Танцы на мятых простынях - Элли Лартер

А потом:

— Кем-ме-рих! Кем-ме-рих!

Наша фамилия грохочет все сильнее и сильнее, подхватывается сотнями голосов, наш мастер по звуку улавливает настроение толпы и включает барабанный бит, софиты поднимают головы от пола, снова освещая пространство вокруг…

Охрана уже скручивает возмутителя спокойствия (он один! всего один на весь зал!) и выводит его из помещения под оглушительный гул зрительских голосов.

Снова вступает музыка, и мы начинаем шоу с самого начала.

После вступительного номера Влад просит мастера по звуку приглушить музыку, выходит к краю сцены с микрофоном:

— Здравствуйте, дорогие друзья! — и ответом ему служит громкий одобрительный гул из зрительного зала. У меня аж сердце замирает от восторга. Я пока не решаюсь встать рядом с братом: мало ли как еще могут отреагировать некоторые отдельные личности? А вот Влад совсем не боится, и это меня восхищает. Я смотрю на него влюбленными глазами, а он продолжает общаться со зрителями:

— Большое спасибо, что пришли на наше шоу! Большое спасибо, что оказали нам такую мощную поддержку в самом начале! Давайте сразу проясним: у кого-нибудь с собой еще есть яйца… я имею в виду, куриные?

Раздаются смех и отдельные выкрики:

— Нет! Только свои собственные!

— У нас есть цветы!

Влад улыбается:

— Отлично. Для нас особенно ценно, что вы пришли на выступление, несмотря на недавнюю историю, приключившуюся с нами… Со мной и Кариной, точнее. Тур запросто мог сорваться, мы бы потеряли не только ваше уважение, но еще и самоуважение, влетели бы на миллионы рублей и, может быть, никогда больше не смогли бы делиться с вами своим творчеством… Но вы поддержали нас. Вы продолжали покупать билеты на шоу во всех городах. И я буду благодарить вас на каждом концерте, от Калининграда до Петропавловска-Камчатского, от Мурманска до Сочи. Спасибо, любимая Москва! Ваше доверие и ваша любовь — это наше топливо и наше вдохновение!

Снова аплодисменты, одобрительные выкрики, признания в любви.

Я не выдерживаю и тоже выхожу к краю сцены, поближе к зрителям, забирая микрофон из рук Влада:

— Я тоже хочу поблагодарить! Еще минуту назад я была напугана… но такие люди встречаются везде, правда? Простим этого человека и пожелаем ему счастья. Счастливые люди никогда не делают другим зла. Я вот сейчас совершенно счастлива — благодаря вам! Спасибо! Зажжем сегодня?

Ответом мне служит громогласное «да!» со всех уголков зрительного зала, и я подаю знак мастеру по звуку, чтобы он включал музыку для следующего нашего номера… Ритмичный бит разрывает танцпол и наши барабанные перепонки, а я отдаю микрофон выбежавшему ассистенту и торопливо отступаю в глубину сцены, чтобы успеть перегруппироваться вместе с другими ребятами и по-настоящему зажечь на сегодняшнем шоу.

Третьего сентября мы выступаем с ребятами в Санкт-Петербурге.

Пятого — в Нижнем Новгороде.

Седьмого — в Туле.

Все выступления проходят просто отлично, без сырых яиц и хейтеров. Жизнь как будто бы немного налаживается, время от времени даже удается ненадолго забыть обо всех актуальных заботах и проблемах реальности.

Мы с Владом даже успеваем высыпаться и заниматься любовью.

Но затем приходится вернуться самолетом в столицу: на восьмое сентября назначена общая встреча с майором Терентьевым, Анной Александровной и Михаилом Борисовичем. Мы с Владом искренне надеемся, что наше дело хоть немного продвинулось в расследовании. В конце концов, прошла уже целая неделя с начала танцевального тура. Наше секс-видео пока так и не появилось в интернете — это отлично. Вот только и преступник по-прежнему был на свободе, а значит, опасность оставалась…

— У меня довольно любопытные новости, — сообщает нам Михаил Борисович, когда мы впятером собираемся в центре Москвы в кофейне. Майор таким местом собрания категорически недоволен — он предлагал полицейское управление, — и теперь демонстрирует это недовольство всем своим видом, но мы настояли на более непринужденной обстановке и нейтральной территории, потому что полиция — не то место, где нам хочется бывать. В любом другом случае старший следователь наотрез отказался бы выходить с места своей работы и тащиться в какую-то кофейню, но резонансность и публичность нашего дела позволяют нам диктовать майору некоторые условия. Кроме того, мы с Владом заодно рассчитываем тут сытно и вкусно пообедать: сегодняшний день у нас расписан по минутам, так что время хочется тратить с умом.

— Рассказывайте, — киваю я нашему частному детективу, и мы все внимательно слушаем его, пока ждем официанта, который примет заказы.

— Итак, мы с моим ручным хакером — ха-ха, простите! — потратили немало времени, чтобы проследить путь отданных посреднику трех миллионов рублей, — говорит Михаил Борисович, посмеиваясь с собственной шутки. Мы тоже улыбаемся: если у него хорошее настроение — значит, дело и вправду не стоит на месте, есть подвижки. — Итак, в течение четырех дней парень внес деньги на три разных счета — по миллиону рублей, — и сделал это в трех разных банках: Сбербанк, Альфа, Тинькофф. Два счета открыты зарубежом, но при этом на российских граждан. Их имена нам пока ни о чем не говорят, связать их не получилось. На всякий случай держите имена — вдруг вы что-нибудь знаете об этих людях…

— Не знаем, — я качаю головой, просматривая протянутый мужчиной блокнот.

— Я тоже нет, — кивает Влад согласно, а Михаил Борисович тем временем продолжает:

— А вот счет Тинькофф российский — и зарегистрирован на имя Надежды Дмитриевны Осовской. Именно эта девушка арендовала вашу студию до того, как внезапно пропала и освободила даты.

— Интересно, — хмыкаю я. Где-то на задворках сознания сразу возникает стихийная мысль, что девушку зовут Надеждой — так же, как нашу новую танцовщицу Надю. Вот только наша Надя — Карельская. Значит, это просто любопытное совпадение.

— И где эта Надежда сейчас? — спрашивает Влад.

— Неизвестно, — наш частный детектив пожимает плечами. — Она как сквозь землю провалилась. Мы с хакером ее ищем. Пределы страны она не покидала, по крайней мере, под таким именем.

— Странно, — говорит Влад.

— Да, — кивает Михаил Борисович. — Но это не все. Затем все деньги перешли на один общий зарубежный сбербанковский счет, зарегистрированный на некого Арташева Германа Викторовича.

— Понятия не имею, кто это, — Влад качает головой, я тоже:

— Совершенно незнакомое имя.

— Кроме того, — продолжает детектив. — Этот счет удалось связать с одним из телефонных номеров, с которых вам приходили угрозы. Вероятнее всего, это и есть наш преступник. Он находится где-то в Европе. Мы пока пытаемся понять, где именно. Вероятно, это Франция, Италия, Испания или что-то такое…

— Неплохо устроился, — встревает майор.

— Весьма, — хмыкает Влад.

— Нам нужно еще немного времени — и мы, скорей всего, установим