Бывшие. Ночь изменившая все - Валерия Брайт

— Стой где стоишь!

Тот слегка пятится от неожиданности.

— Не понял! — бормочет он. — Чего вас тут понаехало?

Я выхожу из-за спины Алексея, встаю рядом.

— Алиса Сергеевна Корнилова. Куратор Центра поддержки семей. Мы с вашей супругой обсуждали важные вопросы.

Он хмыкает, скалится, будто хочет показать зубы.

— Смелая ты. Знаешь, что в чужой дом без спросу не ходят?

— Знаю. — Улыбаюсь вежливо, почти мягко. Но внутри как перед боем. — Но если в доме опасность, я не спрашиваю разрешения. Я прихожу и делаю свою работу. И, насколько мне известно, это не ваша квартира, а квартира Елены.

Он делает шаг в мою сторону, и тут Алексей сдвигается, блокируя его жёстко, плечом, без слов.

Мужчина застывает. Я смотрю ему прямо в глаза.

— Попробуй только. Прикоснись к ним ещё раз и окажешься снова за решёткой. Только на этот раз без права на условное. Я тебя туда лично доведу.

Он молчит. Долго. Затем хрипло смеётся.

— Ну-ну. Делай свою работу, леди в пиджаке. Только потом не удивляйся, если окна в твоем доме ночью вылетят.

Алексей делает шаг вперёд. Мужчина пятится. Он покрывает нас матом, затем разворачивается и уходит. Дверь хлопает. Гулкий звук, от которого всё внутри на миг сжимается. Мы остаёмся в тишине.

Захожу обратно в комнату. Лена стоит у стены, всё ещё обнимая сына. Он прячется у неё под рукой, но теперь уже не дрожит так сильно.

— Все хорошо, собирайтесь и мы поедем.

Лена кивает. В глазах впервые за долгое время появляется искра.

— Ты храбрый, Миш. Всё позади.

Он кивает.

Когда они собираются, Алексей берёт сумку, я помогаю Лене. Мы выходим в тёплый вечер, в котором теперь больше воздуха. Сегодня я снова выиграла маленькую войну.

Глава 5

Алиса

Наконец-то рабочий день закончился. Я помогла Лене и Мише устроиться в комнатах, убедилась, что они в безопасности, оставила свои контакты на всякий случай. Теперь можно выдохнуть. Хотя бы на пару часов. Cажусь в машину, захлопываю за собой дверь и позволяю себе короткую секунду тишины. Руки на руле, лоб опущен на них. Потом глубокий вдох. Пора домой. Дорога знакомая, маршрут отточенный месяцами. Как будто сама машина знает каждый поворот. А мысли, несмотря на все старания, снова возвращаются к нему. К Ветру. Тот, чьё имя я сама себе запретила произносить вслух. Щёлкаю пальцами по рулю, будто выбивая все из головы.

— Не сейчас. И вообще не в этой жизни, — шепчу себе.

Пусть делает что хочет. Пусть сходит с ума, строит империи, женится, рушит миры. В моей жизни для него больше нет места. И не будет. Паркуюсь у дома. Сижу несколько секунд, задерживая взгляд на окнах соседей. Потом выпрямляюсь. Мне некогда тонуть в прошлом.

Не поднимаясь в квартиру, сразу сворачиваю к саду за Темой. Там мой настоящий мир. Там моя сила.

Я иду по тропинке к саду, стараясь сдержать улыбку. Тяжёлый день всё ещё где-то за спиной, липнет к плечам усталостью, но стоит мне вспомнить, зачем я сюда иду, всё лишнее стирается.

Дверь садика скрипит, как всегда. На крыльце пахнет свежим деревом и чуть-чуть красками и пластилином. Я захожу внутрь и сразу слышу знакомый смех. Он узнаваемый среди сотни других детских голосов, звонкий, светлый, как брызги воды в солнечный день.

Воспитательница улыбается, когда видит меня:

— Алиса Сергеевна, ваш богатырь сейчас прибежит.

Киваю и делаю несколько шагов вперёд. И в ту же секунду топот маленьких ножек. И вот он, мой Тёма. Летит ко мне, как маленький торнадо, с растрёпанными волосами, в серой кофте и джинсах с цветными заплатками на коленях. В руках его любимый плюшевый кот.

— Ма-а-а-ма! — кричит он так, будто не видел меня вечность.

Приседаю и распахиваю руки. Он влетает ко мне, врезаясь с разбега в грудь, обнимает так сильно, как только могут обнимать маленькие детские ручки.

— Привет, мой родной, — шепчу ему в макушку, вдыхая запах его волос, тёплый, солнечный, с чем-то сладковатым, как печенье.

Отстраняюсь чуть-чуть, чтобы посмотреть на него. И снова замираю на секунду. Серые глаза. Такие же. Глубокие, чистые… и до боли знакомые. Оттенок дождя и стали. Оттенок, который я думала больше никогда не увижу. Тёма смеётся, задевает мои волосы, как всегда в игре.

— Ты устала, мам? — спрашивает он серьёзно, заглядывая мне прямо в душу.

И этот взгляд снова режет меня изнутри, точная копия его отца. Но копия, которую я люблю больше жизни. Прячу дрожь улыбкой и целую его в нос.

— Немножко. Но теперь все хорошо. Теперь я с тобой.

Он смеётся и обнимает меня за шею:

— Я скучал сильно-сильно! Мы сегодня рисовали лисичек и ещё кормили рыбок в пруду! А у нас в группе новый плакат! И я на нём тоже есть!

— Молодец, мой чемпион, — шепчу я, подхватывая его на руки. — Всё успеем посмотреть.

Тёма прижимается ко мне, положив голову на плечо. Его маленькое сердечко бьётся рядом с моим. Мой мир. Мой смысл. Моя сила. Выхожу с ним на улицу, спускаю его и мы идем рядом. Ощущаю, как сердце постепенно отпускает. Всё остальное: работа, страхи, прошлое — можно будет пережить потом. Сейчас я держу в руках маленькую вселенную, ради которой я снова и снова поднимаюсь на ноги. И в его глазах моё напоминание: даже из боли может родиться счастье.

Мы идём домой медленно. Тротуар ещё тёплый от летнего солнца, воздух пахнет травой и черёмухой. Тёма держит меня за руку цепко, с той серьёзностью, которая бывает только у детей, когда они чувствуют себя настоящими мужчинами.

— Мам, а мы сегодня на прогулке видели ёжика! — начинает он, широко открывая глаза. — Ну, не совсем ёжика… может, и не ёжика… а может, это была шишка, но она двигалась!

Я смеюсь тихо:

— Шишка, которая убегает — это редкость. Может, это был волшебный ёжик?

— Точно! Волшебный! — с восторгом подхватывает он. — А потом ещё… Мы строили замок из песка! Но Вовка его разломал, потому что он, ну, этот, хотел быть драконом!

Он машет руками, изображая, как «дракон» рушит замок.

— Драконы такие, — поддакиваю я, стараясь ловить каждое слово, каждый взмах его маленькой ладошки. — У них работа такая