Абсолютная Власть 4 - Александр Майерс

— Проходите в столовую, — предложил Сергей Сергеевич, явно нервничая.

Комната была крошечной. Простой стол, застеленный скромной скатертью, несколько стульев, буфет с немудрёной посудой. На столе стоял самовар, уже почти остывший.

— Может, чаю? — почти машинально предложил хозяин.

— Благодарю, нет, — Игнатьев плавным жестом отверг предложение, даже не взглянув на самовар. — Не стану отнимать у вас время. Дело, как я сказал, требует оперативности.

Он устроился на стуле, поправил перчатки и окинул комнату оценивающим взглядом. «Ни одной лишней вещи. Ни намёка на роскошь. Идеально для создания образа народного заступника. Браво, Сергей Сергеевич, вы играете свою роль безупречно».

— Итак, — начал Альберт, складывая пальцы домиком. — Я пришёл к вам как к председателю Гражданского совета. Скоро предстоит важное решение, которое определит будущее всего Приамурья. И я хотел бы заручиться вашей поддержкой.

— Моя поддержка зависит от того, что будет лучше для простых людей Приамурья, — осторожно ответил Бронин, садясь напротив.

— Разумеется, — Игнатьев кивнул. — Именно о них я и беспокоюсь. Вы знаете, я человек практичный. Я понимаю, что у людей есть потребности. У кого-то — в хлебе насущном, у кого-то… в безопасности.

Он сделал паузу, давая словам просочиться в сознание собеседника.

— Вот, скажем, ваша дочь, Анна Сергеевна. