Эра подземелий 36 - Сергей Сергеевич Ткачёв

Запретные техники потому и назывались запретными. Их использование подразумевало плату определённой цены. Порой эта цена оказывалась непомерно большой. Падение уровня развития, повреждение фундамента, потеря физической оболочки и даже окончательная смерть духовной сущности.

Судя по тому, что я успел понять о трансформации Цая, скорее всего использованная им запретная техника могла повлиять на его дальнейшее развития. Дело было в повреждении фундамента и травмировании физической оболочки. Чтобы вернуться на пик своих сил, ему придётся потратить несколько циклов и целую гору дорогостоящих ресурсов.

Долго поддерживать работу этой техники Цай точно не сможет. Тот кристалл, который поглотила его физическая оболочка, обладает ограниченным запасом энергии. Он будет вытягивать силы из организма своего носителя, позволяя ему использовать возможности практика пика Стадии пустоты.

Исходя из всех этих фактов, можно было сделать только один вывод, будь то вариант со сломом защитного барьера арены или прямом сражении с Цаем, всё упиралось во время. Смогу ли я продержаться против пикового практика Стадии пустоты достаточное его количество.

Все эти мысли промелькнули у меня в голове буквально за считанные секунды. Цай только успел стабилизировать свою ауру, а я уже закончил наполнение лезвия Демонического клинка внутренней энергией. Этот процесс происходил параллельно с обдумыванием сложившейся ситуации.

Взмахнув несколько раз своим оружием, я начал создавать разрезы из Пламени Нирваны. Они были наполнены намерением меча и силой фундаментальных принципов Закона огня. Очищение Нирваны являлось одним из моих сильнейших козырей, поэтому, столкнувшись с угрозой собственной жизни, я использовал его, даже не задумываясь.

Чёрно-белые разрезы устремились к Цаю. Он заметил их приближение и взмахнул здоровой рукой. Вскоре пространство перед ним заполнила тёмная энергия. Попадая в неё мои разрезы стали резко терять в мощности. Они рассеивались один за другим. Цай сумел подавить моё изменение явления за счёт силы вмешательства.

Но Пламя Нирваны нельзя было назвать обычным первородным огнём. Перед распадом оно успевало нанести структуре умения Цая серьёзные повреждения. После попадания в поле тьмы пятого разреза, оно тоже начало рассеиваться. Воодушевившись этим, я стал создавать ещё больше чёрно-белых снарядов

Утратив контроль над распадающимся изменением явления, Цай не стал вливать в него дополнительную энергию, и вместо этого создал новое. Как только рассеялось первое поле тьмы, на его месте появилось второе. Оно оказалось ещё более мощным. На его уничтожение мне пришлось потратить уже восемь разрезов.

Желая выиграть как можно больше времени, я не стал размениваться на более слабые атаки и продолжил использовать Пламя Нирваны. Наше с Цаем противостояние продолжалось около полуминуты. В это время границы оранжевого барьера подвергались десяткам мощных атак.

Распорядители и судья дуэли продолжали пытаться его разрушить. Казалось, Цай вообще не замечал этого. Его внимание было целиком и полностью сосредоточено на мне. После того, как он создал третье поле тьмы, его аура резко возросла. Она начала уплотняться и трансформировалась сразу в два копья.

Эти снаряды были наполнены фундаментальными принципами грозовой стихии, и стихии тьмы. Пока я разрушал защищающее его поле, он завершил активацию этого навыка и метнул в меня оба этих копья. Они потели в двух разных направлениях, атакуя с флангов. На этот раз копья будто бы имели систему самонаведения. Их траектория полёта оказалась дугообразной.

Резко ускорившись, я хотел проскочить между этими снарядами, но они неожиданно взорвались ещё до контакта с целью. Всё пространство вокруг меня заполнилось грозовыми разрядами. Когда они атаковали мою физическую оболочку, я ощутил онемение, заставившее меня резко замедлиться.

Атаку пикового мастера самосовершенствования Стадии пустоты не смог выдержать даже мой закалённый организм. И это несмотря на то, что я тоже шел путём ДАО грозовой стихии. Уровень нашего развития оказался слишком разным.

Вместе с грозовыми разрядами в мой организм проникла стихия тьмы. Как и в прошлый раз, она попыталась отрезать моё духовное сознание от физической оболочки через запечатывание Врат Дяньтяня.

Использовав Пламя Нирваны, я быстро уничтожил энергию тьмы. Когда вернул себе контроль над телом, Цай уже был рядом со мной. В своей здоровой руке он держал посох. Без кристаллического навершия этот предмет превратился в оружие ближнего боя. В самый последний момент я успел отклонить голову и нацеленный в неё удар пришелся по моему правому плечу.

Эта атака отправила меня прямо на землю. Врезавшись в песок арены, я почувствовал, как трещат мои кости. Вместе с ударом в моё тело снова проникла энергия стихии тьмы. Но Пламя Нирваны в очередной раз быстро её нейтрализовало.

Я активировал Технику грозового танца смерти и выпил новую порцию молока жизни. Оно помогло мне избавиться от негативного эффекта грозовой стихии, который подавлял мою скорость путём воздействия на мышцы физической оболочки.

Цай атаковал мгновение спустя. Он ускорился за счёт всплеска внутренней энергии, перед этим бросив в меня ещё одно грозовое копьё. Я быстро сформировал на его пути стену огня, после чего взмахнул крыльями и снова поднялся в воздух. Снаряд противника уничтожил барьер, заставив его взорваться

Стихия тьмы рассеяла вырвавшееся в пространство грозовое пламя, позволяя Цаю пролететь через него, не получив никакого урона. Вскинув голову, он посмотрел на меня взглядом, наполненным смертельным намерением. Этот человек больше не был похож на безумца. Теперь он скорее напоминал мне хладнокровного и расчётливого убийцу.

Противник догнал меня, и мы снова сошлись в ближнем бою. Сейчас, после увеличения своего уровня развития, он сравнялся со мной в этом аспекте. Мы обменивались десятками ударов каждую секунду. Я больше не мог его теснить, как в прошлый раз. Цай полагался на подавляющую мощь, а я на навыки владения Демоническим клинком.

Сражение на максимуме сил отнимало много энергии. Если бы я не принял перед началом второго раунда нашего сражения алхимические расходники, то уже мог начать ощущать значительное истощение запаса внутренней энергии.

Осознав, что не в состоянии меня подавить даже после увеличения силы, Цай начал добавлять к своим атакам новые элементы. Каждые несколько секунд на конце его посоха образовывался изначальный символ. Он заключал в себе намерение проклятия, снижающего физические характеристики цели. Мастера самосовершенствования, идущие путём ДАО стихии тьмы, всегда хорошо владели подобными умениями.

Даже работая в полную силу, моё Пламя Нирваны не успевало вовремя избавляться от эффекта проклятий Цая. Это удвоило нагрузку на мой организм. Я понимал, что этими атаками противник пытается меня истощить. Так как его уровень развития был выше, то и сражаться на пределе своих сил