Реджеп Тайип Эрдоган - Севинч Учгюль

развития Реджепа Тайипа Эрдогана на посту мэра Стамбула, который можно считать образцовым примером реализации «локального» подхода. В рамках такой модели важны не «большие идеи» или идеология, а «услуги», предоставляемые гражданам. Политика здесь выступает как инструмент, направленный на решение повседневных проблем – таких как улучшение дорог, водоснабжения, канализации. Именно во время пребывания на посту мэра Стамбула Эрдоган осознал невозможность и неэффективность идеологического управления, что подвело его к переосмыслению политики и прагматичному лидерству.

С 1990-х годов традиционное правоцентристское движение в Турции исчерпало себя, а левое движение утратило политическую силу. На этом фоне AK Parti стала естественным кандидатом, заполнившим политический вакуум как справа, так и слева в преддверии выборов 3 ноября. Важным определяющим фактором стали и настроения избирателей, уставших от «привычного» политического порядка. AK Parti выступила выразителем тех сегментов общества, которые критиковали устоявшуюся политическую систему. Она изначально позиционировала себя как общенациональная партия, выражающая общую волю нации, ориентированная на перемены и развитие.

Партия справедливости и развития обратилась к самым незащищенным, беднейшим слоям населения, маргинализированным по признакам идентичности, культуры, языка и вероисповедания. Традиционные политические элиты либо игнорировали эти слои населения – периферию, – либо подавляли их.

AK Parti существенно отличалась от других партий, поскольку не была запятнана участием в политических провалах и коррупционных скандалах. Поэтому избиратели отдали предпочтение движению, предлагавшему альтернативный дискурс. В этом смысле можно говорить и о протестном голосовании в пользу AK Parti.

Наконец, еще одной причиной успеха партии стало то, что с самого начала она сформулировала большие цели и одновременно предложила практические решения повседневных проблем граждан. Эффективное использование расхождения между «локальностью» и «глобальностью», ставшее особенно существенным в 2000-х годах, помогло AK Parti выработать политический стиль, соответствующий «духу времени».

На результатах выборов 2002 года существенно сказалось влияние консервативных сегментов общества, стремившихся преодолеть последствия «процесса 28 февраля». Этот период ассоциировался с государственным вмешательством, направленным против исламской идентичности и символики, а также против религии в целом. Впоследствии эти меры переросли в своего рода «охоту на ведьм», целью которой стало вытеснение исламской идентичности из общественно-политической сферы. Победа на выборах 2002 года, достигнутая политиками, происходившими из движения, против которого и был направлен «процесс 28 февраля», стала наглядным свидетельством провала социально-инженерных проектов кемалистских элит.

Таким образом, успех AK Parti на выборах стал символом отторжения обществом навязанных ценностей 28 февраля 1997 года и банкротства авторитарно-элитарного способа управления.

В этом контексте трактовка победы Партии справедливости и развития исключительно как результата «реакционного голосования» представляется недостаточной. Возникает закономерный вопрос: какие социальные, экономические и политические факторы привели к тому, что партия, основанная всего за 15 месяцев до выборов, смогла прийти к власти с таким большинством, которое едва не дало ей возможность изменить Конституцию?

Если обобщить причины успеха партии, то, с одной стороны, ключевым фактором стало лидерство Реджепа Тайипа Эрдогана, послужившее важнейшим элементом политической мобилизации, а с другой – сама Партия справедливости и развития, сумевшая выстроить привлекательную для избирателей стратегию. Помимо этого, можно выделить и другие важные факторы ее успеха:

Усталость населения, вызванная социальными и экономическими кризисами, подтолкнула избирателей к поиску альтернатив. На этом фоне Партия справедливости и развития обрела доверие как новая политическая формация.

Понимание «перемен» и «инноваций» в программе партии совпало со стремлением к обновлению, сформировавшемся в обществе. Созданная новаторами из «Партии добродетели» AK Parti представляла собой новую формацию не только в рамках своей традиции, но и всей Турции.

Уважение к субидентичности, культурным, религиозным и этническим различиям, сыграло важную роль в успехе Партии справедливости и развития. В постмодернистский период на первый план усилились возражения против унификации на всех уровнях жизни. Позитивный подход AK Parti к этим социальным и культурным различиям выделил ее на фоне других партий.

Переход к более широкому демократическому дискурсу позволил партии обратиться к широкой социальной базе. Оперируя на политическом пространстве, ранее занятом Демократической партией времен Мендереса и Партией Отечества времен Озала, AK Parti вышла за рамки традиционной электоральной базы движения «Национального взгляда». Ориентация на социальные слои, испытывавшие экономические, социальные и культурные трудности, во многом вызванные последствиями «процесса 28 февраля», стала, еще одним важным фактором успеха.

Партия справедливости и развития подошла к выборам без негативного наследия, связанного с политическими и экономическими провалами и обвинениями в коррупции, что выдвинуло ее как альтернативу прежнему политическому истеблишменту. AK Parti позиционировала себя как партию, ставящую перед собой великие цели и разрабатывающую конкретные проекты для их реализации, то есть ориентированную на служение народу.

В момент основания AK Parti уже имела представительство в парламенте в лице около 50 депутатов, что обеспечило ей политическую видимость и активность в законодательной сфере на этапе становления. Партия выражала интересы тех, кто пострадал от переворота 28 февраля и стремился избавиться от последствий репрессивной «социальной инженерии» посткемалистского режима. Эти группы увидели в AK Parti возможность политического и морального восстановления.

Партия сумела органично представить феномены «глобализации» и «локализации», два ключевых параметра общественно-политического дискурса начала XXI века, и построила свою политическую программу в соответствии с «духом времени».

Бюлент Арынч, один из ключевых политических фигур Партии справедливости и развития, выразил общие чувства следующими словами: «Были те, кто легкомысленно считал, что уравновесил демократию, направив танки в Синджан… А мы уравновесили демократию в 2002 году – не с танками, а с голосами. Через четыре года после Синджана народ Турции сделал это на выборах с помощью избирательной урны!»[116]

Первый зарубежный визит Реджепа Тайипа Эрдогана в США в качестве председателя Партии справедливости и развития состоялся 10 декабря 2002 года, вскоре после победы AK Parti на парламентских выборах. В рамках этого визита Эрдоган провел важные встречи в Соединенных Штатах, что стало значимым шагом в укреплении международной легитимности партии, получившей мандат на формирование правительства.

Во время визита Эрдоган был принят в Белом доме президентом США Джорджем Бушем – младшим. Во встрече также участвовал министр иностранных дел Турции Яшар Якыш. Основными темами переговоров стали вопросы будущего Ирака, отношения Турции с Европейским союзом, а также перспективы урегулирования кипрского вопроса.

До этого Эрдоган провел переговоры с государственным секретарем США Колином Пауэллом в Государственном департаменте, а также получил информацию о развитии ситуации в Ираке от представителей Пентагона. Кроме того, он встретился с вице-президентом США Диком Чейни в его официальной резиденции.

Программа визита включала также публичное выступление Эрдогана в престижном аналитическом центре – Центре стратегических и международных исследований (CSIS), где он изложил взгляды Партии справедливости и развития на внутреннюю и внешнюю политику Турции, включая отношения с ЕС, Кипром и Ираком. На специальной пресс-конференции в отеле Ritz-Carlton Эрдоган ответил на вопросы прессы. В своем выступлении в