Зимняя романтика. Адвент-календарь историй о любви - Коллектив авторов

Редд продолжал смеяться. Он смеялся до тех пор, пока слезы не выступили на глазах.

– Ты не поверишь, Хоуп.

– Что?

– Только что сбылось мое желание.

– Ты загадал снег?

– Ага, – он казался невероятно счастливым.

– Зачем?

– Когда я увидел тебя сегодня, то захотел нарисовать картину. Тебя зимой. И для полного погружения не хватало только снега.

Я ошарашенно заморгала. Смущение накрыло с головой. Щеки, по ощущениям, стали алыми.

– Все ровно так, как я и хотел изобразить.

– Мне неловко, – призналась я.

– Прости. Обычно я не рассказываю о портретах тем, кого рисую.

Редд смотрел на меня так, словно запоминал каждую деталь. На моем лице. Вокруг. Все, что могло бы помочь ему.

– Я бы хотела увидеть эту картину, когда ты закончишь ее. Это возможно?

Он замялся, и теперь я заметила смущение на его лице.

– Если ты этого хочешь.

Телефон завибрировал в кармане. Я потянулась за ним, надеясь, что звук не разбудит Винни.

«Папа» – загорелось на дисплее.

Что ж, пусть знает, где мы, раз так занят на работе. Пусть знает, что его дела лишили нас катка и мы пришли в парк без его помощи.

– Да, – ответила я.

– Хоуп, где вы?

– В парке.

– В каком парке? Что вы там забыли?

Он начал кричать в трубку. И я подождала, пока папа успокоится.

– Мы застряли на колесе обозрения. На самом верху. И ждем помощь. Нас должны снять отсюда где-то через час. И, кстати, если бы ты уделил нам пару часов своего времени на катке, мы бы здесь сейчас не находились.

– Как застряли? Хоуп?

Обида вдруг слишком сдавила горло. Я сбросила папу и закусила внутреннюю часть щеки, чтобы заглушить неприязнь.

– Хоуп, – отозвался Редд, – ты же знаешь, что все будет хорошо?

– Надеюсь.

Винни проснулась. И следующий час в ожидании помощи она с Реддом играла во всевозможные игры. А я лишь думала о том, что чувствует папа. Сожалеет ли он? Волнуется ли? Винит себя?

За этими размышлениями я не заметила, как приехала бригада спасателей. Колесо починили быстрее, чем мы предполагали. Редд будто бы даже немного расстроился из-за того, что нас спасли.

– Ну что, кажется, мы скоро окажемся на земле, – я обняла Винни, – неплохое вышло приключение.

– Хочу еще раз! – Винни заулыбалась. – Но только если мы поедем с Реддом.

Он благодарно подмигнул ей, и Винни кокетливо засмущалась.

– Только если с Реддом, – согласилась я.

Нас выпустили из кабинки, много раз извинялись и даже снимали на телефон, как будто мы пережили кораблекрушение. Мы прошли сквозь людей, собравшихся посмотреть на наше спасение, и выдохнули с облегчением.

Редд встал напротив и не спускал с меня взгляда. А я, признаться, пыталась запомнить его.

– Счастливого Рождества, Редд! И спасибо, что не дал сойти с ума наверху.

– Счастливого Рождества, Хоуп. У вас все будет хорошо, веришь?

– Надеюсь.

– Неправильный ответ, – он прищурился, ожидая других слов.

– Верю.

Теперь он кивнул. Мне резко захотелось обнять его, но я подумала, что это может быть слишком.

– Пока?

– Пока.

Мы обменялись улыбками. И по пути к выходу из парка я ощущала легкие спазмы в области сердца. Я все еще чувствовала аромат Редда. На мне был его шарф! Шарф! Надо срочно вернуть его.

– Дочки! Хоуп! Винни!

Но я осталась прикована к земле. Папа стоял у выхода, бледный и напуганный. Он кинулся к нам. Сначала поднял в воздух Винни и закружил. А потом крепко сжал меня в объятиях.

– Простите! Простите меня! Я вел себя как трус. Господи. Вы в порядке? Сколько времени вы провели там?

Я ничего не отвечала, потому что потеряла дар речи. Папа стоял перед нами, живой, наполненный чувствами. Не робот, говорящий только о работе.

– Простите меня. Я изменюсь. Я все сделаю.

Винни кинулась обнимать нас с папой. На этот раз мы поверили ему.

– Не закрывайся в мыслях, пап, – я вспомнила слова Редда. – Все будет хорошо.

В глазах папы блеснули слезы. Желание, загаданное на колесе, сбывалось.

– Поехали домой. Вас нужно согреть и накормить!

– Да! Хочу пиццу. Папа, закажем пиццу? – Винни прыгала вокруг нас.

– Конечно! А ты чего хочешь, Хоуп?

– Можно пиццу.

– Тогда скорее в машину!

Он подхватил сестру на руки. Они сделали шаг, но я все еще стояла, чувствуя спазмы в груди.

– Вы идите, а я вас догоню, хорошо?

– Ты что-то забыла?

– Ага. Пять минут. Ждите в машине.

Я забыла, что иногда надо действовать и не отпускать хороших людей из жизни. Все еще вдыхая аромат парфюма Редда, я сжимала шарф на пути к нему в надежде, что он не ушел далеко.

Так и вышло. Он не сдвинулся ни с места. А стоял там же, где мы разошлись.

– Решила вернуть шарф?

– Нет.

– Хотел предложить оставить его себе.

– Он слишком вкусно пахнет, чтобы его отдавать, – я хихикнула.

– Тогда почему ты вернулась?

– Потому что не могу просто так уйти. – Я подошла к нему вплотную, и он слегка наклонился, чтобы мне было удобно. – Я хочу узнать тебя. Кто ты такой, Редд?

– Художник, который только что нашел свою музу.

14

Тихая ночь

Саша Паулан

С удовольствием я потянулась в кровати – наконец-то выспалась. Солнце яркими лучами било в окно, и даже казалось, что сейчас лето. Но нет! За окном мороз, которого уже давно не было в Лейпциге. Сегодня сочельник, и, кстати, первый, который я встречаю одна. Мне так давно этого хотелось – почувствовать себя взрослой и самостоятельной, остаться без надзора родителей. Встретить Рождество в шумной компании друзей. И, может быть, как в банальном фильме, влюбиться в первого встречного. Но не в этом году… Конечно же, родителям я сказала, что пойду к своей лучшей подруге Катрин. «Ана, – напутствовала мама, когда отец загрузил их чемоданы в багажник, – прошу вас, будьте аккуратны!» Вот только я собиралась пойти совсем в другое место…

Прошлепав босыми ногами по холодному полу до шкафа, я достала свои «счастливые» вязаные носки. Счастливыми они, конечно, не были, но любимыми были сразу по нескольким причинам.