Черновик для Эффы 4 - Владимир Алексеевич Ильин

— Ты кушать будешь? — Смотрела Аллита на мое жаркое.

Я, будучи в размышлениях, кое-как доедал суп.

— Буду, — буркнул ей, на всякий отодвигая тарелку подальше.

— Тогда добавку возьму, — щелкнув пальцами, потребовала она у Данеша придвинуть кастрюлю поближе.

Аппетит проснулся, надо же.

«Итак», — вернулся я к размышлениям. — «Какая может быть причина для негласного наблюдения за населением?»

Вернее даже, за широким кругом — в кадр попадут все, поэтому мотив должен быть серьезнейший.

Нет ничего серьезнее государственных интересов. И пресечение усилий по свержению власти — первейшее из них. Особенно, после грянувшего недавно теракта.

Но нас с Эффой подозревать никак не выйдет! У меня — высший уровень лояльности. У Эффы — аналогично. Государственные награды, допуски, все на свете — никак не развернуть государственную машину против нас.

«А кто сказал, что следят за нами?» — Даже замер я с ложкой в руках, так и не донеся ее до рта.

Отметил, что Аллита присматривается к ее наполнению, и завершил маршрут ложки, принявшись неспешно пережевывать.

«Что делать, если нельзя преследовать чистого перед законом человека? Надо сделать его грязнее. А как это сделать?»

Да уж известно как. Просто включить в число практикантов «крайне неблагонадежного» гражданина. Желательно — террориста, бомбиста, убийцу, участника революционного движения или подозреваемого в этом.

Подсадить к нам такую личность несложно — раз уж мы получили «случайное» назначение, то и он — тоже столь же случайно получит свое.

И вот за этим мерзавцем можно смело следить. Отслеживать его разговоры, анализировать подрывную деятельность, попытки вербовать. Естественно, интересы гражданских будут учтены — поэтому записи будут проанализированы «компетентными людьми», а не местными служаками. Ну а дальше варианта два — либо Канцлер рассчитывает услышать в разговоре, что таллиум у нас, и будет прижимать этим. Либо, если не услышит желаемого, просто состряпает обвинение в революционной деятельности — и уже в застенках будет вариант пообщаться с нами плотнее. Это из обычной полиции нас вытащат — люди мы честные, знакомых много. А вот обвинение в госизмене — такая неприятная штука, что можно исчезнуть навсегда.

Есть и третий вариант — когда группа захвата из Харрита вломится сюда, чтобы похитить нас, обвинить в этом можно будет мерзавца-изменника. Мол, это его харритские дружки прибыли, чтобы забрать его на ту сторону хребта — а остальных они прихватили из своих людоедских побуждений.

Доев жаркое, я попросил у капитана разрешения отбыть к полковнику. Следом такое же разрешение получила Эффа и направилась за мной следом.

— Что случилось?

— Почему должно что-то случиться? — Изобразил я удивление.

— Ты всю ложку искусал. Еду Мелли себе не забрал. Добавку проигнорировал. Компот не выпил, — привела она последний убойный довод.

— Может, я просто заболел. — Буркнул я.

— И пошел заражать нашего славного командира? Тан, что случилось? — Шла она за мной по коридору, затем по лестнице вниз.

— На улице скажу. — Снизил я тон.

Уж больно гулкое тут здание.

Как отошли от столовой подальше, начал излагать Эффе все, что увидел за железной дверью. Свои мысли — сначала ошибочные, потом те, что показались мне убедительными и достойными беспокойства.

Эффа некоторое время молчала, переваривая услышанное. Но главное — не спорила.

— И кто это может быть? — Задала она главный вопрос.

— Тоже ломаю голову. У нас прекрасный коллектив — инопланетянин, похищенная принцесса, участница заговора против Канцлера… А тут какой-то мерзавец портит наши ряды.

— Не паясничай, — была Эффа слегка бледноватой. — Ты понимаешь, что нам подсадили настоящего мятежника? Ты хоть раз сталкивался с ними?

— Эти — с пушкой и таллиумом — считаются?

— Значит, не сталкивался. Надо идти к полковнику.

— Какое совпадение. Я как раз туда иду.

— А? Извини, я задумалась. — Мотнула Эффа головой.

— Есть, конечно, вероятность, что наш революционер среди тех, кто не смог приехать. — Предположил я. — Или этот Сарел сломал себе руку и умотал по своим революционным делам.

— Или он все еще среди нас. Они практикуют захват заложников. Подрыв важных узлов связи и снабжения. Вербовку ключевых лиц в своих интересах. Что бы он ни планировал, это надо пресечь.

— И при этом он спокойно учится?

— Потом, — отметила мисс Сойер место обитания командования и ускорила шаг.

В этот раз вон Хемли пришлось подождать — он тут не для нас работает, дел и совещаний у него валом.

Обед у практикантов специально смещен, чтобы мы не пересекались с офицерами и солдатами, так что минут сорок ждали, пока у всех наконец-то настанет обед, после чего отправились портить аппетит командиру — он, наконец, распорядился нас пригласить.

Договорились, что говорить будет Эффа — ко мне полковник имел некоторое предубеждение, как и всякий мужик, которого что-то заставляют делать против его воли. С мисс Сойер же они дружили — и поверит он ей охотнее.

Только радости ему этот разговор точно не добавил.

— Где жесткие диски?

— Уничтожены, — не моргнул я и глазом. — Сэр, я хотел бы попросить ключ от железной двери в рабочей комнате.

— Ключ не нужен. Нужны досье на практикантов. — Вставила Эффа.

— Ключ очень нужен, чтобы все наши хорошенько наследили, и лично на меня не упало подозрение.

— Ключ не нужен. Вечером майор откроет дверь, и мы еще пару комнат себе отожмем. Нам нужно где-то гладить вещи, нужны шкафы, которые там уже есть.

— Я не упоминал, но пока я смотрел систему, в помещении бывшего командира находилась Келли. Она зашла туда с кружкой, чтобы полить цветы.

— Келли Шоун? — Нахмурился полковник, пытавшийся совместить две половинки сломанного карандаша обратно — сказанное Эффой ему не сильно понравилось.

— Первый курс училища, рыженькая, безобидная милашка, — прокомментировала мисс Сойер, глядя на меня. — И что?

— Угу. Девочка, которая с первого раза зарядила свой СЭП.

— Все зарядили. Кроме того придурка Сарела.

— Все — это кто? — Был я спокоен. — Я на третьем курсе, Мар на третьем, Данеш на втором.

— Я тоже на первом.

— Ты — пилот. Тебе привычно передавать заряд через проводник. Откуда навык у первокурсницы Шоун? Она нелегальный гонщик?

— Ключ-то тебе зачем?

— Да я вот вспомнил, что цветов в