Аристократ - Анна Кондакова

Во мраке тайного хода слышались её частые всхлипы и бормотанье.

— Ничего… ничего не случится… ничего… всё будет хорошо… ну конечно… — На бегу она уговаривала сама себя и, возможно, своего не родившегося ребёнка.

Я шёл следом. Она убегала.

Я ускорял шаг. Она замедлялась.

Я настигал. Она плакала и спотыкалась.

В конце концов, Иветта совсем ослабла, остановилась и упала на колени. Тяжело, с хрипом дыша, беглянка поставила лампаду на пол, навалилась на чемодан и положила руку на живот.

Через несколько секунд я был уже рядом.

Она подняла на меня заплаканные глаза, всхлипнув:

— Умоляю… сынок.

— Где Печать? — Я вынул меч и приставил остриё к шее Иветты. — Где Печать, ну?

Иветта замерла, боясь пошевелиться и порезаться.

— У меня её нет, — прошептала она. — Печать никогда не принадлежала Рингам. Никогда.

Она была так напугана, что начала задыхаться.

Самое неприятное, что леди Иветта говорила правду. Если бы Печать была у неё или Горация, кто-то из них бы уже применил силу перстня, но они оба бежали от меня, как самые обычные люди.

— Ты ведь знаешь, где Печать со львом? — спросил я.

— Нет… не знаю, — ответила Иветта. — Я не знаю, Теодор, поверь мне. И даже Тадеуш не знал. Несколько поколений Рингов знают только то, что кто-то носит Печать со львом и покровительствует дворцу. Этот кто-то присылал письма… всегда присылал письма. Только так Тадеуш общался с хозяином Печати. Они переписывались. В письмах они договаривались о совместных планах. Послания носила капитан Грандж.

Под моим тяжёлым взглядом Иветта затряслась, но всё же продолжила говорить.

— Они договорились. Лев попросил Тадеуша проследить за тобой, поспособствовать твоим поискам и задействовать все ресурсы, а за это Тадеуш попросил Льва обеспечить собственную безопасность и безопасность его наследника Георга.

Я прищурился, чуть ослабив нажим острия на шею Иветты.

— И что же случилось? Что-то не вижу в живых ни Тадеуша, ни Георга. Хреново Лев исполняет договорённости.

Иветта промолчала.

Этому у меня нашлось только одно объяснение.

— Так вот кого Тадеуш называл проклятыми предателями. Вы переиграли императора. Ты и Гораций, да? У вас ведь был совсем другой претендент на трон.

Я взглянул на живот Иветты, и она невольно прикрыла его ладонью.

— Фердинанд имел слишком большой вес при дворе и продвигал своего сына. Тадеуш решил всё в его пользу, — прошептала женщина.

— Поэтому вы его убили? Даже не вы сами. Вы-то как раз весь маскарад торчали у всех на глазах. Так кто убил Тадеуша?

Иветта опустила глаза.

— Я не знаю, кто это сделал. Нам просто гарантировали такой исход.

— Значит, ты и Гораций тоже вели переписку со Львом, только тайно от Тадеуша? И что вы обещали Льву? Почему он предал императора? Что вы ему обещали? Это должно быть что-то важное. То, что Лев не может взять силой, и то, чем император не захотел с ним делиться. Так что это? Что вы ему обещали?

Вместо ответа женщина щёлкнула замками на чемодане, открыла крышку и сунула руку под бельё. Я опять приставил остриё к горлу Иветты (кто знает, что она вытащит из своего чемодана).

Она вынула конверт.

Серый конверт, украшенный вензелями и красной сургучной печатью с оттиском льва. Посмотрев на рисунок, я невольно вспомнил, как целовал проклятый перстень. По телу тут же пронеслась неприятная дрожь.

Женщина достала из конверта письмо, развернула и подала мне.

Я забрал послание, быстро пробежав по нему взглядом. Оно было коротким, даже слишком коротким…

Глава 5.5

«Благословение».

Больше на листе не было ничего. Только одно слово.

— И что это значит? Что за благословение? — Я уставился на Иветту.

Та перевела дыхание и ответила мне тихо, полушёпотом:

— Я и сама не понимаю, что это значит. Мы просто обещали Льву благословение, которого он так от нас хотел.

— Как можно обещать то, о чём ты не имеешь представления?

Я надавил на горло Иветты остриём меча.

— Боже… Тео. Не будь таким жестоким, — всхлипнула женщина. — Я говорю правду. Поверь, это чистая правда… чистая правда… Лев потребовал благословения, и мы с Горацием обещали его. Это же пустяк, Тео. Я рассказала тебе всё, что знала. Теперь ты отпустишь меня?

По щекам Иветты потекли слёзы. Она поняла, что отпускать её никто не собирается.

— Тогда почему Тадеуш отказал Льву в благословении, если это пустяк? — продолжал напирать я. — Что это за благословение такое, Иветта? Ты ведь знаешь.

— Да не знаю я, Тео! Не знаю! — в отчаянии выкрикнула Иветта. — Клянусь тебе! Не знаю!

Я быстро переместил остриё клинка к её животу. Женщина замерла, закусив дрожащую губу.

— Исчадие ада, — прошептала она. — Ты не посмеешь убить невинное дитя.

Иветта обхватила клинок ладонью, тут же порезав кожу, но сил убрать от себя меч у неё не хватило. С её ладони засочилась кровь, по клинку потекли алые капли прямо на роскошное маскарадное платье.

На животе Иветты появилось багровое пятно.

Так и не отпустив клинка, женщина встала передо мной на колени и посмотрела в глаза.

— Мы отняли у тебя всё, даже тело. Мы принесли тебе страдания. Так пусть моя кровь станет доказательством моего раскаяния. Я прошу у тебя пощады и прощения за всех Рингов, за весь их род. Во чреве моём ещё один наследник Рингов, и он тоже просит у тебя прощения. Ещё не увидев свет, он уже стоит перед тобой на коленях. Он молит тебя о пощаде. Ты ведь не хочешь прослыть в народе Теодором Кровавым?

Иветта не моргая смотрела мне в глаза, её кровь продолжала течь на живот.

Я чуть наклонился к женщине и тихо ответил:

— Плевать, что обо мне скажут в народе. Я пришёл за Печатью.

— Конечно… я понимаю… Тео, я всё понимаю, но ничем не могу помочь… — Она опять всхлипнула. — Мы ни в чём не виноваты. Мы только уберегли Тадеуша от ошибки. Георг был бы жестоким императором, он бы погубил страну. К тому же, Тадеуш был болен. Он бы умер всё равно. Мы с Горацием ускорили и облегчили его смерть.

— Ну да. Он бы сказал вам «спасибо», если бы мог. Правда, благодаря вам, все теперь думают, что это я убил императора.

Иветта сложила руки в молитвенном жесте.

— Это была не наша идея. Это слова Георга. Зная его, я уверена, что перед смертью он решил испортить тебе жизнь. Но… но ведь