Бастард рода Неллеров. Книга 12 - Серг Усов

Насчёт последнего конечно же шучу, как и насчёт её схожести с крестьянкой. Агния даже в рубище будут выглядеть маркизой, а тем более, сейчас у неё на всех пальцах драгоценные перстни, да не по одному, да ещё и почти половина из них фонит магией, это амулеты, а не просто украшения. И за ожерелье, которое на ней, можно пару-тройку деревень с крепостными купить.

— Открывай ларец, Степ, — предложил дядя Рональд с улыбкой. — Там заслуженное тобой и Куртом.

Все замерли и внимательно смотрят на меня. Ага, можно подумать, никто из нас не знает, что в этой шкатулке. А я же пока, несмотря на весь свой настоящий жизненный опыт и приобретённый волей судьбы цинизм, всё ж немного неуютно себя сейчас чувствую в роли главного, пусть это всего лишь и застолье в ставшем моим дворце. С другой стороны, неужели этого не заслуживаю? Прав кардинал. Тут ведь сейчас за столом нет ни одного, кто не воспользовался бы моими магическими способностями — целительскими, а кое-кто и омоложения.

О том же, какую славу я снискал не только себе, но и моему роду на поле брани, даже можно не вспоминать. Всё остальное — увеличение доходов семьи, укрепление связей с короной, удивительные истории, философские мысли и научные теории — ещё более укрепило мой авторитет. Так что, чего я тут засмущался как дитё малое? Нужно принимать с достоинством и хулу, и хвалу. О, эту красивую фразу ещё нигде не прописал. Не забыть бы.

— Тут два свитка, — произношу, посмотрев в открытый ларец. — Который из них мой, а какой дядюшкин?

— Догадайся. — по доброму хохотнул кардинал и тут же ответил на мой вопрос: — Перевязан лентой под цвет твой новой сутаны — золото с серебром.

Это да, в курсе, насколько тяжела мантия прелата столичного храма, она реально золотыми и серебряными нитями расшита, да ещё и пошита из парчи. Тяжёлая гадина, а мне в ней и летом службы вести. Впрочем, внутри моего теперь храма всегда прохладно. Тут надо отдать должное местным зодчим.

Передаю второй свиток, обвязанный красной лентой милорду Курту, беру в руки свой, ставлю шкатулку на стол и разворачиваю агреман. Читаю, там всё честь по чести о присвоении мне сана и о начале исполнения обязанностей прелата с завтрашнего дня. Бумаги на имущество храма. целый сундук, мне принесли ещё с утра в апартаменты для ознакомления. Как почитаю, их отнесут обратно в собор. Там есть комната с казной, где хранятся и наиболее важные документы, не только финансовые.

Агреман подписан кардиналом. Ну, как подписан, здесь же прописи вообще нет. Так что, дядя просто собственноручно написал свои сан, титул, имя и фамилию, причём печатными буквами. Такие подписи подделывать — раз плюнуть. Вот только за подделку таких документов даже дворянина ждёт плаха. Что же творят с простолюдинами, лучше лишний раз не вспоминать.

Заглянул в документ и дядюшки Курта, ну, из интереса, благо, я стою, он сидит — у него подписей аж три. Кроме кардинала там расписался заместитель главы Священного Синода, коим по совместительству является милорд Рональд, и секретарь кардинальской канцелярии. Более солидная бумага, чем у меня, хотя я вроде как с епископами в одном ранге. И ладно. Нисколько не обидно.

Поблагодарили и наконец свободно приступили к поеданию угощения. Надо отдать должное остающемуся при мне повару, вполне, вполне готовить умеет. И следит за новинками кулинарии — на столе есть блюда из маей, ставшей уже знаменитой, книги рецептов. В их приготовлении до мастерства повара обители он сильно не дотягивал, ну так а я на что? Подскажем. Уезжая из монастыря хотел забрать с собой и толстяка Силантия, ловко набившим руку на кулинарных новинках, но увидел, как расстроились братья, с каким разочарованием они переглядывались, и уже было сформировавшееся решение отменил. Не дело дурно обходиться с людьми, добросовестно мне служившими. К тому же, их деятельность продолжит идти мне на пользу почти что напрямую.

За столом завязалась беседа, поначалу бразды управления которой взял бывший хозяин этого дворца. Только все разговоры дяди крута вертелись сегодня вокруг его ненаглядной дочери, какая она у него умница, да красавица, да весь ректорат университета горюет, что такая студентка их покидает, уезжая в Неллер. Блин, бедная моя Берта, она так и не разучилась краснеть по любому почти поводу. Хорошо, старшая из Чебурашек — баронета Ника — нашла момент перехватить нить беседы и перевела её в более деловое русло, что не мешало нам иногда и хвастаться личными успехами или наоборот делиться проблемами. Ни первое, ни второе меня не касалось — хвалиться нет смысла, за меня всё покажут мои дела, а свои проблемы привык решать сам. Если же понадобится помощь от рода, обратиться не постесняюсь.

— Гринфор твой мы с Митрием несколько раз уже посещали, — сказала любимая тётушка, когда речь зашла о моих делах. — Там мой управляющий сейчас с десятком рабов. Занимаются вывозом мусора, скопившегося наверное лет за десять, старый баронет, похоже, последние годы жизни вообще гичем не интересовался, и потом имение почти шесть лет бесхозным оставалось. Местного управителя в сердцах было велела разоврвать лошадьми, но в последний момент передумала. выпорола, да бросила в подземелье. Сам с ним разбирайся. Может у тебя к нему какие-то другие вопросы появятся, до которых мы с супругом не додумались. Дружинники там были числом восемь, восемь спившихся бездельников, одна и ценность, что плату брали едой, да замарашек деревенских девок портили. Вместо них сейчас там наши с Митрием пятеро, да десяток наёмников, которых Василий, — метнула она взгляд на баронета Нарата. — в Гильдии нанял. Больше и не нужно, грабить там нечего. Крышу полностью тебе на всём главном здании сделали, не из бронзовой черепицы, денег сейчас столько свободных нет, но глино-керамика качественная, надлежащей толщины. Окна пока только ставнями закрыли, сам потом решай, какие витражные у тебя будут, какие просто стеклянные. Внутри там жуть полная. Мебель тоже на выброс.

Да уж, спасибо, Хельга, за такой подарок. Ты настоящий друг. Да ладно, это я так уж, брюзжу. На самом деле не всё так уж плохо. Отстроюсь. Как говорится, был бы скелет, а мясо нарастёт. Хуже всего, что мне там землю и деревья обрабатывать почти некому. Крестьян действительно мало осталось. Решать проблему сельского хозяйства