Мажор. Пари на любовь - Альма Смит

Я смотрела на него и понимала, что все мои предубеждения рушатся. Он не был тем самовлюбленным мажором, каким я его представляла. Он был живым человеком. С проблемами. С сомнениями.

— Мне тоже хорошо, — тихо сказала я.

Мы еще долго сидели на той скамейке и разговаривали. О книгах. О музыке. О детстве. Он рассказывал смешные истории из своей жизни в дорогих школах и лагерях, и я смеялась до слез. Время пролетело незаметно.

Когда стемнело, он проводил меня до самого входа в общежитие.

— Спасибо за сегодня, — сказал он.

— Это был лучший день за последние несколько месяцев.

— Не за что, — улыбнулась я.

— Мне тоже было очень здорово.

— Можно я… можно я еще раз тебе позвоню? — спросил он.

— Может, в кино сходим на выходных?

— Да, — сразу же ответила я.

— Позвони.

Он улыбнулся своей ослепительной улыбкой, легкой поцеловал меня в щеку и ушел. Я стояла и смотрела ему вслед, касаясь пальцами того места, где только что были его губы. По щеке разливалось приятное тепло.

Я зашла в общежитие на седьмом небе. В холле на диване сидел Кирилл. Он что-то читал, но когда я вошла, он сразу поднял на меня взгляд.

— Привет, — сказал он.

— Где это ты пропадала? Я звонил, ты не брала трубку.

— А, извини, — я достала телефон. Действительно, три пропущенных от Кирилла.

— Я… гуляла.

— С Алиной? — спросил он.

— Нет… — я покраснела.

— Со Степаном. Помнишь, я тебе про него вчера рассказывала?

Лицо Кирилла стало каменным.

— С Громовым? — его голос прозвучал резко.

— Маш, ты в своем уме? Ты же сама говорила, что он… ну, мажор. Испорченный тип.

— Ты его не знаешь! — вспылила я.

— Он совсем не такой! Он умный, начитанный, с ним можно говорить обо всем! Он не виноват, что родился в богатой семье!

Кирилл смотрел на меня с таким разочарованием, что у меня защемило сердце.

— Ладно, — он резко встал.

— Твое дело. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Он развернулся и ушел в свою комнату, громко хлопнув дверью.

Я осталась стоять одна в холле. Радость от прошедшего дня куда-то улетучилась. Вместо нее внутри поселилась тяжесть. Почему он не может быть просто за меня рад? Почему он сразу осуждает?

Я пошла в свою комнату, стараясь отогнать неприятные мысли. Кирилл просто не понимает. Он ревнует. А у меня наконец-то появился шанс на что-то большее. На сказку.

Я не знала тогда, что сказки часто оказываются иллюзией. А правда обычно прячется там, где ее меньше всего ждешь. В глазах тех, кто всегда был рядом.

Глава 4

Прошло уже две недели с тех пор, как мы начали видеться со Степаном. Каждый день приносил что-то новое. Он не дарил дорогих подарков, не возил в рестораны.

Вместо этого мы гуляли по паркам, смотрели старые фильмы в маленьком кинотеатре и разговаривали. Так много разговаривали.

Сегодня мы сидели в нашем обычном кафе. Я пила капучино, а Степан — черный кофе. Он выглядел задумчивым.

— Что-то случилось? — спросила я.

Он вздохнул и отложил телефон.

— Отец. Опять эти вечные разговоры о бизнесе, о моей ответственности. Иногда мне кажется, что он видит во мне не сына, а продолжение самого себя. Робота, который должен выполнять программу.

— Но ты же не робот, — мягко сказала я.

— Для него — так же, как и для большинства людей вокруг, — он горько улыбнулся.

— Знаешь, в чем разница между тобой и всеми ими?

— В чем?

— Ты видишь меня. Настоящего. А не мой счет в банке или фамилию. С тобой я могу быть просто Степой. Таким, какой я есть.

Он посмотрел на меня, и в его глазах было столько тепла, что у меня перехватило дыхание.

— Я тоже могу быть собой с тобой, — призналась я.

— Обычно я всегда немножко нервничаю с новыми людьми. А с тобой… с тобой легко.

— Значит, мы оба нашли то, чего не хватало, — он улыблся и протянул руку через стол. Я взяла ее. Его пальцы были теплыми и крепкими.

Мы вышли из кафе и пошли по вечернему городу. Фонари только что зажглись, окрашивая все в золотистый свет.

— Слушай, Маш… — он остановился.

— В субботу у меня день рождения.

— Правда? — удивилась я.

— А ты ничего не говорил!

— Не любил я эти праздники. Обычно это большая вечеринка с кучей незнакомых людей, фальшивые улыбки и пустые разговоры. Но в этом году… — он посмотрел на меня.

— В этом году я хочу отметить его по-другому. Только с самыми близкими. И я хочу, чтобы ты пришла.

Я замерла. Он приглашает меня на свой день рождения. Как самую близкую.

— Конечно, я приду! — обрадовалась я.

— Только… мне нужно будет что-то надеть? Я имею в виду, это же, наверное, будет в каком-то дорогом месте…

— Не волнуйся, — он засмеялся.

— Это будет у меня дома. Небольшая компания. Приходи в том, в чем тебе удобно. Ты будешь самой красивой в любом случае.

Мое сердце радостно забилось. Он говорит такие слова так просто, будто это самая очевидная вещь на свете.

Он проводил меня до общежития. У подъезда, как и обычно, стоял Кирилл. Он курил и смотрел куда-то в сторону. Когда мы подошли, он повернулся, и его лицо стало каменным.

— Привет, Кир, — сказала я, чувствуя неловкость.

— Привет, — коротко бросил он, глядя на Степана.

Степан не отпускал мою руку.

— Всем привет, — легко сказал он, кивая Кириллу.

Кирилл ничего не ответил. Он только бросил окурок на землю и раздавил его каблуком.

— Маш, мне нужно с тобой поговорить, — сказал он, глядя прямо на меня. — Срочно.

— Сейчас? — удивилась я. — Мы только что пришли…

— Да, сейчас.

Степан мягко сжал мою руку и отпустил ее.

— Ладно, я тогда пойду. Позвоню тебе завтра, хорошо? И не забывай про субботу.

— Хорошо, — улыбнулась я ему.

— До завтра.

Он ушел. Я повернулась к Кириллу. Он выглядел сердитым.

— Ну? Что случилось? — спросила я.

— Ты правда идешь к нему на день рождения? — его голос был жестким.

— Да. А что не так?

— Маша, ты вообще думала головой? — он заговорил тише, но от этого его слова звучали еще резче.

— День рождения Степана Громова. Ты действительно веришь, что это будет «небольшая компания самых близких»? Ты знаешь, кто эти его «близкие»?

— Он изменился, Кир! — начала я горячо.

— Он не такой, как они! Он другой!

— Другой? — Кирилл горько усмехнулся.

— Маша, я работаю в том кафе, где