Не подведи меня, Ким Тэ Хо 3 - Ярослав Яловецкий

— Мы сюда не отдыхать пришли, — рявкнул я, потянув ее за руку.

— Тогда я вам ничего не покажу, — встала столбом она, что я, как ни тянул, даже на миллиметр не мог сдвинуть эту на вид хрупкую особу.

— После, — буркнул я, снова решив не спорить с детьми.

— Вы обещаете? — хитро улыбнулась крольчиха. Вот же, с виду дура дурой, а на деле — еще та лиса. Хотя нет, лисой ее даже в мыслях называть не стоит, иначе придет настоящая лиса и ненароком сожрет эту крольчиху.

В последние месяцы я даже обычным людям ничего не обещаю, а не то что представителям мира духов, для которых обещание сродни подписанному и заверенному нотариусом договору, не меньше. Хотя даже больше: любой договор можно оспорить в том же суде, а тут хочешь не хочешь, придется выполнять.

— Обещаю, — выдавил из себя я.

— А еще тут, и туда, и туда, — сразу показала на мест десять она, видимо, решив воспользоваться моментом по полной.

— Обещаю, но и ты тогда пообещай, что больше не станешь ничего просить, пока мы не закончим наши дела. Обещаешь?

После моих слов она недовольно скривилась, будто бы я ее к чему-то нехорошему склонял, но все же тихо произнесла: «Обещаю», видимо, рассчитывая, что если это сказать тихо, то можно и не исполнять обещание.

— Ну тогда все, рот на замок и веди, а после мы сходим и туда, и туда, и туда, — сказал я уже в приказном тоне.

— Хорошо, — побрела она, вот только рот свой так и не закрыла, поэтому по пути мы узнали, где она вчера выступала, как ей аплодировали и в каких местах они побывали после выступления. Короче, она рассказала обо всем в самых мельчайших подробностях. Правда, под конец ее слова окончательно превратились для меня в белый шум.

— Что-то я не понял, — посмотрел я на крольчиху, которая с довольным видом указывала на небольшую трибуну, стоявшую напротив сцены. А именно напротив той сцены, где она вчера выступала и которую мы прошли уже полчаса назад, видимо, делая полный круг по этому поистине проклятому месту. И со мной солидарен был не только Тэ Гун, но и большая часть родителей, которые ходили тут с таким видом, будто вопрошали: «За что им это все?» И не предали ли они родину в прошлой жизни?

— Да я тебя сейчас прибью, — разошелся Тэ Гун, который, видимо, окончательно потерял терпение, и я его понимал: по какой-то причине ему жутко не везло. То ребенок врежется, то вступит в какую-то дрянь, ему даже от большого плюшевого медведя досталось, когда тот ненароком сшиб его, неудачно развернувшись.

— Знаешь, я вот что подумал: тебя случайно не прокляли? — спросил я его и был я в этом полностью серьезен, как-никак, удача в мире духов — это вещь далеко не абстрактная.

— Да я даже догадываюсь кто. Чертов старик, — оскалился он в злой гримасе.

— И все нормально?

— Нормально… Да и это не проклятье, оно ко мне прицепиться просто не сможет, это, скорее всего, сглаз. Я просто потерял удачу, но с моим происхождением долго это точно не продлится. Вот только… — не закончив, он посмотрел на вход под сцену.

Ага, если ему сейчас не везет, то очищать проклятое место сейчас будет куда опаснее. И совершенно неизвестно, чем все это закончится.

— Мам, мам, смотри, у дяденьки дырка на… — показал ребенок, но его тут же отдернула, видимо, его мамаша и заставила отвернуться.

— Да где? Воот… — взревел Тэ-гун, но, поняв, что привлекает к себе много внимания, повернулся к прохожим лицом.

И да, на его брюках красовалась здоровенная, в половину мягкого места, показывая нелепый дизайн его трусов всем вокруг. И правда, где он успел? Вроде мы ничем таким не занимались.

— А я давно заметила, но просто подумала, что это у дяди-эксгибициониста такой стиль, — сказала Сюэ Сюэ.

— Вот же мелкая зараза, — зло посмотрел на крольчиху Тэ Гун.

— Ладно, жди тут, я сам разберусь, — сказал я, рассудив, что безопаснее пойти одному, чем брать с собой бомбу замедленного действия.

— Ты точно уверен? Там может быть опаснее чем в прошлый раз. Можем Хан Бону подождать, она через несколько часов освобод… Да сколько можно? — прилетел ему в голову какой-то предмет, а именно игрушка в виде пингвина, которую от злости швырнул орущий неподалеку ребенок.

— Точно. И не думай, что я из благородства, ты мне за это должен будешь. Просто не охота, чтобы в какой-то момент все пошло наперекосяк из-за твоего сглаза. Или какая там у тебя постыдная хворь. Да и на будущее, ты это, предохраняйся.

— Вот же… — впрочем, он не стал продолжать, видимо, согласившись, что сейчас это была полностью его оплошность.

Я еще раз осмотрел трибуну и бросил взгляд на сцену, где сейчас готовилось очередное представление. Рабочие как раз выставляли реквизит в виде декораций замков и деревьев.

Конечно, сама трибуна была не особо большая, но сколько раз в день она забивается детьми и их родителями. Нет, тянуть точно нельзя. Насколько я уже понял, чем дольше находиться поблизости к проклятому месту, тем больше шансов подцепить ту гадость, которая сейчас убивает Су Юн и других детей. И с учетом того, что люди находятся тут прямо над источником, то это место куда опаснее, чем в подвале того детского центра.

— Ладно, вот талисманы, но ты их не должен в руках долго держать, иначе их сила уйдет на тебя, — сказал он и положил парочку небольших листков бумаги мне в карман.

— Это еще в каком смысле уйдет в меня?

— Не бери в голову, просто быстро достал, быстро прицепил, думаю, все будет в порядке, да и не убьют они тебя, по крайней мере, не должны.

И да, от кармана куртки, которая даже не касалась моего тела, я чувствовал жар. Будто он мне туда пару кусков раскаленного угля засунул. Теперь понятно, почему он тогда отказал мне в знакомстве с человеком, который их изготовляет.

— Я тоже пойду, — выпалила крольчиха, выпятив грудь вперед.

— Никуда ты не пойдешь, а