максим молча кивнул. Он не улыбался, не насмешничал — просто смотрел на меня внимательно, глубоко, и в его глазах было что-то, что заставляло моё сердце биться быстрее.

Я почувствовала, как внутри закипает раздражение.

— Это некультурно, — сказала я, скрестив руки на груди. — Подслушивать чужие разговоры.

Но Максим не ответил. Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. И оказался так близко, что я чувствовала его тепло, слышала его дыхание, видела отражение луны в его глазах.

— Знаешь, — сказал он тихо, почти шёпотом, — я безумно рад, что твой муж — олень.

— Что? — не поняла я.

— И что он упустил тебя, — добавил Максим.

Он протянул руку, мягко взял меня за талию, и я не успела ничего сказать, не успела отстраниться, не успела даже подумать. Он притянул меня к себе, наклонился и поцеловал. Поцелуй был мягким, тёплым, чуть настойчивым, но не грубым. Я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги, как внутри разлетаются тысячи бабочек — как в юности, когда я ещё верила в любовь, когда была готова лететь и падать. Я не знала, сколько это длилось — секунда или минута. Я просто была в этом моменте и чувствовала, что хочу, чтобы этот момент не заканчивался.

Максим медленно отстранился. Его рука всё ещё лежала на моей талии, и он смотрел на меня сверху вниз, в его