Римская история и Плутарх - Алексей Борисович Егоров

что выразилось в финансовой политике и укреплении императорского фиска. В 58 г. император пытался отменить откупную систему и косвенные налоги и, хотя сенат не дал провести реформу до конца, некоторые меры приняты были. 55–59 гг. были временем борьбы с коррупцией и осуждения ряда провинциальных наместников по делам о вымогательствах, также приостановленных сенатом (Tac. Ann., XIII, 28; 30–31; 33–43; 50–52; XIV, 18; Suet. Nero, 10; 15; 17; Xiph., 151).

В 55 г. командование на востоке передается Домицию Корбулону. В дополнение к четырем сирийским легионам Уммидия Квадрата создается группировка в Каппадокии (три легиона), которая и перешла в наступление. В 58 г. Корбулон вступил в Армению, легионы вскоре заняли Артаксату, а в 60 г. — Тигранокерту. Царем стал римский ставленник Тигран, и теперь в Армении находился небольшой контингент римских войск (Tac. Ann., XIII, 6–7; 9–10; 35–41; XIV, 23–26).

Тем не менее, на фоне «блестящего пятилетия» продолжается придворная борьба, когда Агриппина постепенно устраняет сторонников Клавдия, включая Нарцисса. Вокруг молодого императора развернулась борьба двух придворных партий, Агриппины и Бурра и Сенеки (ibid., XIII, 12; 18; Suet. Nero, 28; 30). Развязка наступила в 58 г., когда Нерон решил жениться на аристократке Поппее Сабине, что вызвало его конфликт с Агриппиной, а в 59 г. Нерон, видимо, с согласия Бурра и Сенеки, организовал убийство матери (Tac. Ann., XIV, 1). Убийство Агриппины стало поворотным пунктом его принципата. Общество не любило императрицу, но убийство матери навсегда подорвало любое доверие к Нерону, и с 59 г. начался собственно «принципат Нерона», эпоха тяжелейшего политического кризиса.

В 60 г. Нерон, будучи поклонником всего греческого, начал «реформу нравов», учредив особые игры, Неронии, устраиваемые наподобие Олимпийских игр раз в пять лет. Игры носили спортивно-поэтический характер, в программе были состязания колесниц, музыкальные агоны, состязания по гимнастике и ораторскому искусству и выступления поэтов, но в них не было любимых римлянами гладиаторских боев. В играх участвовали сам император и высокопоставленные сенаторы (по крайней мере, как зрители). Римское общество восприняло реформу враждебно, видя в ней очередные «безобразия» императора.

В 58 г. в угоду сенату Нерон возобновил старый обычай казни всех рабов и вольноотпущенников, находившихся под крышей дома в момент убийства хозяина. В 61 г. раб убил префекта города Педания Секунда и, хотя убийца был известен, по инициативе знаменитого юриста Гая Кассия Лонгина, потомка убийцы Цезаря, сенат потребовал казни 400 рабов и либертов, находившихся в данный момент в доме. Народ был готов силой помешать исполнений приговора, но Нерон, расставив в городе караулы, обеспечил выполнение решения.

События показали теснейшую связь между казалось бы совершенно различными событиями придворных интриг в Риме, провинциальными восстаниями и внешнеполитическими проблемами. В 61 г. началось грандиозное восстание в Британии, поводом к которому стали хищения и грабежи ростовщиков, императорских либертов и ближайшего окружения принцепса, включая Сенеку. Повстанцы во главе с царицей Боудиккой захватили Камулодун и Лондиний, подвергли их разграблению и уничтожили множество римлян. После возвращения наместника Светония Паулина, повстанцы были разбиты в большом сражении, после чего восстание было подавлено. Боудикка покончила с собой, но провинции был нанесен тяжелейший ущерб.

