Боль.но (Нитакая) - Анфиса Шторм

Что, блять, происходит? Я ни хуя не понимаю. И, видимо, она тоже…

Но мы едем вместе...

Время от времени я смотрю, беглым взглядом, на её обнажённые ноги. Они такие стройные, такие гладкие… Выбритые... К сексу готовилась?

И её грудь… Размер второй, не больше. Ещё не доросла. Но и этого мне достаточно. С ей стройной миниатюрной фигурой в самый раз… Сколько у неё рост? Метра восьмидесяти нету. У меня — почти метр девяности. Ей придётся тянуться на цыпочках, чтобы целоваться со мной... если дело дойдёт...

Она поправляет волосы — заправляет за ухо. Тонкая шея. Тонкие пальцы. Бля...

Желание задрать её платье и вытрахать её появляется накрывает настолько внезапно, что я не могу больше себя контролировать. Могу, но не хочу. Раз я мчу вперёд, то и с ней буду гнать без тормозов и стоп-кранов...

И мне даже плевать, что она ещё вчера была школьницей. Я. Её. Хочу!

Я сворачиваю вправо на ближайшую поперечную просёлочную дорогу, потом куда-то в поле с выкашенной травой.

Краем глаза смотрю на неё. Она бледнеет от страха — по-настоящему. И мне это нравится! Да не самоубийца я. Ебать её хочу! Без гондона!

Страх на её лице сменился ужасом. Меня это только больше заводит.

Она вцепилась в меня взглядом, вжалась в сидение.

Резко торможу...

Отстёгиваю себя, потом её; выхожу из машины, открываю дверь с её стороны, хватаю за руку, вталкиваю на заднее, сажусь рядом, рывком усаживаю к себе на колени лицом к лицу.

Смотрю в её глаза. Она всё боится. Но считываю уже не ужас или страх, а...

Я делаю всё так быстро, что она, видимо, не успевает понять что происходит.

Я срываю с неё платье через плечи — оголяю грудь. Целую в губы, лапаю сиськи — соски твердеют... Это даже не поцелуй, а секс языками... Я завожусь оттого, что она не вырывается, не строит из себя недотрогу. Наоборот. Она подстраивается под мой темп. Её тело похотливо подчиняется мне.

Я всё равно держу в уме, что она может начать кричать, плакать, оттолкивать меня, пытаться сбежать...

Но нет. Она как будто только этого и ждала. Страстная, диковатая, покусывает мою губу, лапает. Ниже живота не решает прикоснуться, хоть и чувствует, что у меня каменный стояк.

Целует так, как будто давно была в меня влюблена, как будто только и ждала моего разрешения на доступ к моему телу...

Трогает меня неуверенно, не знает что делать, где касаться, чтоб сделать мне ещё приятнее... Понятно, что неопытная, неумелая. И это пиздец как заводит ещё больше! Я сам дрожу. Давно такого со мной не было... Если было вообще...

Что в неё такого? Вроде, обычная. А такая... охуенная...

И мне уже плевать на всё: на кризис, на отчаяние, на тревожность и на то, как меня всё заебало... Потому что сейчас я буду ебать её...

Я приподнимаю её, выпускаю наружу свой стояк, запускаю руку под её платье. Это колготки, не чулки. Рву их — получаю доступ. Отодвигаю её трусики... Течёт. Хочет меня. Готова. Сучка.

И вхожу. Медленно. Не на всюдлины — а-то порву. Она вскрикивает, сжимается, разрывает поцелуй и утыкается лицом в мою шею. Так больно? Значит, точно целка. Угадал. Плевать, что буду первым. Она делает что делает — добровольно. Тоже хочет. Дрожит и течёт. Так что никакой вины.

Чего, блять? Какая ещё нахуй вина!

Такая узкая. Кааайф...

Оторвал её лицо от своей шеи. В глаза её смотреть хочу. Трахать и в глаза смотреть. Чтобы видела кто её трахает. Запоминала.

Без гондона... Это так по-настоящему... Давно я без гондона не трахался. Даже минеты были с гондоном. Чтобы ничего не подцепить. Да, такое тоже возможно.

А с этой... кааайф...

Ей больно. Но я касаюсь её в тех местах — чтобы ей было приятно — и перекрываю боль.

Она расслабляется, разжимается... Доверяется мне...

Да, её первый раз хуй пойми где, хуй пойми с кем. Но ей приятно... Ей нравится... Она поддаётся, плавится в моих руках...

Хватаю её грубо. Наверно, синяки останутся. И засосы. Мечу её. Моя. Я — первый, кто её распечатал...

Вхожу глубже — на всю длину. Пусть привыкает. Больно будет не всегда.

Я трахаю её так, как будто трахаюсь то ли в последний раз, то ли в первый раз по любви…

Я не понимаю, что со мной происходит, как и не понимал этого до, но она… моё лекарство... Может, она — всего лишь обезбол, анестезия, после которой всё вернётся... Но она... умопомрачительно хороша... Головокружительно прекрасна... Смесь невинности и похоти...

Успеваю вовремя вытащить, кончаю на подол её платья, изнутри. Так что мы оба испачкались...

ГЛАВА № 3 КОСТЯ

Ночью, перед тем как умчать в путешествие, пока я мучился в безсоннице, ворочался и никак не могу уснуть, я думал, что моя жизнь закончилась. Я ничего не хотел, потому что имел уже всё…

Я вернулся с очередного корпората. Трахался с секретаршей на своём столе. И стало так тоскливо... когда увидел её отражение лица в стеклянной дверце. Она стояла, прижатая грудью к столешнице, сжав нижнюю губу зубами. И это не от удовольствия. А потом что терпела... Она терпела — потому что я накидываю ей за услуги премию... Это и была последняя капля... Кончил ей на лицо и в рот; сжал губы руками — чтобы проглотила. Пусть уж терпит до последней капли моей спермы...

У меня двухуровневая квартира в центре, гараж тачек, загородный дом, арендованный номер в гостинице — для секс-встреч. У меня даже яхта есть! Это, не считая, ювелирки и под завязку набитой дорогущими шмотками, сшитыми на заказ, в гардеробной. Да. В общем, всё на высшем уровне.

И я никогда, искренне, не понимал тех, кто отказывается от благ цивилизации, принимает аскезу и становится отшельником. Ну как можно отказаться от интернета, мобильника, горячего душа, круглосуточной доставки... А теперь понимаю как никто: потому что заебало. Но ведь сначала я получил всё. И теперь могу позволить себе такую роскошь: отказаться от всего.

Заебало настолько, что готов уйти в лес, в горы, подальше от людей, чтобы только не видеть их больше никогда и побыть одному. Без всех этих обязательств…

Всё это так заебало…

Вот и меня заебало…

Я стал одним из них. По крайней мере, в душе.

Я