Опрокинутый тыл - Генрих Христофорович Эйхе

Но желающих идти добровольно в контрреволюционное войско оказалось мало. 27 мая «уполномоченные правительства» объявили мобилизацию всех офицеров и чиновников. Это дало возможность к вечеру того же дня сформировать первую роту численностью всего 218 человек. Таковы были реальные силы, набрать которые главарям мятежа удалось за первые сорок восемь часов своей власти.

Выждав в подполье несколько дней и убедившись, что благодаря присутствию чехословаков опасности никакой уже нет, истинные вдохновители и главари контрреволюционного мятежа отважились выйти на авансцену. 28 мая 1918 г. появился «приказ о вступлении в командование войсками Западно-Сибирского военного округа» полковника Гришина-Алмазова, будущего военного министра Временного сибирского правительства и первого командующего войсками Западно-Сибирской белогвардейской армии. Начальником штаба не существующего еще военного округа назначен был полковник Белов, впоследствии командующий Южной колчаковской армией.

Занять и закрепить за собою район Новониколаевска оказалось для чехословаков делом простым и легким. Очередной задачей им было поставлено расширение захваченной территории, а главное – установление боевого взаимодействия с соседними чехословацкими группами и разгром советских гарнизонов ближайших к Новониколаевску городов. Главных операционных направлений установилось три: 1) южное – в сторону г. Барнаул, Бийск, Семипалатинск; 2) восточное – в сторону ст. Тайга, Томск, Красноярск и далее к Иркутску; 3) на запад для соединения с другими чехословацкими войсками в районе Омска.

Первые серьезные бои имели место в районе Бердска, ст. Черепаново (40 км южнее Новониколаевска). Закончились они 5 июня занятием чехами названной станции. Продвигаясь вдоль железной дороги в сторону Барнаула, интервенты и белые встретили упорное сопротивление на рубеже р. Чумыш. К этому времени сюда прибыл отступивший из Кузбасса отряд рабочих-шахтеров Петра Сухова (200 человек). Красным удалось стремительным ударом нанести врагам чувствительные потери и отбросить их на северный берег реки. Развить достигнутый успех советские отряды оказались не в состоянии: в тылу у них, в Барнауле, контрреволюционное подполье подняло 13 июня мятеж. Восстание было ликвидировано, но заговорщикам удалось прорваться из города и присоединиться к своим. В дальнейшем борьба на этом направлении развивалась для врагов успешно. 14 июня чехи захватили Бобровский затон (южнее Барнаула), где им достались большие трофеи. Барнаул пал 15 июня 1918 г., здесь враги захватили 1 тыс. винтовок, 24 тыс. патронов, 200 пленных. Красные отходили в двух направлениях: по железной дороге на Бийск и на Семипалатинск, отправив в последнем направлении 7 эшелонов с имуществом и людьми; в арьергарде шел батальон бывших военнопленных. В сводках белых подчеркивается, что отступающие красные сжигают за собою железнодорожные мосты, портят железнодорожное полотно, водокачки и т. д. с целью задержать преследование со стороны Барнаула. В связи с этим отдано распоряжение перехватить путь отступления этой группы красных отрядами из Семипалатинска и Славгорода. В Бийск войска белых вошли 20 июня, но уже накануне власть в городе захватили контрреволюционеры во главе с меньшевиками и эсерами.[12]

Активно выступили на стороне восставших буржуазные националисты: в районе Бийска действовало несколько белоконных отрядов инородцев Горного Алтая; «добровольную» мобилизацию объявили киргизские баи. Основную свою задачу все они видели в арестах и уничтожении большевиков и советских работников. «Везде идет вылавливание красных» – эта фраза встречается ежедневно в оперативных сводках белых за июнь – июль 1918 г.[13][14]

Создание белогвардейской армии шло очень медленно. На 12 июня 1918 г., т. е. через 18 дней со времени новониколаевского мятежа, в ней числилось всего 3500 бойцов, 7 пулеметов, 7 орудий и несколько бомбометов; две трети этой армии составляли гарнизоны населенных пунктов и крупных железнодорожных станций, не принимавшие участия в активных операциях.[15][16]