На востоке началось наступление парфян. В 62 г. Нерон назначил Корбулона наместником Сирии, поручив командование каппадокийской группировкой Цезеннию Пету, армия которого была окружена при Рандее и вынуждена сдаться. Это означало признание Тиридата царем Армении, а в 66 г. в Риме в торжественной обстановке он получил диадему из рук императора. Война была проиграна, но римлянам удалось «сохранить лицо».

В 62 г. буря уничтожила 200 кораблей с хлебом у берегов Кампании, еще 100 кораблей погибли от пожара (Tac. Ann., XV, 18). В 62 г. умер Бурр, пошли слухи, что его отравил Нерон (ibid., XV, 51; 57; Suet. Nero, 35). Новыми префектами претория стали Софоний Тигеллин и Фений Руф и, если последний проводил политику Бурра, то Тигеллин стал проводником репрессивной политики императора. Нерон развелся с Октавией, которая была обвинена в адюльтере, сослана на остров Пандатерию и убита. Смерть Бурра стала причиной отставки Сенеки, а после смены правительства начинаются репрессии (Tac. Ann., XIV, 51; 57–59; 60–64; Suet. Nero, 35; Xiph., 168).

В 64 г. режим Нерона вступил в полосу кризиса. Точкой отсчета стал ужасный пожар Рима, какого еще не было в его истории. Из 14 регионов города три сгорели полностью, семь пострадали очень сильно, и только четыре остались целы (Tac. Ann., XV, 38–43; Suet. Nero, 38). Правительство приняло меры по спасению горожан, а после пожара началась реставрация города. (Tac. Ann., XV, 43). Тем не менее, общественное мнение Рима было уверено, что поджог был совершен по приказу императора (Suet. Nero, 38; Xiph., 168). Наоборот, современные ученые, как правило, сомневаются в его виновности, приводя достаточно большое число аргументов в свою пользу. Как бы то ни было, уверенность римлян продолжала расти, тем более, что среди новых построек был огромный Золотой дворец Нерона (Tac. Ann., XV, 42; Suet. Nero, 31).

Не помогла и попытка найти «виновных». Желая отвести от себя подозрения, император велел казнить огромное количество христиан, что стало первым большим антихристианским гонением и переходом от относительно толерантной и еще не определившейся политики 30–50-х гг. к жестоким репрессиям. Расправы отличались невероятной жестокостью, а среди погибших было множество христианских проповедников, в том числе, св. Петр и св. Павел, но, несмотря на сильные антихристианские настроения, убеждение в виновности Нерона продолжало усиливаться. Уверенность в невиновности христиан разделял и Тацит (Tac. Ann., XV, 44), его же отражает и вся последующая историография[147].

Восстановительные работы вызвали гигантские поборы, разорившие Италию и провинции, назревал тяжелейший финансовый кризис. Тогда же в бурю попал Мизенский флот, груженый большим количеством хлеба (ibid., XV, 45).

В 65 г. возник разветвленный заговор, в который вошли многие сенаторы, всадники, офицеры преторианской гвардии и представители императорского аппарата. Перечисляя участников заговора, Тацит считает его руководителями Плавтия Латерана, поэта Аннея Лукана и преторианских офицеров, Сульпиция Аспера и Субрия Флава (Tac. Ann., XV, 48–50). О заговоре знал префект претория Фений Руф, а после его раскрытия, трое из девяти трибунов преторианской гвардии были казнены, а четверо лишились своих должностей (ibid.). Среди заговорщиков были сторонники республики и монархии, другие хотели ограничить власть принцепса, но единственным, что объединяло заговорщиков, было желание устранить Нерона. Варианты новых императоров были разные (Фений Руф, Сенека и др.), но большинство сходилось на кандидатуре аристократа Гн. Кальпурния Пизона, а потому заговор получил именно это название («заговор Пизона»).

Заговор был раскрыт, Тигеллин вышел на его верхушку, начались казни и самоубийства. Многие заговорщики (Пизон, Латеран и др.) покончили с собой, другие были казнены