„He укради“. Речь на собрании „Общества борьбы с бедностью“ - Генри Джордж

Нельти, епископ мизский, говорил в послании духовенству и мирянам своей епархии, что запас этот, заготовленный Творцом в виде ценности земли, возрастающий вместе с ростом народонаселения, представляется ему одним из прекраснейших общественных установлений, а я вижу в нем самое ясное доказательство благости и мудрости Творческой воли, ибо при соблюдении закона равной свободы развитие общественной жизни, благодаря такому запасу, должно вести не к чудовищному неравенству, как теперь, а к самому полному равенству.

Далее этот добрый епископ в своем послании говорит: «Земля каждой страны есть общая собственность населения этой страны, ибо она предназначена для него ее единственным собственником, Богом, который сотворил ее. «Землю же даде сыновом человеческим». Так как каждый житель всякой страны есть создание и чадо Божие и так как все они равны пред лицом Его, то всякий захват земли в стране, при котором самый смиренный житель ее лишался бы своей доли в общем наследии, должен представлять из себя не только несправедливость или обиду в отношении этого жителя, но также нечестивое противление благим намерениям Творца».

Затем епископ Нельти доказывает, что путь, каким может быть обеспечено равное право людей на землю, состоит не в разделе ее на равные куски, а в отобрании в пользу всего народа ценности, возникающей в земле. Именно этому пути предлагает следовать и наше общество. Мне хочется верить, что нью-иоркская печать поймет и поддержит нас. Мы не предлагаем раздела земли, мы предлагаем разделять между всеми членами общества ренту или доход, получаемый с земли, а это очень нетрудное дело.

Нам нет никакой надобности лишать кого-либо его владений, препятствовать постройкам или сооружениям. Нам нужно лишь сложить налоги со всех улучшений в земле или на земле, со всех форм богатства и установить налог с ценности земли, независимо от улучшений, так, чтобы люди, удерживающие в своем владении участки порожней земли, должны бы были платить с них, столько же, сколько платилось бы и с застроенных участков. Таким путем всю землю нашего города мы сделали как бы вотчиной, принадлежащей всему его населению.

Население Нью-Иорка могло бы управлять своим владением совершенно так же, как управляют своими владениями общества или отдельные лица. И вместе с тем, чтобы пользоваться им, как своею собственностью, ему не нужно бы было впутываться в разного рода владельческие права. Для него не было бы надобности заявлять каждому из землевладельцев, что «такой-то участок более не твой, а мой». Мы можем оставить все существующие права в том виде, в каком они существуют. Мы можем предоставить землевладельцам попрежнему называть себя собственниками земли; нам нужна лишь рента с земли, ежегодный доход с нее. Заметьте это: нам нужен не доход, созданный собственниками и зависящий от сооружений или улучшений, а просто тот доход, который получается с голой земли в силу того, что она находится в известном месте, — доход, который приносит земля вследствие роста общества. И когда мы возьмем этот доход, тогда пропадет всякая охота захватывать землю, тогда те почтенные господа, которые удерживают теперь около половины поверхности, занятой Нью-Иорком, вне всякого употребления, найдут налог на землю слишком высоким для себя и постараются или застроить свою землю или продать ее тому, кто пожелает строиться, хотя бы по какой-нибудь цене.

То же было бы и повсюду в нашей стране. Отправьтесь в Пенсильванию, и вы увидите там огромные пространства земли, содержащей в себе неисчерпаемые запасы самого лучшего каменного угля. Земля эта принадлежит разным лицам и компаниям, и каменного угля добывается там сравнительно ничтожное количество. Простые американские граждане, занимающиеся выкапыванием угля, не могут даже и мечтать о том, чтобы снять там в аренду какой-либо участок земли, не говоря уже о том, чтобы купить его. Они могут жить лишь в домах, построенных собственниками, да и в них им позволяется жить лишь на условии очистить свои квартиры во всякое время в пятидневный срок по извещении. Компании, занимающиеся добыванием каменного угля, находятся в стачке, продают уголь по искусственно дорогой цене и поддерживают искусственно малый спрос на рабочих. Почему бы, спрашивается, этим рабочим самим не разрабатывать копей и не употреблять на это все свое рабочее время, которое теперь занято лишь наполовину? Кем заготовлен уголь? Ответ один — Богом. Для кого он заготовлен? Всякий ребенок скажет на это, что Бог заготовил его для людей, которые должны были явиться на землю. Однако законы Пенсильвании, как и законы Нью-Иорка, решают, что Бог заготовил его для некоторых компаний и граждан, и потому позволяют немногим лицам лишать работы рудокопов и поднимать искусственно цену на уголь.

Несколько недель тому назад, путешествуя в Иллинойсе, я разговорился в вагоне с рабочим, который сел в поезд в одном из горнозаводских городов. Он отправлялся в другое место, надеясь найти там работу. Он рассказал мне об условиях, в каких живут рудокопы, об их малой заработной плате, едва дающей возможность существовать, и о сокращении до половины против прежнего числа рабочих часов. „Но ведь в земле, — заметил я ему, — видимо-невидимо угля; что бы вам самим заняться его добыванием?“ Он отвечал мне: „Мы устроили было между собой товарищество и вступили в переговоры с собственником земли относительно платы, за какую он дозволил бы нам вырыть шахту и добывать уголь. Тот назначил нам 7.500 долларов (15.000 руб.) в год. Такой суммы мы не могли собрать“. Будь земля обложена налогом в размере всей ренты или в размере дохода, какой она может приносить, и разве могли бы ее владельцы не допустить этих людей до разработки угля? Будь открыта для каждого рабочего, желающего трудиться, возможность сделаться своим собственным хозяином, и разве могла бы численность безработного люда подняться в Соединенных Штатах до одного миллиона или хотя бы одной тысячи человек?

По самой природе своей каждый человек обладает способностью сам пользоваться своими силами, и люди сами прилагают к делу свои силы всюду, где не отрезаны от них естественные удобства. Ни у одного человека нет естественного права на то, чтобы для него трудились другие люди, но каждый из нас имеет естественное, неотчуждаемое, Богом данное право требовать для себя возможности трудиться. Всюду, где будет признано это право, всюду, где для людей, желающих трудиться, открыт будет доступ к естественным удобствам, соревнование между хозяевами, ищущими рабочих, будет так же сильно, как соревнование между рабочими, ищущими работы, и заработная плата повысится во