Жена злодея - Виктория Рогозина

новом воскрешении я находила что-то уникальное. Порой магия была вездесущей и определяла всю жизнь, а иногда технологии превосходили всё, что я могла себе представить. Я училась управлять стихиями, открывать двери в параллельные измерения, осваивать сложнейшие механизмы и изобретать что-то новое. С каждым разом мои знания и способности росли. Я начала ценить этот дар, несмотря на ту боль, которую он приносил.

Каждая новая жизнь становилась для меня испытанием и одновременно уроком. Я училась прощать, отпускать, любить и ненавидеть. Я видела разные стороны человечества и других существ, населяющих миры. Я поняла, что каждый раз, возвращаясь к моменту утраты, я становлюсь сильнее, мудрее, смелее.

И вот, стоя на пороге очередной смерти, я больше не испытывала страха. Теперь это был путь к очередной возможности. Я думала о том, что не случайно была избрана для этого цикла. Возможно, моя миссия была гораздо больше, чем я могла себе представить. Возможно, я должна была найти способ разорвать этот круг и принести что-то значимое в оба мира.

Смерть открывала для меня новую жизнь, и каждая из них была по-своему ценной. Я больше не видела в этом наказания, теперь это было испытание, которое я принимала с благодарностью. В конце концов, ведь именно через страдания и потери я научилась видеть красоту жизни, её истинную ценность и силу. И, возможно, однажды я найду способ сохранить всё, что приобрела, и вернуть самое дорогое, что когда-то потеряла.

Но до тех пор я продолжала свой путь, переходя из одного мира в другой, живя и умирая, чтобы снова и снова восставать из пепла. И вот моя очередная жизнь подходила к концу – меня хотели сжечь на костре, как ведьму, но пришел ОН – мое спасение и мое проклятие.

В новой жизни я собиралась отправиться в царство Эрнэйл, в котором, по слухам были самые передовые технологии и лучшие маги. Я бы нашла себе учителя и наставника, скрылась бы от Луки прямо у него под носом и…меня уже сейчас признали ведьмой и теперь собирались в очередной раз сжечь – хоть бы новенькое что-нибудь придумали. Хотя причина была даже не в этом – я отказала мужчине в близости, и он не смог этого пережить, поэтому мстил таким изощренным образом. Уже стоя рядом со мной с факелом в руках, этот наглец пытался уговорить меня отдаться ему, ведь тогда он спас бы меня. Мужчины…я их ненавидела, ведь в каждой моей жизни, я умирала из-за них. Только мужчины приносили мне боль и разочарование.

Лука Кейнсберг появился из темноты неожиданно. Я смотрела во все глаза, как еретики бросились в разные стороны, спасая свою жизнь. А я так и осталась стоять привязанной к бревну среди хвороста, не зная куда деться. Лука был одной из причин моей смерти в прошлом. Жестокий правитель Эрнэйла имел репутацию холодного и бескомпромиссного правителя – он был завоевателем.

Буквально в прошлой прожитой жизни, когда я обучалась магии, я стала свидетелем этих завоеваний. Я пыталась сберечь тайные знания, чтобы они не попали ни в те руки, но была убита Лукой Кейнсбергом. Я до сих пор помню эти холодные глаза, которые отправили меня в поворотную точку. И вот…это случилось снова.

Арбалетный болт прошил мое тело. Последнее, что я помнила – глаза Луки Кейнсберга.

И вот я в Москве, в двадцать первом веке. В мире, где интернет всему голова. Признаюсь, я и сама уже начала путаться в своих переходах от жизни к жизни, но мне нравилось. Двадцать первый век дал мне образование, которое я не могла получить в свое время… В свое время…глупая фраза. Если подумать, что пока я живу – это все мое время.

Но так или иначе, нужно было что-то решать с Лукой. Почему-то он становился причиной моей смерти вновь и вновь.

Черный кот громко чавкал на кухне, а я думала, что делать дальше и как вообще быть. Быть или не быть?.. Но что это я, конечно же быть!

Глава 2. Берендей

Глава 2. Берендей

На брегах речных,

где волны с древами шепчутся,

на каждый вопрос — своя весть от воды да от ветра.

Князь Берендей, едва увидев, как Антарес исчезла в пламени, словно тень в свете дня, пришёл в ярость. Могучий, как медведь, он бросился из стороны в сторону, как волк в капкане, и лицо его побагровело от гнева. Брови его сошлись в одну линию, а глаза метали искры, словно молнии на грозовом небе.

«Это ли не ответ богов?» — мысленно вопрошал он, пытаясь найти объяснение чуду, что свершилось перед его очами. Ведьма сбежала с костра, ускользнула от праведного суда, и не было того, кто мог бы удержать её. Берендей метался по кругу, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. В груди его бушевал огонь не меньший, чем тот, что должен был поглотить Антарес.

«Может, это воля Сварога? Или сама Мать-Сыра Земля решила укрыть её под своими покровами? Может, духи предков восстали против меня?» — князь не находил ответа и не мог успокоить разъярённое сердце.

Толпа, видя, как великий князь терзается в смятении, замолкла, боясь словом нарушить его думы. Берендей же, не выдержав, вскинул голову к небесам и прорычал: «Боги, это ли ваше правосудие? Или вы решили испытать меня, наказывая за дерзость судить вашу волю?»

Но ответом ему был лишь тихий шёпот ветра да шелест леса. Берендей, сбитый с толку, замер, и в сердце его закралась тень сомнения. Возможно, в этом чуде был знак, что смертным не дано вершить суд над теми, кто избран силами, что выше их понимания.

Князь Берендей, не находя себе места от смятения и гнева, круто повернулся и, с тяжёлым сердцем, направился к своим хоромам. Глухие шаги его раздавались по пустынной дороге, будто удары молота о наковальню, а за спиной его тянулся плащ, мрачно колыхающийся на ветру. Лицо князя было сурово и омрачено, как зимнее небо перед бурей. Войско и дружина молча следовали за ним, не смея заговорить, боясь гнева князя, что сверкавшим огнём жег его сердце.

Войдя в хоромы, Берендей резко остановился, обвёл взором своих воинов и, сжав кулак, ударил по дубовому столу, что стоял в центре залы. Грохот от удара разнёсся по всему терему, и пламя свечей задрожало от его ярости.

— Приведите ко мне волхвов! — грозным голосом приказал князь, и голос его, как гром, разнёсся по