Примирение - Альбе Альбертова

больше, тем больше вероятность вынести Могильную Лихорадку, но Лалин. Сейчас нас и так практически нет. И такими темпами мы очень долго не дойдем до действительно критических количеств, так почему же не уничтожить это место. Может не уничтожить? Не знаю, но хотя бы свернуть пространство? Будет нужно, Лес создаст новое. Но нет, вместо этого мы продолжаем играть с Судьбой, хотя все прекрасно знают — у нее нельзя выиграть. Самое большее чуть отсрочить наступление результата или приговора. Кому как больше нравиться...

— Тише, Лире, тише. Не надо нарушать покой этой ночи, когда еще будет такая благодать? Это все прекрасно понимаем и мы и орки, но доверие. Настоящее доверие появиться гораздо позже. Если появиться вообще.

— Не надо быть такой пессимисткой. Все будет, да не сейчас, но будет. Верь в это и оно случиться. Для чего мы собственно говоря и нужны.

— Надеюсь, это то что нам остается. А насчет Города его решили уничтожить. Этим займется сама мама. Так что будь спокойна, избавляться от лишнего и не лишнего она умеет в совершенстве. Кстати тебе наверное не сказали, но убийц орков, помнишь ты мне об этом сказала, выдали нам. Орки рвались их уничтожить, но маме вместе с их Советом удалось убедить, в том что они могут стать полезными нам. Пока они у нас...

— Правда полезны? — засомневалась я, пытаясь в темноте заглянуть ей в глаза.

— Конечно, — удивилась Лалин. — Любая жизнь полезна сама по себе.

— Я знаю, — чуть улыбнувшись ответила я. — Основы Мироздания.

— Они самые.

— Спасибо что пришла...

— Это намек — пора уходить? — усмехнулась Наследница.

— Как тебе сказать?

— Я поняла, значит правда пора. Запомни если что скажи мне. Обязательно.

— Хорошо. Непременно, — пообещала я.

И улыбнулась. Она ответила мне тем же. Мы обе прекрасно понимали, я промолчу, но надо же было попытаться убедить друг друга и себя в обратном. К сожалению для этого надо выбирать более отдаленного человека, а не подругу детства и свою тевиора.

Еще мгновение спустя она растаяла в воздухе, сразу стало холодно, значит, все это время она поддерживала тепло, а я не заметила. Несколько раз вздохнув, я вернулась к дому. Дерево почти освоилось на новом месте и теперь врасталось в этот слой реальности и вероятности. Это означает что мы здесь надолго. Чуть прикоснувшись к нему, и потянувшись к сознанию, я увидела, почувствовала, что оно в полу-спячке. Для него тяжело дался наш переезд. Больше так делать не буду, пообещала я себе...

Только я собиралась войти в дом, как на полянку перед ним выскочил небольшой зверек и остановился в паре шагов от меня. Это что? Маленький пушистый с длинным хвостиком и выступающими ушками с меховыми кисточками. Очаровательно. Длинным с полруки гибким телом беловато — серым телом и черными точками. Зверек умилительно смотрел на меня, я сходила в дом и принесла ему несколько кусочков вяленого мяса. Зверь довольно начал есть, как хорошо, что хоть кому-то стало лучше.

Купание смыло усталость дня, и сон пришел, моментально окутав меня чем-то теплым и мягким. Как хорошо быть ДОМА...

Ко мне кто-то пришел. Я проснулась от прикосновения дерева к сознанию. Интересно кто ходит в гости по утрам на рассвете, сейчас пора поздней осени, солнце встает поздно. Время сильных холодов, хотя Лес защищен от снегов и морозов, но месяц осенних холодов — наш, я нехотя вылезла из кровати, придавить бы гада...

Или гадину, вернее монстрика. Теперь уже точно моего, когда-нибудь лет через сто, спрошу, что вызвало у нее такой интерес ко мне. Сейчас нельзя, это разрушит хрупкое доверие между нами, ведь что-то заставляет ее держаться около меня. А может она просто чувствует, как где-то глубоко в душе, я ее уже люблю? Я улыбнулась сама себе, ведь правда люблю, такую навязчивую, упрямую и обаятельную. Передо мной снова предстала невысокая, грациозная, но уже с небольшим намеком на массивность. Миловидная с острыми ушками, тонкими скулами, огромными зелеными глазами и копной темно-русых волос, когда — нибудь она станет красавицей.

— С добрым утром, тетя эльф, — улыбнулся мне орченок, прижимая к себе боевой топор.

— С добрым. И как тебя мама из дома с топором выпустила? — строго спросила я, пытаясь спрятать улыбку.

— Она не заметила, как я ушла, — похвасталась ребенок. — Вчера вернулся папа, и она была занята, — гордо закончила она, — мама думает, что я сплю, я попросила дерево сделать мне окно, чтобы уйти.

Наверное не часто подобного ребенка оставляют предоставленного самого себе.

— Ты хотя бы позавтракала?

— Нет, спешила к вам. Кто знает, вдруг на вас напали, — честно посмотрела мне в глаза она. — Вы ведь теперь далеко от Стана, никто не услышит, что вам нужна помощь. А у вас еда есть? Нам хватит?

Понятно, я ее еще и кормлю. Что будут дальше?

— Пошли в дом, поедим, что найдем и пойдем в город за продуктами.

— Хорошо. А на охоту мы пойдем?

Великий Лес я про нее совсем забыла. Надо забежать к мастеру, не помню как его там узнать как у нас дела.

— Не знаю, но на охоту если что пойду без тебя, а то вдруг что случится, меня твои родители прибьют.

В душе скажут спасибо, только я этого уже не услышу. Перекусив на скорую руку мы отправились в Стан. Ребенок категорично отказался оставлять здесь боевое оружие — символ своего рода, пришлось тащить железку с собой. А весит она надо отметить прилично, такой просто по голове ударишь и нет больше живых, только мертвые.

Стан еще только просыпался, на улице было тихо, чуть пахло дымом. С огромным трудом я пыталась уговорить ребенка зайти домой и сказать, что она со мной. Монстрик категорично не соглашался, тут к счастью меня осенило. Первый же встречный орк указал дорогу к дому ее родителей. Корна хотела, было отстать, но так как я шла впереди и несла оружие рода, совесть ей этого не позволяла.

Родители обнаружились во дворе. Они что-то оживленно обсуждали, речь была быстрой, не очень понятной для меня, по крайней мере, но довольно эмоциональной, заметив нас, а вернее меня все замолчали. Кроме них. Там присутствовало еще пять орков. Судя по бусинам родня.

— Корна, я тебя просила не брать фамильный боевой топор? — мать Корны пыталась выглядеть строгой, ей это плохо удавалось. Радость оттого, что с ней все в порядке легко читалась на ее лице.

— Да, мамочка.

— Ты взяла? — продолжала допытываться она строгим, усталым голосом.

— Да, но я должна защитить тетю эльфу, —