Черноземье. Король 2 - Иннокентий Белов

— Теперь подменят восьмерых из вас здесь, еще из Астора двоих осужденных привезут, так что решайте про десяток своих — кому теперь пришла пора вернуться в Черноземье! — очень я радую бедолаг-полонников.

— Когда же они приедут сюда? Господин Капитан? — слышу я понятную радость в нетерпеливых вопросах.

— Внизу собирают большой караван, наверно, через половину осьмицы приедут к вам.

Палатку мне доносят до третьего перевала, оставляют с нашей стороны внизу под ним, после чего работники убегают обратно. Я же завтракаю-обедаю готовой кашей и начинаю карабкаться на третий перевал.

Теперь иду молча, разнося мешающиеся скалы, ожидаю все время столкнуться с патрулем или секретом сатумцев, но никого не встречаю до самого спуска к деревне беглецов. Время уже к обеду подошло, но над деревней я вижу только один дымок из полуразваленного дома. Накидываю на себя невидимость и обхожу всю деревню, которая больше не существует.

«Все дома разобрали на камень и бревна, остался только один дом наполовину, где раньше сам жил с Изаурой», — констатирую я себе.

В его развалинах лениво копошатся несколько стариков и старух, набрали разной травы и корешков в горах и готовят себе какую-то похлебку. Я подошел поближе и лично в котел заглянул. Вроде какие-то новые старики, я их не помню, но что-то у них расспрашивать и себя показывать больше нет никакого смысла.

«Уже хорошо понятно, что прошлогоднее вторжение деревня не перенесла. Ни Изауры здесь нет, ни одного взрослого мужика не видно, одни только старики доживают век, потому что идти некуда. Они ничего про сатумцев не знают, зато про меня сразу всем доложат», — понимаю я и разворачиваюсь идти обратно.

С высоты над деревней в бинокль не видно никого, нет ни всадников, ни каких-то укреплений.

— В общем, сатумцы не готовятся к нашему появлению. Не до того им, как я и ожидал на самом деле! — говорю себе и спешу обратно на перевал. — Все время личными разборками заняты, а ведь часики до страшного вторжения быстро тикают!

Есть большое желание к вечеру дойти до второго перевала и снова переночевать с его строителями, что у меня получается. Утром ухожу в путь и к ночи снова добираюсь до Храма.

Быстренько моюсь в Храме приготовленной Клеей теплой водой, еще ведь ничего не ем целый день.

— Все, Клея, я ухожу прямо сейчас. Через день-два от меня придет письмо, Стол сразу же просигналит тебе, когда на него лезть не надо. Но оно быстро здесь появится, вообще не как человеческое тело. Потом я еще с денек поприхожу в себя, ты пока просто качайся и жди. Забирай почти все припасы, и сама забирайся в Капсулу. Настройки проверь, но они по идее должны остаться прежними. Остаться такими же после моего ухода, — долго и старательно раскладываю я все Клее по пунктам.

Время терять нет никакого смысла, я забираю с собой все почти полностью разряженные Палантиры, здесь их нельзя оставить никак. Оставляю винтовку в Храме, с собой из оружия ничего не беру вообще, кроме фузеи.

Еще у меня при себе запас еды, земная одежда с документами и деньгами, в общем все, что я принес из Грузии в Черноземье.

Забираюсь в Капсулу, выставляю и проверяю несколько раз расклады по значкам, потом прощаюсь с этим миром и Клеей про себя, решительно нажимаю на последний значок.

Глава 13

Очнулся на хорошо знакомом Столе в небольшом помещении, ведь сразу же узнал хорошо освещенный Солнцем невысокий купол грузинского Храма. Еще не слышно текущей воды, тоже заметное отличие для уже опытного путешественника между мирами.

FПопозже смог настроить резкость в зрачках и увидел много интересного, насчет чего не был до сего момента полностью уверен.

Ведь ушел из одной страны, моей современной России, в двадцать первом году. Добрался до Императора Николая Второго и его семьи, смог свернуть с прежнего пути всю Российскую империю, неотвратимо несшуюся в пропасть ПМВ и последующей революции с гражданской войной. История России изменилась очень сильно в этот раз, в отличии от незначительных последствий визита к Вождю.

Даже сам не погиб в перестрелке, просто ушел в отставку с высокого поста, спокойно доехал до Кутаиси на поезде, ни от кого не убегая.

И сама страна изменилась, и все окружающие ее страны тоже поменяли вектор развития. Та же Грузия уже в семьдесят восьмом году была независима, только к русским относилась явно враждебно, как я успел хорошо прочувствовать в то время на своей личной шкуре. Сценарии новой жизни оказались те же самые, как в моем времени — отделившиеся вооруженным путем Абхазия и Осетия надолго испортили отношения между странами.

Понятно, что в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году в здешнем Храме не оказалось ничего из того, что я оставил здесь храниться в две тысячи двадцать первом. Сейчас я пришел в двадцать третий год и с нетерпением ожидаю, что появится перед моими проморгавшимися глазами.

И, точно, как я ожидал — солнечная батарея под куполом, длинный кабель, свисающий от нее к литиевому аккумулятору, и высоченная стремянка у стенки все-таки остались в наличии. Вместе с ноутом, смартфонами, надувными матрасами и прочими радостям жизни храмового отшельника. Даже кресло с ведром для туалета имеется около Двери. Принесенные сюда еще в одной из прежних жизней, но все же не пропавшими вместе с полностью изменившейся историей страны.

'Храм не зависит от многих законов земного бытия, поэтому сохраняет те из вещей, которые здесь оказаться никак не должны. Те же китайские смартфоны или ноут могут теперь в новом мире, мной же устроенном, совсем по-другому называться. И так же по-другому устроены. Да еще в Китае ли их сейчас производят, где теперь находятся основные мастерские мира? — задумываюсь я на пару секунд.

«Если Россия не стала основным идеологическим противником Запада, в отличии от коммунистического Китая, может все очень сильно измениться в новом мире. Не станет тогда Запад противопоставлять тот же Китай России, вкладывая в него гигантские деньги. Наверно, в Индию или какую-нибудь Малайзию производства переведены? Наверно, все же в Индию!» — решаю я.

Голова вообще довольно светлая, мысли скачут, как шустрые белки! Раньше, при первом пробуждении точно, все казалось и доходило до меня явно медленнее, работа сознания никогда не была настолько быстрой.

— Привыкаю, что ли? К межпланетным перелетам, как настоящий космонавт? Только