Эльфийский бык - Екатерина Насута

На медведя опять же сходить можно.

Говорят, что охота на медведя очень способствует переосмыслению жизни и переоценке ценностей, особенно, если идти не с ружьем, а с рогатиной.

— Рад, что все в сборе! — Император занял место во главе стола. За его спиной молчаливой фигурой застыл князь Поржавский. Секретарь, сопровождавший Его Величество, аккуратно положил пред Императором стопку папок.

Медведь, конечно, зверь опасный.

Но… разве что помнет.

— Начнем заседание с ряда… любопытных моментов. Вот скажите, Георгий Васильевич, сколько магов ежегодно выпускает Петербургский университет?

— Всего? — осторожно переспросил министр образования, явно не готовый к столь коварным вопросам. Но сопровождавший его помощник наклонился и шепнул что-то. — Ежегодно — двести сорок или двести пятьдесят… в зависимости от набора, старательности при учебе, отсева.

— А Московский?

Снова помощник…

— Пусть он отвечает, — это не осталось незамеченным, и Император указал на помощника, который тотчас вытянулся и четко доложил:

— От ста пятидесяти до ста семидесяти трем совокупно по всем факультетам.

— А остальные заведения?

— Еще около трехсот, иногда трехсот пятидесяти…

— И сколько из этих магов учатся… бюджетно?

— Все, — помощник выглядел смущенным. — Ваш дед постановил, что образование магов — дело государственной важности, а потому должно идти за счет государства.

— Чудесно, — улыбка Императора стала еще шире. И Василевский нащупал в кармане платочек, смахнул пот со лба. — Таким образом, если я верно посчитал, то ежегодно Империя пополняется семьюстами высококвалифицированными специалистами? Магистрами прикладной магии разного профиля? Так?

— Т-так…

— Видите, Евгений Афанасьевич, — повернулся Император к министру труда и социальной защиты. — А вы мне на нехватку специалистов жалуетесь…

— Так… эти маги только на бумаге и числятся! — Евгений Афанасьевич Стариков в министрах ходил давно, а потому был опытен и непуглив. И даже порой позволял себе говорить, что думает. — Учиться-то они учатся… а потом…

Он выразительно замолчал.

— И что потом? — Император подвинул к себе ближайшую папку. — Хотя… можете не отвечать. Потом они возвращаются в рода, где и служат их интересам, позабывши отчего-то, что служить в первую очередь должны отечеству. Что мой прадед, выводя магов во дворяне, поставил это служение обязательным…

Император умел говорить спокойно и даже нудно.

— Но так-то…

— Так-то… в итоге что мы имеем? А вот имеем… засуху имеем? На югах?

— Имеем, — вздохнул министр сельского хозяйства. — Пока еще только начинается, но год обещается быть засушливее прошлого…

— Зато на востоке затапливает. Так?

— Так, но…

— Весной заморозки. Осенью тоже… еще нашествие чего там… яблоневой плодожорки, кажется? Так?

— Это прошлой осенью было, — подал голос министр сельского хозяйства. — У нас из-за того дефицит яблок случился.

— Да, да… и пришлось пускать на внутренний рынок Турцию с Европой. Отчего цены поднялись… — Император махнул рукой. — Попробуй теперь их выдави. Люди жалобы шлют, что в магазинах засилье иностранщины. А отечественная продукция где?

Ответом было молчание.

— Ладно, яблоки… морковка где?

— Так… червец…

— Еще и червец. Боретесь хоть?

— Боремся, — поспешил заверить министр сельского хозяйства. — Не щадя живота своего!

— И как успехи?

Успехи, судя по выражению лица министра были так себе. Не сильно победоносные…

— Препараты на него слабо действуют, а магов не хватает… вот не хватает магов! Выпускники училищ еще идут, но там же ж кто… простолюдины… первое поколение, может, второе… и сил мало, и вовсе…

— А нормальные маги у нас чем занимаются? — прищурился Император.

И Василевскому вновь подумалось, что на самом деле медведь — зверь-то вполне себе милый. Понятный кругом и полностью.

— А я скажу вам, чем у нас занимаются нормальные маги…

Император открыл следующую папку.

— Пасквили вот сочиняют зловредные… — на стол легла газетка и прикрепленный к ней листок. Надо полагать с именем. И наверняка с тем же, что лежало в кармане пиджака князя. — Или вот…

Еще одна газетка.

— Два выпускника, практически готовых мага, затевают гонки в центре города. В итоге что?

— Что? — шепотом повторил министр здравоохранения, нащупывая в кармане успокоительное. Поскольку он точно знал, «что». И «кто». И даже успел высказать сыну, младшему, позднему и безмерно балованному, недовольство его поведением. Но вот подобного поворота явно не ожидал.

— Разбитая витрина. Раскуроченный магазин…

…недовольный владелец, требовавший непомерной просто компенсации. И ведь платить придется же. Уже оплачено и зафиксировано юристами рода.

— Не говорю уже о снесенном вторым героем фонаре и ограде. Чудом никто не погиб… или вот… что у нас дальше?

Еще одна газетка, явно знакомая, если за сердце хватается уже министр транспорта. Василевский даже порадовался, что его старшенький делами рода занят, а младшенький только в пятый класс пошел.

— А тут у нас состязание магов в силе… поврежден жилой дом, который теперь только под снос. И отчего-то ваше ведомство пытается доказать, что повредился он путем естественного износа. При том, что он еще в эксплуатацию не введен был! На ваше счастье…

— Почему на счастье? — шепотом осведомились у Василевского.

— Потому что иначе не обошлось бы без жертв! — рявкнул Император. — И то сторож в больнице, техника раскурочена, а дом придется возводить наново…

— Мы… компенсируем, — робко произнес министр транспорта, поглядев выразительно на главу строительной отрасли, который и предложил повесить убытки на подрядчика.

Мол, материалы некачественные использовал при возведении.

Пониженной магостойкости.

— Компенсируете. Куда вы денетесь. А вот еще…

Очередная газетка, подарившая Василевскому кучу весьма выразительных взглядов. Будто он её писал-то… раньше надо было закрывать. Много раньше.

— Это, если не ошибаюсь, ваш племянник? — Император взял газету за краешек и повернулся к главе министерства по чрезвычайным ситуациям.

Князь Кошкин, до того сидевший спокойно, даже расслабленно, ибо за его министерством особых проблем не числилось, выпрямился.

— Явился на прием к княгине Безуховой в носках…

— А это разве запрещено? — не выдержал уже Василевский, обратившись к главному полицмейстеру страны.

— Нет, кажется…

— Вы не поняли, господа. Он явился на прием в одних лишь носках, — продолжил император. — Воспользовался тем, что заявлен был маскарад, укрылся плащом, коий и скинул пред княгиней.

Князь побледнел.

А прочие с интересом повернулись, отчасти злорадствуя, ибо во времена былые князь не оставлял случая указать… на некоторые недостатки в работе ведомств.

— Напоминаю, что княгине девяносто три… и благо, чувством юмора она обладает.

Газетка пошла по рукам. Внимание привлекла не столько статья, сколько фото, правда, весьма дальнее и с ракурса неудачного, но вполне позволяющее разглядеть, что юноша на самом деле был не совсем одет.

— А что княгиня-то? — поинтересовался кто-то, причем живо так.

— Княгиня, сколь мне известно, — Император снизошел до ответа. — Сказала, что в этом возрасте пора удивлять дам интеллектом и широтой кругозора, на худой конец чувством юмора, а не