Выходки невероятного Ходжи Насреддина - Идрис Шах

– Я уже подумал об этом. В объявлении я указал, что это был старый грязный тюрбан, не имеющий ничего общего с настоящим.

Больше пользы

От луны больше пользы, чем от солнца, – заявил, входя в чайхану, Насреддин.

– Почему, Ходжа?

– Потому что ночью мы больше нуждаемся в свете, чем днем.

Какая половина моя?

Насреддин с приятелем захотели пить и зашли в кофейню. Они решили взять стакан молока на двоих.

– Выпей свою половину первым, – сказал приятель. – Видишь ли, у меня есть немного сахару, но его хватит только на одного. Я хочу выпить мою половину с сахаром.

– Положи сахар сразу, – сказал Ходжа, – а я выпью только мою половину.

– Ну уж нет. Моего сахара хватит, чтобы подсластить только полстакана молока.

Насреддин пошел к хозяину кофейни и вернулся с большим кульком соли.

– Все в порядке, приятель, – сказал он, – я пью первым, как договорились. И, не обессудь, я буду пить мое молоко с солью.

Вот как надо учить

Ходжа послал мальчика принести воды из колодца.

– Смотри, не разбей кувшин! – прикрикнул он и закатил мальчишке затрещину.

– Ходжа, – спросил у него прохожий, – зачем ты бьешь его? Он ведь ничего не сделал.

– Затем, дурень ты этакий, – ответил Ходжа, – что, когда он уже разобьет кувшин, наказывать будет поздно.

Привыкая к худшему

Результат налицо

Все в этом мире должны делиться своим достоянием по-братски, – говорил философ, обращаясь к собравшимся в чайхане.

– Я не уверен, что это было бы хорошо, – сказал один сомневающийся.

– А ты когда-нибудь пробовал? – спросил его идеалист.

– Я пробовал! – воскликнул Насреддин. – Я кормлю мою жену и моего ишака совершенно одинаково. Они получают то, что хотят.

– Отлично! – обрадовался философ. – А теперь скажи присутствующим, каков результат, Ходжа.

– Результат: хороший ишак – и плохая жена, – сказал Насреддин.

Вам хорошо судить

Конечно, это плохо, что ты потерял ишака, Ходжа, но все же не следует оплакивать его сильнее, чем кончину твоей первой жены.

– Насколько я могу помнить, когда я потерял мою первую жену, вы все, мои односельчане, говорили мне: «Не переживай, мы найдем тебе кого-нибудь еще». Но никто до сих пор не предложил заменить мне моего пропавшего ишака.

Роли человека

Брат, – сказал Ходжа Насреддин соседу, – я собираю деньги для одного бедняка, который не может уплатить свой долг.

– Весьма похвально, – сказал тот. – И кто же этот человек?

– Я, – сказал Насреддин, поспешно удаляясь.

Через несколько недель он снова появился у дверей.

– Не иначе, как опять насчет долга, – усмехнулся сосед.

– Ты угадал.

– Кто-то не может уплатить долг, и ты собираешь с миру по нитке?

– Верно. – И скорее всего этот должник – ты сам.

– На этот раз ты ошибся.

– Что ж, тогда вот, возьми.

Насреддин сунул монету в карман.

– Послушай, Ходжа, а что тебя сподвигло на благотворительность в этот раз?

Выйти сухим из воды

Один человек пригласил Насреддина на охоту, но посадил его на старую клячу. Ходжа ничего не сказал. Вскоре охотники ускакали далеко вперед и скрылись из глаз. Тут припустил сильный дождь, а крова поблизости не оказалось. Все, кто участвовал в охоте, промокли до нитки. Насреддин же, как только начался ливень, снял с себя всю одежду, свернул ее, а сам уселся сверху. Как только дождь закончился, он оделся и прибыл в дом хозяина как раз к обеду. Все удивились, увидев его сухим. Как ни быстры были их собственные лошади, но они не смогли доскакать до какого бы то ни было укрытия на этой голой равнине.

– Я должен сказать спасибо твоей лошади, – сказал Насреддин.

На следующий день хозяин дал ему быстрого коня, а себе взял клячу. Снова полил дождь. Семеня на кляче, хозяин вымок больше, чем когда-либо. А Насреддин проделал то же самое, что и в прошлый раз. И опять вернулся абсолютно сухим.

– Как тебе не стыдно! – закричал на него хозяин. – Ты заставил меня сесть на эту ужасную лошадь.

– Я думаю, лошадь тут ни при чем, – сказал Насреддин. – Чтобы выйти сухим из воды, полезно бывает пошевелить собственными мозгами.

Какому свидетельству верить?

Пришел к Насреддину сосед.

– Ходжа, одолжи мне своего ишака.

– Мне очень жаль, – сказал Ходжа, – но я уже отдал его.

Только он это сказал, как раздался крик ишака. И доносился он из стойла Насреддина.

– Но, Ходжа, я слышу ишака. Он там, в стойле.

Захлопнув дверь перед носом непрошеного гостя, Насреддин сказал с достоинством:

– А кто больше верит слову осла, чем моему собственному, тот и вовсе не достоин, чтобы ему одалживали.

Очень просто

Каждую пятницу Насреддин приходил утром на базар с отличным ишаком и, продав его, уходил довольный домой.

Цену он просил каждый раз очень низкую – всякому было ясно, что ишак стоит намного больше.

Однажды к нему подошел богатый купец, тоже продававший ишаков.

– Не могу понять, как это у тебя получается, Насреддин. Я продаю ишаков по самой низкой цене. Мои слуги берут у крестьян овес, не платя за него ни гроша. Мои рабы смотрят за ишаками, тоже не спрашивая с меня денег. И все равно мне далеко до твоих цен.

– Очень просто, – сказал Насреддин. – Ты крадешь корм и труд. А я – только ишаков.

Объективность

Сосед пришел к Насреддину, чтобы тот объяснил ему одно место в законе.

– Послушай, Ходжа, твой бык забодал мою корову. Положена мне компенсация или нет?

– Конечно, нет. Как человек может отвечать за действия животного?

– Подожди, – сказал сообразительный крестьянин. – Я перепутал. На самом деле мой бык забодал твою корову.

– А, – сказал Ходжа, – ну, это сложнее. Мне придется изучить прецеденты: тут могут быть нюансы, меняющие дело.

Никто не жалуется…

Доморощенный философ Хамза любил проповедовать в чайхане.

– Странно устроены люди, – сетовал он. – Никогда не бывают довольны. Зимой им слишком холодно. Летом жалуются на жару!

Присутствующие молча кивали головами, соглашаясь с этим неопровержимым утверждением. Насреддин, думавший о чем-то своем, поднял голову и посмотрел на Хамзу.

– А тебе не приходило в