Эра подземелий 36 - Сергей Сергеевич Ткачёв

Понимая, что начинаю проигрывать в этой битве, я стал искать другие пути для победы. Мною был активирован Пространственный сдвиг. Это умение могло искажать материю мироздания вокруг меня.

После нескольких промахов, и получив укол от моего демонического клинка прямо в правый бок, Цай усилил приток внутренней энергии, наполнив ею свой посох. Исходящая от него аура теперь могла за счёт силы подавления игнорировать Пространственный сдвиг. Она просто рассеивала его в точке соприкосновения.

Его натиск снова продолжился. Всё больше проклятий накладывались друг на друга, заставляя меня терять силы и становиться медленнее. Я начал пропускать его атаки. Мой доспех качества ДАО мог блокировать лишь малую часть наносимого Цаем урона. Для блокировки его проклятий мне приходилось постоянно циркулировать в своей физической оболочке Пламя Нирваны.

Постепенно я вошел в состояние какого-то боевого транса. Это было похоже на озарение, которое приходило к практикам в момент смертельной опасности. Войдя в такое состояние, я смог мыслить яснее. Мой контроль над Пламенем Нирваны благодаря натиску Цая стал усиливаться. Я осознал больше фундаментальных принципов, которые могли увеличивать эффективность его работы.

Чтобы перевернуть ход поединка, мне нужно было использовать внешнее проявление этого вида первородного пламени. Но для этого требовалось время, а также использование силы родословной. Цай не давал мне ни мгновения передышки. Из-за его проклятий я никак не мог найти окно для проведения своей контратаки.

Сейчас я мог полагаться только на своё умение обращаться с мечом. Его намерение помогало мне отражать атаки противника. Я постоянно усиливал это намерение до предела, желая достичь нового уровня его использования. Моё духовное сознание полностью сосредоточилось на этом. Через намерение меча оно на один краткий миг сумело ощутить странную силу, которая связывала между собой все используемые мною фундаментальные принципы. Точнее вообще все Законы, по которым существовало это высшее измерение.

Я быстро понял, что эту силу можно было использовать через намерение меча. Позаимствовав микроскопическую её частику, я смог задействовать намерение меча на совершенно новом уровне. Это намерение моментально рассеяло наполняющую лезвие Демонического клинка энергию грозового пламени. Вокруг всё замерло. Даже замахнувшийся на меня посохом Цай остановился.

Понимая, что больше не могу удерживать собранное в клинке намерение, я высвободил его, никуда не целясь. У меня в глазах резко потемнело. Я почувствовал, что мой организм лишился значительного запаса внутренней энергии, а море сознания опустело больше, чем наполовину.

Прикусив до крови нижнюю свою губу, я вернул себе ясность мышления и увидел, как невидимая волна энергии прошла сквозь посох Цая, разрезав его на две части. Далее она отрубила моему противнику вторую руку и ударила в защитный барьер арены, оставив на нём целую сеть трещин.

Цай отлетел на несколько десятков метров назад и врезался в песок арены, поднимая волну пыли. Исходящая от его физической оболочки аура очень сильно потеряла в своей мощности. Казалось, что он больше не сможет подняться.

Переведя взгляд на сеть трещин в оранжевом барьере, я тоже медленно опустился на землю и проглотил ещё одну горсть расходников.

«Это был Клинок безмолвия? Ранее я уже пытался изучать данную технику, поэтому, попав в смертельно опасную ситуацию, моё подсознание на чистом рефлексе вернулось к ней. Каким же уровнем самосовершенствования нужно обладать, чтобы использовать её на максимум? Пик ранга Махаяны? Ранг Архата?»

Пока я обдумывал случившееся, облако пыли, образовавшееся от падения Цая, рассеялось волной изначальной энергии. Её высвободил мой противник. Не желая сдаваться, он начал процесс проявления своей родословной. Вскоре на арене появился золотой гигант. Цай разместился в центре его тела.

Он громко закричал и стал высвобождать ауру стихии тьмы. Она слилась с образом Бессмертного. Эта аура волнами разливалась по окружающему пространству. Она заключала в себе одну единственную функцию — рассеивание любых техник и объектов, которые попадали внутрь неё. Цай решил поставить на кон всё ради этой атаки.

— Думаешь, что один обладаешь родословной Бессмертного⁈ — Произнёс я, и тоже активировал технику проявления.

Волны тьмы ещё не успели добраться до места арены, где я располагался, а на неё ступил новый золотой гигант. Я разместился в центре его тела, сливаясь с этим образом. Когда атака противника наконец-то достигла моего образа, мне удалось активировать умение Домена.

Я использовал прорыв в контроле над Пламенем Нирваны и сформировал Домен именно из него. Потоки чёрно-белого огня окружили образ Бессмертного. Натыкаясь на мой Домен, волны тьмы разбивались об него, словно об скалы прибрежной зоны.

Основная функция моего умения была похожа на ту, которую вложил в волны тьмы Цай. Мой противник имел более высокий уровень развития, я же мог противостоять ему благодаря чистоте своей родословной. Родословная клана Бессмертных усиливала и оптимизировала все используемые практиком умения. Чем она была чище, тем сильнее проявлялся этот эффект.

Чёрно-белое пламя разрушало волны тьмы, одну за другой. Но, даже видя, что его атаки не достигают цели, мой противник не желал сдаваться. Казалось, он хотел уничтожить меня любой ценой. Поддержание Домена из пламени нирваны стоило мне огромных энергозатрат. Я понимал, что не выиграю эту битву на истощение.

Тогда в моей голове родилась новая идея. Мой взгляд устремился на сеть трещин в защитном барьере арены. Я чувствовал, что атаки практиков на его внешней стороне переключились именно на это место. Мне лишь нужно было им помочь.

Использовав свой Домен, как точку запуска нового умения, я собрал всю его силу, и высвободил её в сторону уязвимой точки защитного барьера арены. Волна чёрно-белого пламени вернула в пустоту большую часть энергии тьмы, направленной на меня Цаем. Сам он заключил своё тело в кокон из неё, и сумел защититься от моего огня.

Пройдя через кокон, Пламя Нирваны ударило прямо в барьер. Оно начало быстро разрушать структуру этого изменения явления. Ослабевший барьер больше не мог противостоять Пламени Нирваны за счёт заключённой в нём силы вмешательства в явление. Он начал постепенно разрушаться.

Увидев это, практики на внешней стороне провели ещё несколько атак. Сеть трещин стала распространяться по всей оранжевой границе Домена. Потом он с громким звоном разрушился, словно состоял из стекла.

«Какая сильная атака получилась. Правда, очень уж энергозатратная. Пожалуй, назову её Выжиганием всего сущего…» — мысленно произнёс я, плавно опустившись на песок арены.

Сразу после использования этой техники мой образ родословной рассеялся. Из-за потери энергии я не был больше в состоянии его поддерживать. Что же касалось Цая, то он тоже остался жив благодаря тому, что полностью сосредоточил силу тьмы на своей