Дед в режиме мастера - Евгений Валерьевич Решетов

— Они подумают, что ты старый вурдалак, выглядящий так молодо из-за потребления крови, — вымученно сострил Павел, стараясь не глядеть на красную жидкость, неохотно капающую в стакан.

— Что-то в этом есть, — хмыкнул я и добавил в кровь зелье здоровья, а затем метнулся к подоконнику. — Павел, открой коту пасть.

Тот брезгливо поморщился, но взялся за челюсти Черныша и раздвинул их. В глотку кота полился коктейль, который вполне могли пить страдающие похмельем вампиры.

— Всё? — спросил внук, когда содержимое стакана кончилось. — Дедушка, он мёртв. Совсем не мяу-мяу. Может, лучше похороним его? У меня как раз есть подходящая коробка из-под кроссовок. Брендовых. В такую коробку даже кошачьего короля можно положить без урона его чести.

— Ты что-то до хрена шутить начал, — полоснул я его острым как скальпель взглядом.

Тот криво усмехнулся и проронил:

— Сам знаешь у кого я научился.

Ну да, ну да. Опять дед во всём виноват. Хотя поведение Павла вполне понятно. Ему плевать на Черныша. Он же не знает, кто это такой и что нас с ним связывает.

— Положи кота на пол, — приказал я, взволнованно облизав губы.

Нет, я так просто не сдамся!

Павел тяжело вздохнул, но повиновался — уложил Черныша на паркет. И я сунул два провода в розетку, а их концы прижал к коту, держа за обмотку.

— Деда! — выпалил отскочивший внук, когда Черныша ударило током. — Прекрати издеваться над бедным животным! Ты его ещё святой водой окропи в надежде, что он воскреснет! Всё, кот дохлый! Ему не помочь!

Я упрямо стиснул челюсти и ещё три раза ударил Черныша током, но добился лишь ожогов, появившихся на трупе. Да ещё вонь палёной шерсти пропитала воздух, сотрясаемый частым, взволнованным дыханием Павла.

— Зараза, — понуро выдохнул я сквозь зубы.

Черныш лежал как старая половая тряпка, которую выбросили.

— Он мёртв, мёртв, — проговорил внук и положил руку мне на плечо.

Я выпрямился, продолжая глядеть на тело, окутанное лёгким дымком. Тот вился возле порванного кошачьего уха, а оно… шевельнулось.

— Ухо! — сразу же выпалил я, указав пальцем на голову кота. — Ухо пошевелилось.

— Дедушка, тебе показалось. Просто прими тот факт, что кот сдох… Мать твою! Он глаз открыл! — ахнул Павел и начал суетливо креститься, как бабка.

— Матерь котья, ты ожил! — радостно выдал я, впившись взглядом в Черныша.

Его веки распахнулись, обнажив мутные зенки, горящие красным огнем Преисподней. Впрочем, они быстро стали проясняться, а запустившаяся регенерация начала латать страшные раны быстрее, чем билось сердце в груди внука. Тот перестал креститься, замерев как изваяние, призванное показать людям, как выглядит глубочайшее изумление.

— Мяу… — прохрипел Черныш и встал на лапы.

Его усы воинственно встопорщились, хвост заходил из стороны в сторону. А во взгляде вспыхнула жажда мести.

— Мяу! — ещё раз мякнул кот и пропал, словно его тут никогда и не было.

— Конечно, не стоит меня благодарить, — расплылся я в ухмылке, смекнув, что кот отправился мстить своему обидчику. Надеюсь, он учтёт все свои ошибки и на сей раз победит.

— Де… дедушка, это что сейчас было? — пролепетал внук, глядя на меня круглыми глазами.

— Чудо. Кажется, твой дед всё же святой, — посмотрел я на свои руки. — Ладно, ладно. Подбери челюсть. Не кот это вовсе был, а монстр из Лабиринта. Я с ним когда-то там познакомился. И с тех пор мы вроде как дружим. Он иногда откликается на мой мысленный зов, но по большей части ему плевать на меня. А живёт он в Лабиринте. На людей не охотится. Тихо-мирно пьёт кровь чудовищ.

— Эвоно как, — сглотнул парень и внезапно сощурился, словно что-то пришло ему на ум. — А не он ли тогда истребил всех крыс в особняке и сложил их горкой в холле?

— Он, он.

— Так ты мне соврал в тот раз! — возмущённо отбарабанил Павел. — Сказал, что не знаешь, кто это сделал!

— Тогда ты ещё не был готов к правде, юный падаван, — ухмыльнулся я, вспомнив «Звёздные войны». — Не гляди на меня так. Давай я лучше расскажу, как познакомился с Чернышом.

Тот обиженно вскинул все подбородки, но уставился на меня весьма внимательно, раскинув уши. Ну я и навешал на них лапши, получившейся вполне правдоподобной. Мол, когда-то я спас кота в Лабиринте, а тот оказался монстром, коего мне удалось более-менее приручить.

Выслушавший меня внук ахнул, забегав по комнате:

— Так это же открытие! Никто не приручал монстров!

— Брось. Ходят слухи, что кто-то вполне мирно сосуществует с тёщей.

— Деда! Прекращай. Дело-то серьёзное! Ты можешь прославиться! Надо всем рассказать про твой успех!

— Даже не думай! — грозно нахмурился я, вмиг посерьёзнев. — У меня и так проблем хватает, а ты ещё хочешь, чтобы какие-то придурки принялись изучать этот феномен, мешая мне жить. А о Черныше подумал? Сейчас это секретное оружие рода, а ты хочешь всем разболтать про него. Держи рот на замке, понял⁈

— Понял, — буркнул он, помолчал немного и снова заговорил, глядя на подсохшие капли кошачьей крови: — Деда, а как ты умудрился оживить его? Это же и вправду чуть ли не чудо.

В глазах внука зажёгся запоздалый восторг.

— Нет, не чудо, а простая логика. Черныш питается кровью и электричеством. Вот я и подумал, что они ему могут помочь. Так что поумерь свой оптимизм, ежели ты появишься под моей кроватью в таком виде, то тебя я точно не спасу.

Павел криво усмехнулся и вздрогнул, когда за окном раздался требовательный звук автомобильного клаксона.

Он быстро подошёл к подоконнику и глянул на улицу.

— О, «мерседес» раньше времени приехал.

— Пойдём поглядим, — проговорил я, двинувшись к двери.

— А что делать с кровью на полу?

— Надо позвать Прасковью. Она неболтливая, да и лишних вопросов не задаёт. Всё сделает тихо и без шума.

— Угу, — согласился паренёк и вместе со мной вышел в коридор, где задумчиво спросил: — Деда, а что ещё я не знаю о тебе? Оказывается, у тебя столько секретов! И ежели б ты помер, то унёс бы их все в могилу, не передав по