Сталкер - Кира Сорока

Ловлю Полину в последний раз, прижимаю к груди, и мы целомудренно соприкасаемся губами. Всё в рамках танца. За моей спиной раздаются хлопки. Опустив Полину, поворачиваюсь.

— Прекрасно! — закончив хлопать в ладоши, Эльвира строго смотрит на Полину: — Иногда мне кажется, что ты зря выбрала балет. В других направлениях ты даже интереснее.

— Спасибо, — скромно отвечает Полина и смотрит на меня: — Идём. Тут и правда жарко.

Мне кажется, или эта тема для неё неудобна?

Прощаемся с тренершей и уходим. Сегодня мы без переодеваний и душа, потому что раздевалки все битком. Полина лишь забирает наши куртки. Я тренировался в спортивных штанах и футболке, и меня совсем не смущает, что немного взмок.

Накинув куртки, выходим на улицу. Идёт снег, напоминающий дождь. Бежим к машине. Пока открываю для Полины дверцу и обегаю тачку, мои волосы промокают насквозь от этого снежного ливня.

— Главное, не простыть, — стучит зубами Полина.

Волосы у неё тоже мокрые, а щёки горят. Врубив печку на полную, выезжаю с парковки и тут же торможу у ближайшей кофейни.

— Сейчас вернусь.

Чмокаю Полину в щёку и под её ошеломлённым взглядом вылетаю из машины. Покупаю два кофе, на этот раз капучино. Ещё каких-то круассанов с клубничным джемом. Продавщица уверяет, что они свежие, только что из печки. Возвращаюсь к своей принцессе, вручаю ей стаканчик и пакетик с выпечкой.

— Ты читаешь мои мысли, — краснея, говорит Полина.

— Хотела капучино?

— Да... И обожаю эти круассаны!

— Ммм...

Мы кормим друг друга кусочками круассанов, пьём кофе... Почти не разговариваем. Я пожираю её глазами, она тоже не отводит от меня взгляда. Люблю когда у неё такое игривое настроение. После изнурительных тренировок оно чаще всего именно такое. Танцы её заряжают.

Так... А что там у нас с балетом?

Прокашливаюсь.

— Эльвира сказала, что ты зря выбрала балет. Тебя это смутило. Почему?

Предпочитаю не ходить вокруг да около.

— Давай не будем об этом, — настроение Полины тут же падает.

Она допивает кофе. Забираю у неё стаканчик, вставляю в свой. Круассаны мы уже доели. Кидаю стаканы в пустой пакет и швыряю его на заднее сиденье.

— Почему не будем? — обхватываю лицо девушки ладонями. — Мне ты можешь рассказать всё, что угодно.

— А я не знаю, что сказать, — трепещут её ресницы. — Я не знаю, что именно хочу танцевать. Мне нравятся разные стили. Но и балет бросать не хочется. Хотя и дураку понятно, что я не балерина.

— Дураку, может, и понятно, а мне нет, — хмурюсь. — Объясни.

— Мой вес на пять килограммов больше общепринятых норм в балете, а подготовка далека от идеала. Балет для меня скорее хобби, я никогда не построю в нём карьеру. Но всё же мне очень нравится танцевать классику... Иногда я чувствую себя в тупике от этих противоречий внутри.

Опускает взгляд. Чувствую, как закрывается от меня.

— А та женщина, Алла Зайцева... Она что преподаёт?

— Она занимается разными стилями. Но в основном современной хореографией.

— Так значит, тебе и выбирать не нужно. Попадёшь к этой Зайцевой — и будешь танцевать то, что она поставит. Ведь ты этого хочешь, так?

Полина мягко улыбается, вновь оживая.

— Ты так уверен, что я к ней попаду?

— На двести процентов.

И я не вру. Полина для меня лучшая, идеальная...

Мы касаемся губами и улетаем в какую-то другую реальность. Где нет танцев, родителей и каких-то недомолвок. Только мы. Наши губы, объятья...

Возвращаться не хочется. Из динамиков магнитолы звучит наш трек. Полина отстраняется, чтобы глотнуть немного воздуха, а я с улыбкой подпеваю:

— Душу забрала... На небо лупили звёзды, уплетая мармелад...

— С тобою лечу свободно, без тебя я в кандалах!.. — подхватывает Полина.

И мы вновь целуемся... Пока не раздаётся назойливый телефонный звонок. Это мне. Мой айфон трезвонит и трезвонит, и нам приходится прерваться.

— Ответь, — выдыхает Полина, отодвигаясь от меня.

Смотрю на экран. Игорёк. Первый порыв — вырубить телефон. Но он ведь с моей матерью живёт... Вдруг, как тогда, что-то срочное. Тогда бандиты заявились прямо к нам домой.

Прижимаю трубку к уху.

— Я занят!

— Переживёшь! — рявкает Игорёк. — Ты мне срочно нужен. Дело на миллион.

— Я не могу...

— Реально на миллион. Давай, дуй домой, Макс. Если не приедешь, я бабки поделю с кем-нибудь ещё. А мне хочется поделить их с тобой. Не забывай: нам ещё тем быкам отдавать.

— Тебе отдавать! — рычу в ответ.

Но всё же жму на газ и трогаюсь с места. Зажав телефон плечом, хватаю руль обеими руками, пытаясь выбраться из мокрой снежной жижи у обочины.

— Объясни в двух словах, что от меня нужно.

— Сопровождение, — размыто говорит Игорёк. — Просто довезти из пункта А в пункт Б. Всё.

— И где эти пункты?

— Недалеко. К утру управимся.

Бл*ть! Надо отказаться... Но меня так сильно привлекает вопрос лёгких денег, что я не отказываюсь.

— Ладно, скоро буду.

Медленно двигаемся в плотной пробке.

— Куда-то уезжаешь? — небрежно спрашивает Полина.

Перевожу на неё взгляд.

— Да. По делам.

— Понятно.

И всё. Километровая пропасть между нами снова на месте. Но я сам виноват. И чтобы немного сгладить, выдаю:

— Твоя мама не соврала, говоря о зеке, с которым живёт моя мать. Это ведь она тебе рассказала?

Полина кивает.

— Максим... Я понимаю, что это не моё дело, — резко даёт заднюю.

Хватаю её за руку, переплетаю наши пальцы.

— Моя мама действительно живёт с мужиком, недавно освободившимся из тюрьмы. Но он не так уж плох. И ему иногда нужна моя помощь... Чтобы он смог лучше освоиться в нашем мире.

Знаю, так себе объяснение.

Полина зависает. Тем временем пробка рассеивается, и я поддаю газу. Быстро долетаем до дома.

— Наверняка ты даже не зайдёшь, — смотрит на меня слегка растерянным взглядом. — А что мне сказать твоему отцу?

— Я еду к матери, — пожимаю плечами. — Да и вообще, когда его волновало моё местонахождение?

Теперь в глазах Полины грусть.

— Твой папа — хороший человек.

— Да, наверное.

— Ладно... — Полина дёргает дверную ручку. — Я пойду. Завтра в школу.

Точно. И наши школы в разных районах. И видеться теперь мы будем значительно реже.

— До скольки ты завтра учишься? — придерживаю Полину за локоть.

— Не знаю. До часа вроде.

— Я приеду за тобой и заберу. Потом поедем тренироваться.

— Не получится. Завтра у меня репетиция с труппой.

— Весь чёртов вечер?

— Может быть, — пожимает плечами.

Разозлить меня хочет? Или вновь намекает на то, что мы расстались? Но наши поцелуи говорят об обратном, чёрт возьми!

Отпускаю её. С Полиной надо как-то по-другому.