Московский сыщик. 1903. Книга 3. - Максим Шаравин

Когда Белозёров уже был уверен, что через минуту старший приказчик Гусятникова будет в их руках и они вытрясут из него всё, что он знает, Захаров поднял голову. Его глаза тут же округлились от ужаса, и Василий посмотрел туда, куда был устремлён его взгляд.

Белозёрову оставалось сделать всего десяток шагов до ниши, в которой прятался дрожащий от страха Захаров, но он тут же остановился. Люди, идущие по залу, расступались перед двумя фигурами, уверенно и быстро шагающими сквозь толпу.

Василий замер, повернувшись и сделав вид, что изучает расписание на стене. Потом чуть развернулся так, чтобы видеть, как к укрытию приказчика приближаются двое мужчин. В их облике не было ничего примечательного или устрашающего. Обычные пальто, на голове простые картузы, ничем не выделяющиеся лица. Они были больше похожи на мастеровых или мелких служащих, чем на убийц. Но Белозёров сразу распознал в них тех, кем они являлись на самом деле.

Они быстро приближались, шагая прямо сквозь толпу и полностью контролируя всё, что происходит вокруг них. Их взгляды были абсолютно равнодушными к вокзальной жизни. Но главное, что выдавало их с головой, — это руки. Оба держали правые руки в карманах своих пальто, и ткань там характерно топорщилась, безошибочно выдавая наличие оружия. Это были не карманники и не вокзальные шулера. Это были профессионалы своего дела. Наёмники, которых Воропанов отправил за Захаровым.

Как они смогли выследить Захарова так же быстро, как и он с Рябининым, об этом Василий сейчас даже не думал. Все его мысли были заняты только одним: «Что делать дальше?»

Один из наёмников чуть отстал, прикрывая спину своего напарника и оглядывая толпу на наличие городовых, а второй целенаправленно направился прямо к нише за колонной. Лицо приказчика исказилось от животного ужаса, он открыл рот, чтобы закричать, но из пересохшего от страха горла вырвался лишь тихий хрип.

Наёмник достал из кармана руку с зажатым в ней револьвером системы Нагана и начал поднимать ствол, целясь Захарову прямо в голову. В этот момент на вокзале раздался оглушительный гудок отправляющегося поезда, готовый заглушить любой выстрел.

— Аристарх! — заорал Белозёров, одновременно прыгая к наёмнику и со всей силы нанося ему удар тростью по руке.

Грохот выстрела эхом разнёсся под потолком зала ожидания. Пуля врезалась в стену возле Захарова, выбивая крошки кирпичной кладки. Толпа мгновенно отреагировала: поднялся невероятно громкий крик. Женщины завизжали, пассажиры начали падать на грязный пол, закрывая головы руками, кто-то бросился бежать, сбивая с ног соседей.

Наёмник заорал от боли. Василий тут же нанёс следующий удар. В этот раз трость опустилась на голову наёмника, тот крякнул и стал заваливаться на пол.

К дрожащему и почти теряющему сознание от страха Захарову подскочил Рябинин. Схватив его за шкирку и подняв на ноги, он заговорил:

— Уходим, Василий! Быстрее, пока городовые не появились. Нам сейчас нельзя с ними пересекаться, сам знаешь.

Рябинин влепил пощёчину приказчику, приводя его в чувства.

— Где второй? — Василий повернулся ко второму наёмнику и увидел, что он тоже валяется на полу без сознания.

— Уходим, Василий, уходим! — торопил судебный следователь, начиная тащить за собой Захарова и подталкивая Белозёрова. — Я его вырубил рукояткой револьвера, пока он на тебя оружие наводил. Я видел их. Подошёл сзади. А когда ты крикнул, я сразу ему и саданул.

Василий подхватил под вторую руку Захарова. Они быстро пошли к выходу из вокзала сквозь бегающую в панике толпу, таща упирающегося старшего приказчика Захарова.

Глава 11

Белозёров с Рябининым с трудом запихнули Захарова в пролётку.

— На квартиру? — Рябинин посмотрел на Белозёрова.

— Нет. К князю, — ответил Василий, залезая в пролётку и садясь возле приказчика.

Аристарх Платонович назвал адрес квартиры князя Долгорукова и сунул извозчику в руку три рубля.

— Поезжай. Сильно не гони. Покрутись по улицам и по подворотням, прежде чем ехать по адресу, — приказал Рябинин. — И подними верх.

— Слушаюсь, ваше высокоблагородие, — извозчик спрыгнул с козел, быстро поднял верх, и через минуту пролётка уже тронулась.

Извозчик не спеша ехал по улицам, иногда сворачивая в подворотни, проезжал их насквозь и менял направление. Белозёров поглядывал назад, чтобы убедиться в отсутствии слежки.

— Можешь ехать по адресу, — наконец сказал Василий извозчику. Тот молча кивнул, выезжая из очередного переулка и сворачивая на центральную улицу, которая вела в сторону квартиры князя Долгорукова.

В тесноте экипажа пахло сыростью и грязным телом Захарова. Приказчик продолжал сжимать в руках саквояж и папку с невероятным упорством и силой. Рябинин, глядя на это, лишь усмехнулся. Пролётка неожиданно подпрыгнула на кочке, Захаров вскрикнул от неожиданности и снова задрожал от страха.

— Успокойтесь, Пётр Игнатьевич. У вас зубы от страха стучат громче, чем копыта лошади, — буркнул Белозёров, поморщившись от боли в груди.

Каждая кочка, на которой подпрыгивала пролётка, отдавалась резкой болью в груди Василия. Гонка до Николаевского вокзала не прошла для него даром. Белозёров считал единственным верным решением спрятать старшего приказчика у князя Павла Дмитриевича Долгорукова: только под охраной людей князя можно было надеяться, что Захаров останется в живых.

Через сорок минут кружений по улицам и подворотням пролётка въехала в тихий небольшой квартал в центре города, где располагался богатый четырёхэтажный доходный дом. В этом аристократическом квартале даже днём стояла сонная тишина, а на улице не было ни одной подозрительной фигуры. Все центральные трактиры, лавки и торговые ряды находились дальше.

— Заезжай во внутренний двор, — приказал Василий извозчику.

Пролётка проехала через арку и остановилась в большом внутреннем дворе, где сейчас стояло несколько карет жильцов, а кучера, устроившись на лавке, обсуждали последние сплетни из высшего общества.

Вытащив Захарова из пролётки, Рябинин и Белозёров повели его в дом.

— Мы к князю Долгорукову, — сказал Белозёров встретившему их в вестибюле управляющему.

— Вам назначено? — осведомился он.

— Нет, но он нас примет, — ответил Василий. — Скажите ему, что пришли Рябинин и Белозёров.

— Ждите здесь, я должен уточнить у князя. У меня нет на счёт вас никаких распоряжений, —