Лекс. Книга 3 - Евгений Нетт

— Господин Лазарь, — произнёс он, запоздало склонив голову. — Не ожидал вас здесь увидеть…

— Понимаю, — я участливо, но насквозь фальшиво улыбнулся. — Я, в общем-то, тоже не ожидал стать свидетелем того, как быстро и, главное, беспричинно зарождаются сплетни. Ваше имя?

— Герман Изенгерд, господин Лазарь, — произнёс парень, нервно сглотнув и всё так же не поднимая взгляда.

«Ожидаемо. Отпрыску фамилии, находящейся вне Первой Сотни, нужно быть совершенно отбитым, чтобы сознательно вызывать на себя гнев вышестоящей аристократии».

Но вслух я всё равно сказал другое.

— Благодарю, господин Изенгерд. А то, знаете ли, память у меня хорошая, но всё же далёкая от совершенства. Но теперь я вас не забуду, уверяю.

Я перевёл взгляд на остальных, пройдясь по ним слева направо и задерживаясь на каждом лице ровно настолько, чтобы они почувствовали себя не просто замеченными, а внесёнными в мою личную «чёрную записную книжку».

Устроить заплыв по течению, рассчитывая на то, что меня просто никто не будет трогать, уже не получилось. Поэтому теперь я решил кардинально сменить тактику, смирившись с тем, что на первых порах придётся пошугать особо наглых детей.

«Ради их же блага, конечно же».

— Господин Лазарь, — новый голос раздался откуда-то сбоку спустя десяток секунд, под самый конец этой молчаливой экзекуции, в которой оступившаяся молодёжь наказывала сама себя.

Я обернулся, встретив взгляд невысокого, скромной комплекции мужчины в чёрной форме службы Имперской Безопасности. Молодой, но с заматеревшим выражением на лице, он остановился в трёх шагах от меня, демонстративно склонив голову.

— Младший инспектор Вайс Ситиз. По распоряжению Его Высочества и Управления, вам под роспись и под вашу личную ответственность передаётся коммуникатор, имеющий доступ к закрытой сети. Но перед этим вам необходимо ознакомиться и подписать соответствующие документы. Прошу, — мужчина уже распахнул поясную сумку, выудив оттуда планшет с бумагами и авторучку.

И всё это богатство незамедлительно перекочевало в мои руки.

Текста тут практически не было, а почти всё пространство на бумагах занимали штампы, имена и должности ответственных, отступы и прочие бюрократические моменты. Поэтому на четыре бумажки у меня и минуты не ушло: по сути своей, от меня требовали держать коммуникатор при себе, никому не давать им пользоваться, не разбирать устройство и всё в таком духе.

«Даже интересно, Александра тоже заставили соблюдать эти формальности, или ему выдали коммуникатор под честное слово?» — я хмыкнул, щёлкнув авторучкой и проставив подписи везде, где требовалось.

— Благодарю, господин Лазарь. Его Высочество также настоятельно просил вас в течение двадцати минут прибыть в холл центрального крыла. Ваш коммуникатор, — инспектор только-только убрал документы в сумку, сразу выудив оттуда и протянув мне продолговатый футляр из тёмного дерева, украшенного металлическими элементами, складывающимися в узнаваемые издали контуры эмблемы Имперской Безопасности.

Я открыл футляр, удостоверился в том, что устройство на месте, после чего закрыл его и сунул подмышку.

— Принято, инспектор Ситиз. Что-то ещё?

— Более ничего. Вас будут ждать — это всё, что мне известно…

— Благодарю, инспектор, — в ответ Вайс ещё раз кивнул, развернулся и ушёл так же быстро, как и появился. Я же покосился на футляр, в котором, если прислушаться к моей паранойе, могло быть что угодно, и отнюдь не один лишь коммуникатор.

«И дело даже не в том, что я не знаю сотрудников имперской безопасности, и не могу сказать, „свой“ это или „чужой“ доставил мне „подарочек“. Банально содержимое нутра коммуникатора может варьироваться от сугубо устройства связи до куда более сложного девайса, обеспечивающего всестороннюю слежку. Остаётся уповать только на уровень развития местных высоких технологий, где даже хороший микрофон — это уже что-то за гранью, а спутников не существует в природе».

Вздохнув, я развернулся, вновь посмотрев на студентов, выражения на лицах которых стали ещё интереснее. Особенно у Германа Изенгерда, сообразившего, что старые привычки старым привычкам рознь, и пьяные выходки «старого» Лекса не имеют ничего общего с «новым» Лексом, которому только что передали «секретное» устройство лично от Управления Имперской Безопасности.

— К сожалению, времени у меня сейчас нет, — сказал я с демонстративным сожалением. — Поэтому, господа, я вынужден вас покинуть. На время. Хорошего дня.

Ответа я дожидаться не стал, двинувшись к выходу из восточного крыла.

И только выйдя на улицу, я подстраховки ради нарастил массу жидкого металла под одеждой, вновь распахнув футляр. Коммуникатор внутри покоился на деревянном ложементе, и представлял из себя нечто сугубо утилитарное, лишённое даже намёка на изящество любых других подобных устройств.

Чёрный металлический корпус, утопленный экран с широкими рамками, физические кнопки на правом ребре, отдельная красная «тревожная кнопка» слева в углу на лицевой стороне и, конечно же, универсальная система креплений на задней крышке.

А ещё тут присутствовала тоненькая инструкция, ознакомиться с которой было делом пары минут: устройство и в программном плане было простым, как топор.

«И большая красная кнопка — действительно тревожная. Стоило сразу подумать о том, что для определения местоположения спутник — вещь необязательная. Мобильной связи должно быть вполне достаточно. Значит, это не только инструмент, но и удобный поводок. Отталкиваться нужно от этого».

Я покрутил устройство в руках, оценив вес, баланс и качество сборки. Металл был самую малость шершавым, кнопки нажимались туго, а на нижней грани коммуникатора обнаружилась выемка, назначение которой вскрылось уже спустя несколько секунд: я включил устройство, полюбовался на заставку с гербом Имперской Безопасности, а после пробежался взглядом по выскочившему уведомлению.

— Биометрия, — я цыкнул. — Ожидаемо, впрочем. Бедные мои пальцы…

Но делать было нечего, и я прижал палец к выемке. Мимолётный укол — и коммуникатор пискнул, просто и без фанфар загрузив основное меню.

Интерфейс изначально не предполагал, что его будут использовать для чего-то, кроме непосредственно связи. Контакты, сообщения, тревожный вызов, журнал и справка. Даже настроек тут не было — коммуникатор «из коробки» уже должен удовлетворить потребности тех, кому его выдают.

Я проверил девственно чистый журнал «звонков», пустые сообщения, справку, содержимое которой спокойно уместилось бы на половинке листа бумаги, и только после этого, не сбавляя шага, перешёл к контактам, ожидая и там увидеть пустые списки, которые потребуется заполнять.

Но ошибся, ведь список не то что не был пустым, но и уже включал в себя всех и каждого, кому, кажется, я вообще мог написать в закрытой сети на территории Первой Академии.

Александр, Виктория, Поук, Фидеас, Рихт — именных контактов было немало. Чуть ниже шли контакты постов охраны в разных частях академии, трое капитанов гвардии с незнакомыми мне позывными, медотряд…

А замыкал список никто иной, как Родерик Лазарь.

Я вскинул бровь, задержав палец