Город, которого нет. Припять – путешествие в зону отчуждения - Артур Саримович Шигапов

Припять: иллюзии «Города будущего» и его живые реалии

Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.

(Апокалипсис, 3)

Город строили комплексно, по заранее утвержденному генплану. Московский архитектор Николай Остоженко разработал так называемый «треугольный тип застройки» с домами разной этажности. Микрорайоны, похожие на своих тольяттинских и волгодонских близнецов, окружали административный центр, насыщенный объектами инфраструктуры (как тогда говорили, «соцкультбыта»). Магазины, райисполком, Дворец культуры, гостиница «Полесье», детский парк, пристань, автовокзал – все, что требовалось нашему человеку. По их разнообразию и количеству на душу населения Припяти не было равных в Советском Союзе.

В пику тесным улицам старых городов проспекты новичка получились широкими и просторными. Система их расположения исключала появление дорожных пробок, еще невиданных в то время. Жилые дома окружали уютные зеленые дворы, в которых резвилась детвора и отдыхали взрослые. Все это позволило величать Припять «эталоном советского градостроительства», по названию книги архитектора В. Дворжецкого, опубликованной в 1985 году.

Город изначально планировался для проживания 75–80 тысяч человек, поэтому те 49 тысяч, что реально прописались на момент аварии, чувствовали себя вполне просторно. Работники станции, разумеется, получали отдельные квартиры в первую очередь. Холостякам-приезжим полагались общежития (всего их было 18). Для молодых семейных пар имелись «общаги» и дома гостиничного типа. А пожилых в городе почти не было – средний возраст припятчан не превышал 26 лет. К их услугам строители сдали большой кинотеатр, детские сады, два стадиона, множество спортзалов и бассейнов. К первомайским праздникам 1986 года в парке должны были пустить колесо обозрения. Катать счастливых детишек ему так и не было суждено…

Припять, задуманная как сияющая витрина коммунистического рая, должна была стать образцом идеального города, где пороки «загнивающего Запада» – преступность, алчность, конфликты – остались бы лишь в разоблачительных сюжетах телепрограммы «Международная панорама». Апологеты светлого будущего мечтали о создании оазиса, свободного от социальных проблем. Однако эти радужные планы не учли главного: вместе с новыми жителями в этот цветущий сад неизбежно проникали обычные общечеловеческие пороки. И хотя бывшие припятчане с теплотой вспоминают свою жизнь как «счастливую и безмятежную», она, по сути, мало чем отличалась от типичной советской действительности.

Миф о полном отсутствии преступности в этом «городе атомщиков» не выдерживает проверки реальностью. Действительно, детей безбоязненно отпускали на улицу, а двери квартир нередко оставались незапертыми, но кражи личного имущества считались обыденным делом. Особой популярностью у воришек пользовались велосипеды и лодки. Известна даже история, увековеченная в пьесе В. Губарева «Саркофаг», о воре-домушнике по кличке Велосипедист. В ночь аварии он обчистил квартиру и уехал на двухколесном транспорте, после чего его накрыло радиоактивное облако. Местные, однако, с усмешкой замечали, что, пока он занимался «чисткой» квартиры, его собственный велосипед наверняка уже украли бы.

Не были Припяти чужды и более тяжкие преступления. Случались убийства, преимущественно на бытовой почве, часто спровоцированные застольями после получения зарплаты. Среди наиболее громких дел:

• В 1974 году двое молодых людей были найдены повешенными на турнике, и вскоре милиционерами задержан мясник из местного магазина «Березка».

• Десятью годами позже в общежитии № 10 трагически погибла молодая девушка-комсомолка. Она получила смертельный удар в голову, пытаясь выгнать из комнаты непрошеных гостей. Показательный суд над убийцей, приговоренным к высшей мере наказания, проходил прямо во Дворце культуры, что подчеркивало общественный резонанс.

Старожилы также помнят вооруженные ограбления: сберкассы на железнодорожной станции Янов и универмага на проспекте Дружбы Народов в 1975 году.

Городская молодежь тем временем демонстрировала бурный нрав. Массовые драки между местными «парубками» и приезжими «рексами» – так называли строителей, зачастую выходцев из украинских деревень, живших в общежитиях, – считались обычными. Милиция активно пресекала такие сборища, усиленно разгоняя компании численностью более трех человек. В Припяти был даже свой эксгибиционист, пугавший женщин сомнительными достоинствами, что лишний раз доказывает: идеального общества не бывает.

Однако, несмотря на эти изъяны, жизнь в Припяти кипела. Вечерами горожане прогуливались по «Бродвею» – улице Ленина, наслаждались беседами в кафе «Припять» или собирались на берегу реки у пристани. Одной из главных точек притяжения для молодежи считалась легендарная дискотека «Эдисон» Александра Демидова, проходившая в Доме культуры «Энергетик». Билетов часто не хватало, и тогда несчастный ДК брали настоящим штурмом разгоряченные любители танцев. Интересно, что эта дискотека пережила Припять на целых пять лет, продолжая собирать своих завсегдатаев уже в новом городе Славутиче, став символом непрерывающейся связи и памяти.

Удивительно для такого режимного города, но в Припяти существовали и очаги недовольства советской властью. В 1970 году произошел некий «бунт», о котором мало что известно, кроме того, что он остался без видимых последствий. А за год до аварии толпа молодежи перевернула несколько автомобилей и вступила в серьезное противостояние с органами правопорядка, о чем даже сообщили «вражеские голоса» – западные радиостанции. По городу циркулировали самиздатовские распечатки диссидентских материалов, а население вовсю слушало «Голос Америки» и Би-би-си. Этот факт особенно поразителен ввиду наличия совсем рядом крупнейшей станции радиослежения, как раз и предназначенной для перехвата сигналов противника.

И все же, несмотря на эти эпизоды, в целом местная жизнь протекала куда спокойнее, чем в любом другом провинциальном городке СССР. Основу населения составляли высококвалифицированные рабочие и инженеры, для которых престижная работа на атомной станции была превыше всего, а люди с «запятнанной репутацией» просто не могли получить допуск на такой стратегически важный объект.

Интересные факты из жизни Припяти до аварии:

• Молодость: средний возраст жителей составлял всего 26 лет. Это был город студентов, молодых специалистов и семей, полных энергии и устремлений.

• Изобилие: по сравнению со многими другими городами СССР в Припяти имелся достаточно богатый выбор товаров. Магазины неплохо снабжались, что объяснялось высоким статусом города.

• Заработок: работники атомной станции получали значительно более высокие зарплаты, чем в среднем по стране, что обеспечивало им комфортный уровень жизни и покупательскую способность.

• Развитая инфраструктура: Припять обладала одной из лучших инфраструктур в СССР, включая современные спортивные комплексы, бассейны, кинотеатры, библиотеки и школы. Город был спроектирован с учетом всех потребностей современного человека.

• «Витрина» и иностранцы: благодаря своему образцово-показательному статусу Припять часто посещали иностранные делегации и журналисты. Город активно использовался для демонстрации достижений советского социализма.

• Автопарк: Припять была одним из городов с наибольшим количеством автомобилей на душу населения в СССР, что отражало высокий уровень благосостояния жителей.

• Культурная жизнь: помимо знаменитой дискотеки в городе активно работали кружки, секции, студии