Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Эм, нет, — женщина демонстративно чуть улыбнулась, демонстрируя совершенно ровные зубы без выраженно-удлинённых клыков. — А что?

— Заподозрил родство по стилистике подбора одежды, — честно ответил я, сдавшись, и разглядывая уже вырез декольте. — Например, у дорогумо это точно видовое, я уже убедился.

— Вот как? — кажется, мне удалось выбить собеседницу из колеи своими словами, по крайней мере, она начала осматривать себя с каким-то новым интересом. — Хм, никогда бы не подумала. А что не так?

— Всё так, просто мне не совсем понятно, как ваши, сенсей, ученики что-то усваивают из объяснений, когда вы у доски стоите… или сидите!

— Хм, — ещё раз хмыкнув, женщина села ровно, выпрямив спину. При этом она, конечно же, поставила ноги «по-нормальному», и… я стал примериваться к цветочному горшку, неведомой силой выжившему на краю стола: если хорошо постучатся головой, то, может, меня до вечера «отпустит»? Хорошо, что Агеха, несмотря на уже чуть округлившийся животик, вполне в состоянии… и всегда «в настроении» — чувствую, ей сегодня достанется двойная порция внимания!

— Хм, — видимо, по глазам поняв, что «всё равно что-то не то», Сая… да, именно Сая-тян, иначе такую милашку… в такой одежде, называть совершенно не хотелось! — задумчиво произнесла:

— Вообще-то я всегда так одеваюсь, и ты первый, кто сделал замечание…

— Любого мужика, который сделает это при свидетелях, завтра найдут закатанным в бетон по самую шею, и коллеги будут дружно отвечать, что ни при чём, — «открыл глаза» аякаси я. — А у женщин, наверное, от яда челюсти сводит. А вот шепчутся за спиной — обязательно.

— Хм, — ещё раз хмыкнула демон-эска и опять украдкой осмотрела себя. — Я тебя всё равно не совсем понимаю. Это важно?

— Как сказать, — теперь настала моя очередь хмыкать. И доставать то, что обычные школьники, как правило, при себе не таскают: портмоне с визитками. — Вот. Айя Канаме, мой деловой партнер, совсем человек, но в теме. У неё лучше получится объяснить, наверное… без купюр, так сказать. А я, собственно, пришёл занести вот это:

«Гражданский кодекс Особой зоны Такамия», отпечатанный в «несерьёзном» А6 формате, кроме собственно текста, имел приложенный USB-брелок, токен-ринг для авторизации на сайте «особой зоны», который мы всё-таки начали «пилить». Текст законов всё ещё претерпевал изменения (о чём в книжке было указано), и мне было выгодно, чтобы особое население города было, по возможности, в курсе. По крайней мере, зоны покрытия системы подавления заметности ауры и мест вроде офиса Социального Комитета, куда соваться не рекомендовалось категорически.

Сая быстро проглядела книгу и убрала её и приложения в сумку. Мне оставалось только вежливо поклониться и валить, раздумывая, правильно ли я сделал, что натравил монстра неодолимой силы на женственную и беззащитную… Кисараги. Впрочем, вопль (то есть простите, «тихий шёпот»!) оставшегося для меня безымянным коллеги сенсея про «так это был твой ребёнок, Сая-тян?!» быстро убедил меня в том, что всё сделано верно!

* * *

— Милый домик, — сообщил я Михаилу, открывшему мне калитку. — И сад тоже неплохой. Вы тут вчетвером живёте?

— Втроём, — Кемеров улыбался до ушей. — Если ты имел в виду Кукера, то этот ниньзя растворился в ночи вместе со своими вещами уже на пятый день, как мы съехались.

— Почему? — меня изрядно удивило такое поведение второго защитника «звёздной» парочки детишек.

— Угадай, кто готовит завтрак, обед и ужин, если в доме есть профессиональный повар?

— Все по очереди? — попытался угадать я.

— А вот и нет! Готовит тот, у кого есть младшая сестрёнка с во-от такими огромными грустными голодными глазами!

— Бедный Кукер!

— И не говори! Ладно, пошли в дом…

Гостиная дома Кемеровых-Охаяси-Момочи напоминала сейчас место какого-то безумного мозгового штурма: везде валяются распечатки, где стопками, где по листочку, ксерокопии каких-то рукописей, три раскрытых лаптопа… И среди всего этого бардака — две красивые девчонки… тоже валяются. Прямо на полу. Япония…

— Присоединяйся, Юто-кун, — Михаил, подавая пример, плюхнулся прямо на распечатки. — Может, чаю?

— Нет, спасибо, лучше я до кухни потерплю, чем мы будем мокрые липкие бумаги разбирать, — отказался я, следуя примеру русского. — Ну как, есть чего?

— Есть, — Хонде, похоже, было совсем не весело. — Вот смотри. Сканы с текстов кланового архива, у тебя, наверняка, тоже такие есть.

— Хм, и ты просто так даёшь мне это прочесть? — если честно, я был изрядно удивлён. Вот уж кому постороннему точно не стоило показывать рукописное наследие предков.

— Тут выборки, специально архивист переписывал, — уточнила Охаяси, и только после я взял в руки скрепленные скрепкой бумаги. — Несчастные случаи и странные «самоубийства». В том числе и после экспериментов. Возможно, действительно поможет предупредить… случайные эффекты практических опытов, так?

— Всё так, — я уже читал первое описание найденного трупа, пытаясь понять, чем в совершенно пустой комнате из дерева и бумаги можно было «обуглиться аки уголь древесный». Четырнадцатый век? Хм, может, убили? Причем тогда могли и магией… да и демон вроде Зары мог напасть.

— Сначала сюда посмотри, — подсунул мне под нос копию распечатки на машинке (на русском языке!), датированную 1935 годом Кемеров-младший. — Знакомая фамилия?

— Ещё бы, — ещё бы я не знал фамилию «Тесла»! — Всё-таки родственники Охаяси?

— Седьмая вода на киселе, — сообщил парень, протягивая мне копию теперь уже рукописного листа и по-японски, — вот, видимо эта «ветка». «Изгнали с позором»… «подозревается в краже секретов главной семьи». Ассимилировался, а потом у потомка внезапно оказался очень выраженный вариант генома… и мозги в нужную сторону повёрнутые. По статистике мое… клана отца, лучший шанс передать рабочее «наследство крови» при браке между двумя носителями сильно выраженного кеккей генкай. Некоторые геномы могут проявляться через несколько поколений — внезапно, у ничего не подозревающей семьи… видно, у Охаяси как раз такой.

— Спасибо за информацию, — серьёзно поблагодарил я и посмотрел на Сору. — Что-то неприятное нашла?

— Как сказать, — девушка подняла на меня взгляд. — Архивы Момочи, как ты понимаешь, по большей части были уничтожены, но характерные «приветы» из прошлого всё равно можно найти. С одной стороны, ждать от меня что-то вроде шаровых молний не нужно, а с другой… вот, полюбуйся.

— «Двадцать четыре сотрудника полиции были расчленены неизвестным мечником, скрывшимся с места преступления»? — прочёл с протянутого лептопа я. — «Киотская газета»?

— Да, начало двадцатого века, — Момочи закрыла компьютер и как-то грустно повела плечами. — Его так и не поймали, моего пра-прадеда. Отец… рассказывал эту историю, правда, немного не так. «Боевая ярость». Просто заклинивает мозги от пустяка: для многих людей обычное дело. Только я, в отличии от обычного человека, могу