Становление Патриарха - Сергей Александрович Малышонок

её точки зрения, было вполне вежливо сказать важные вещи прямо в глаза независимо от того, могут они кого оскорбить или нет, ведь это — важные вещи, утаивать их — плохо, а значит, невежливо и не по-дружески. Иными словами, заявить в глаза вампиру весь список того, в чём его подозреваешь, и рассказать при нём хозяйке, что он — плохой, злобный и надо бежать, — это очень вежливо и по-дружески, в том числе и к вампиру, ведь она говорит важную правду! А ещё не врёт, не замалчивает проблему и не лукавит, то есть она — хорошая, она — молодец, она — умница, а те, кто этого не ценит, — они глупые и плохие.

Как ни парадоксально на этом фоне, но понятие «тактичность» она тоже знала и даже понимала его вполне привычным для нормального человека образом. То есть отвлекать кого-то от дела и спрашивать что-то личное, чего не хотят рассказывать другим, она бы не стала, ведь так делать плохо и некрасиво. Однако… как и в случае с вежливостью, если вопрос касался чего-то важного, то тактичность летела нафиг, ибо… далее цитата: «Ты глупый! Важное потому и важное, что важнее всего другого, которое неважное! Важное надо говорить быстро и сразу, иначе может случиться беда! Большая беда! И виноват будет тот, кто не сказал важное, когда мог! Так делать плохо! Неправильно! Понял ты, глупый вампир⁈».

И да, отучить её называть меня вампиром тоже было сложно, и это было одной из причин, почему мы не особо спешили с зачисткой. Но, так или иначе, новый лук Линвэль, ловушки Айвел и моя магия в конечном итоге привели к закономерному финалу — и племя было вырезано. Заказы на ценные ингредиенты мы выполнили, ушей для пополнения бюджета добыли, запас свежей крови пополнили, так что через декаду с небольшим уже возвращались в Грозовой Камень, намереваясь со спокойной совестью расслабиться и отдохнуть, ну а потом уже можно будет узнать последние новости, поспрашивать о новых «спецзаказах» да пойти на новый заход.

Почти весь день после возвращения ушёл на рутинные дела, от сдачи добычи до пополнения запаса стрел и болтов с расходниками на ловушки и бомбочки Айвел, также пришлось выполнять обещание, данное фее, и убить часа два на посещение всех ларьков со сладостями на рынке. Впрочем, не скажу, что последнее было так уж хлопотно — рынок мы всё равно посещали, и небольшое разнообразие скорее добавило настроения девочкам, что тоже не отказались полакомиться.

Дальше всё тоже шло как обычно: мы сняли номер, заказали праздничный ужин и, имея в виду очевидное продолжение, добыли бутылочку сладкого ликёра, дабы исключить неожиданности от одной особы, что могла принять наш отдых за попытку обеда в исполнении «коварного-коварного» вампира. Когда же осоловевшая от обилия угощений и рюмочки вку-у-у-усного, но крепкого алкоголя Тмистис изволила свернуться клубочком в вазочке с ягодами и была передана на сохранение Пине (чтобы шумом в комнате не разбудили), началась самая приятная часть праздника. И вот, когда Линвэль, уже избавленная от курточки и с расшнурованной рубашкой, сидела у меня на коленях, позволяя изучать её прекрасную шейку поцелуями, а Айвел, как «истинная плутовка», подкралась ко мне сзади и проделывала примерно то же самое с моей шеей и плечами, случилось это…

— Хозяйка, Тмистис принесла ремешки! — немного заплетающимся языком сообщила впорхнувшая в окно фея, таща в руках целую связку различной конской сбруи.

— Мх-х… а? — приоткрыла закрытые в неге глаза лучница. Ну и увидела ту же картину, что и мы с Айвел. — Кхм… э? — только и смогла выдавить эльфийка, судя по эмоциям, явно не зная, как объяснять о «пестиках и тычинках» природному духу, что ведёт себя довольно по-детски.

— Хозяйка и её подруга не должны быть такими беспечными, это опасно! — важно сообщила нам отчётливо пьяная и полусонная фея, тем не менее подтаскивая сбрую к кровати.

— Э-э… ну… эм… Понимаешь, мы с Фобосом давно знакомы и нравимся друг другу…

— Вампиры — очень дикие! Совсем агрессивные! — не слушая лучницу, наставительно подняла пальчик Тмистис, по ходу дела уронив все притащенные ремни, но совсем не обратив на это внимания. — С ними опасно делать детей!

— Кхм… — крякнула за спиной Айвел.

— А при чём тут ремни? — чувствуя, как заполыхала всем телом эльфийка у меня на коленях, не говоря уже о буре эмоций, которыми меня шибануло, решаю переключить внимание гостьи на себя.

— Ты глупый! — надула на меня щёчки фея. — Я же объясняю!

— Что объясняешь?

— Что ты опасный! — мотнула она головой, уронив с золотистых волос несколько сияющих звёздочек пыльцы, однако вот вообще не испытывая в моём отношении ни капли агрессии или иного негатива. — Это в лесу всё было хорошо, потому что природа! И ты ничего не делал! А тут… а вдруг ты не сдержишься и набросишься⁈ Ты дикий вампир! Подозрительный!

— Эм… — я не знал, как на это реагировать. Честно. Вообще не было идей. — И что ты предлагаешь?

— Тебя нужно схватить! Связать! Сковать! Привязать к кровати! — гордо выдала список фея.

— Ы-ы-ы… — Айвел сзади уже не прижималась к моей спине. Сейчас она, уткнувшись носиком в подушку, мелко дрожала, явно пытаясь унять гомерический хохот.

— И для этого ты принесла лошадиную сбрую?

— Да! Ремешки! — счастливо улыбнулась фея. — Тмистис нашла на конюшне! Зловещий-зловещий вампир должен быть надёжно зафиксирован!

— У-у-у!.. *Тук-тук-тук!* — кулачком по подушке — донеслось сзади, пока бедная Линвэль не знала, куда деть лицо.

— Нет, ну, в принципе… если чётко определиться со стоп-словом… — начал было я, ибо… ну… блин! У меня просто не было слов!

— Фобос, молчи! — сдавленно пискнула эльфийка у меня на коленях, зажав лицо ладошками.

— Да-а-а… — явно вторила ей полухафлинг, — набрасываться — это хорошо!

— Айви! — возмутилась лучница.

— В смысле, набрасываться плохо, да! — мигом перековалась Айвел, старательно пытаясь сдержать смешок, но получалось у неё… не очень. Хотя и вынужден признать: вся ситуация действительно отдавала каким-то безумием, от абсурда происходящего действительно тянуло бы смеяться… если бы не тот факт, что настроен я был на совсем другие действия, а потому оно огорчало.

— Только сами его связывайте, — ничего не замечая, постановила фея, — я уже спать хочу, — и, сладко зевнув, полетела к окну.

— Что⁈ — дёрнулась Линвэль. — Ты так просто уйдёшь?

— Надо следить за мисочкой с ягодками — чтобы не украли! — сообщила в ответ её фамильяр и, ещё раз зевнув, выскочила в окно.

— Н-да… — я покачал головой, не забывая огладить всё ещё сидящую на мне красотку, — пьяная фейка предлагает своей хозяйке для того, чтобы развлечься со «зловещим вампиром», сначала того хорошенько связать. К такому меня жизнь не готовила.

— Ага, ещё и ремни притаскивает… — усмехнулась полухафлинг. — Кстати, как я слышала,