История Армении - Киракос Гандзакеци

очень обрадовался, ибо никогда католикос или кто-либо из известных людей не решился бы открыто войти в город или прогуливаться там, так как город находился в руках персов, алчущих крови христианской, ибо много горя причинили им жители Хачена, ведущие разбойничий образ жизни, которые убивали много персов и грабили подвластных им христиан; точно так же [поступал] и царь грузинский со своим войском. И по этой причине они (персы) враждовали со всеми христианами.

/180/ Католикос, собрав епископов и вардапетов своего удела, пошел вместе с ними на зов эмира. Увидев его, эмир крайне обрадовался и приказал устроить очень пышный и торжественный ход с хоругвями[592], трещотками[593] и освятить воду с громким [пением] и по обряду. А сам он сел верхом на коня и с многочисленным войском отправился посмотреть и получить удовольствие. Всполошился и город со всеми своими жителями-язычниками, которые тоже пошли посмотреть. И когда было вылито в воду святое миро, персы стали говорить: «Вот эмир сделал всех [нас] христианами, ибо что христиане делают сверх этого, кроме крещения и миропомазания? А мы все пьем воду отсюда и моемся этой [водой], и все мы отныне неверующие и вероотступники. Давайте же придумаем что-нибудь».

Тогда, подняв большой шум, они схватили католикоса и посадили его в тюрьму, а потом свергли эмира и бросили его в крепость, а сами написали атабеку, восседавшему в Исфахане, дескать: «Этот эмир всех нас заставил отступиться от веры нашей, ибо позволил главе христиан бросить свиное сало в /181/ нашу воду. Нынче оба они — и католикос и эмир — в заключении, и что повелит воля твоя, то и будет». И [атабек] приказал: эмира лишить власти и привести к нему. А католикоса, взыскав большой выкуп золотом и серебром, отпустили идти, куда ему было угодно. И он, избавившись от опасности, отправился в сторону Хачена и больше не осмеливался вступить в пределы Гандзака.

А монастыри, находившиеся близ этого города, и иереи гавара, увидев, что владыка Степанос не осмеливается приехать в те края, сами тоже не осмеливались ездить к нему, привели Бежгэна, того самого расстригу, и дали ему образ и сан священника. Услыхав об этом, владыка Степанос предал анафеме его и тех, кто это сделал, а сам жил то здесь, то там, пока не умер в гаваре Херг.

Когда вардапеты и епископы страны Агванк увидели, что католикосат у них перестал существовать и нет у племени этого ни епископа, ни вардапета, а только лишь один дьякон, дитя [по возрасту], — его повезли в Бджни к епископу Вртанесу и [попросили] рукоположить его в священники[594].

[Затем] привезли его в город Гандзак к правителю города, которого звали эмир Омар, и умоляли его дать приказ о рукоположении того в католикосы. И он сказал: «Слишком молод он летами; вот вы, совершенные возрастом, почему вам бы не стать католикосом?» И они ответили /182/: «Да потому что он из рода католикосов и ему подобает [получить] престол».

И [эмир] приказал рукоположить его. И было там несколько епископов, которые и рукоположили его. И когда он был рукоположен, эмир посадил его на благородного коня, облачил в изысканное льняное одеяние, приличествующее его [сану], и с горнистами впереди и позади него приказал водить по улицам города.

Так владыка Иованнес получил престол агванский на многие годы. Он обосновал свой престол в пределах Чарека, в [одной] пещере тамошней, о которой мы выше говорили. Притесняемый иноплеменниками, он задумал перебраться в Армению к великим ишханам Закарэ и брату его Иванэ. И те с большими почестями приняли его. Иванэ поселил его в гаваре Миапор, в монастыре, который называется Хамши[595].

И он начал строить там большую и дивную церковь; [строительство ее] еще до завершения было приостановлено, ибо пришел султан Хорасана, именуемый Джалаладином, ударил по грузинскому царству и предвозвестил постепенное нашествие войска иноплеменников и разорение стран Армении, Агванка и Грузии.

ГЛАВА 7

/183/ О знаменитых вардапетах области Васпуракан[596]

Были в те времена добродетельные и пресветлые вардапеты, сиявшие в стране, подобно светилам: Степанос[597], сын Иусика, человек святой и чудодей, могила которого после смерти стала целительницей для всех болящих; Горг Каренеци[598], человек мудрый и знающий, и еще другой [вардапет], по прозванию Тираду[599], получивший сан епископа, и Аствацатур[600] из города Арчеш, которого называли сыном Ахбайрака. Очевидцы рассказывали много [историй] о его добродетелях.

Был он сыном зажиточной семьи, очень жалостливым и любящим нищих; когда ему сообщили, что умерла его мать по плоти, он воздал хвалу богу. На похоронах ее он, взяв золото и серебро, вкладывал их в руки своей матери и призывал нищих брать [деньги] из рук матери, якобы это она своими руками раздавала [милостыню]. А когда скончался отец, он роздал все свое имущество нуждающимся.

Было у него много лавок, он сдал их в аренду и ежегодно, /184/ получив плату, покупал на эти [деньги] овечьи шкуры и холст, собственноручно шил одежду и раздавал ее нищим.

Видя его благие дела, многие из мусульман приходили к нему и, получив крещение от него, становились христианами.

Неверующие, видя, что он — причина всего этого, хотели убить его, но не решались сделать это открыто, так как [вокруг] было много людей. [Тогда] они задумали тайно завлечь его в сети. И, схватив одного из своих слуг, задушили его и ночью притащили, бросили у ворот монастыря; рано утром пришли, окружили монастырь, чтобы убить всех [его обитателей], якобы за то, что они сделали это. Христиане, услыхав об этом, собрались несметной толпой, чтобы умереть всем, прежде чем выдать его (Аствацатура). А святой божий человек, видя тайные козни врага и то, что из-за него хотят многих уничтожить, ибо власть в городе принадлежала персам, сказал им: «Подарите нам ночь, а завтра поступите, как вам будет угодно; выдайте нам умершего». И те отдали [труп]. Вардапет приказал отслужить полуночную службу и молить бога спасти [их] от навета. И сам, уединившись, /185/ с громкими стенаниями просил бога явить [милосердие свое]. А назавтра, открыв ворота монастыря, пригласил войти всех — верующих и неверующих, а сам, взяв знамение господне, возгласил громким голосом во всеуслышание: «Тебе говорю, эй, человек, иди, живи во имя Иисуса Христа, который сотворил тварей из ничего, и скажи перед всеми, кто убил тебя». И тот быстро поднялся и посмотрел «а толпу, увидел своих убийц и