Одновременно с ведением операций на южном и восточном направлениях Гришин-Алмазов принимал срочные меры к установлению связи с чехословацкими и белогвардейскими войсками, действовавшими в районе Омска. С этой целью были направлены из Новониколаевска две роты чехословаков (с двумя орудиями и одной бронеавтомашиной), а также два небольших белогвардейских отряда (общая численность около 600 солдат и офицеров), усилившиеся в ходе наступления в полосе железной дороги Новониколаевск – Омск за счет местных контрреволюционеров.

В это же время Западно-Сибирский военно-оперативный штаб Красной армии, получив сведения о новониколаевских событиях, направил из Омска на помощь новониколаевцам несколько отрядов – пермский отряд Красной гвардии, Омский отряд интернационалистов мадьяра Кароя Лигети, отряд красногвардейцев г. Татарска – общей численностью свыше 1 тыс. бойцов под командованием С.Н. Черепанова.

Из оперативных сводок той и другой сторон видно, что начиная с 30 мая 1918 г. шли местные и притом успешные для красных бои в районе станций Кошкуль, Тебисская, Барабинск (220 км западнее Новониколаевска). Развить успех Черепанову не удалось ввиду занятия 7 июня частями полковника Войцеховского Омска[17] и наступления их от Омска на восток. Чтобы не попасть под сосредоточенные с двух сторон удары превосходящих сил врага, ядро войск Черепанова отошло на север с целью присоединиться к своим севернее Омска. В полдень 9 июня 1918 г. между станциями Барабинск и Тебисская произошла встреча частей Гришина-Алмазова с подошедшими от Омска частями Войцеховского.

Ободренные отмеченными успехами на южном и западном направлениях, главари новониколаевского мятежа предприняли новые шаги для расширения своей территории. 13 июня 1918 г. был объявлен приказ о вступлении того же полковника Гришина-Алмазова «в командование войсками Западно-Сибирской армии», которую должны составить: а) формируемый Средне-Сибирский стрелковый корпус под командованием полковника Пепеляева (впоследствии командир корпуса в армии Гайды, а с июля 1919 г. командующий 1‐й белогвардейской армией) со штабом в Новониколаевске и б) формируемый Степной сибирский стрелковый корпус под командованием полковника Иванова (впоследствии военный министр и командующий Сибирской армией) со штабом в Омске.[18][19]

Боевой состав корпусов насчитывал уже: Средне-Сибирского – 1600 штыков и сабель при 10 пулеметах и 7 орудиях; Степного сибирского – 1700 штыков и сабель при 13 пулеметах и 12 орудиях.

По-другому, чем на южном и западном направлениях, развивалась борьба на восточном. Действуя согласованно с новониколаевскими заговорщиками, контрреволюционные подпольные организации Томска уже 25 мая 1918 г. начали отдельные вооруженные выступления, а 28 мая подняли общее восстание. Тут же они были разгромлены, а штаб их арестован. Но через день выяснилось, что объединенные силы чехословаков и белых, развивая успех от Новониколаевска на восток и от Мариинска на запад, двигаются крупными отрядами к узловой станции Тайга, намереваясь нанести удар на Томск.

Советский гарнизон Томска насчитывал свыше 1 тыс. воинов. Ядро его составлял немногочисленный отряд интернационалистов. По численности самым сильным был недавно сформированный полк, но его политическая благонадежность вызывала большие сомнения: не было ясно, куда он повернет. В этих условиях, не имея связи с соседними городами, Военно-революционный штаб Томска, приняв на расширенном заседании с участием актива партийных и советских работников города решение отказаться от обороны Томска, утром 31 мая 1919 г. во главе отряда интернационалистов отбыл на двух катерах с целью соединиться с омскими или уральскими советскими силами. Власть в брошенном фактически на произвол судьбы городе взяли тут же в свои руки вышедшие из подполья белые,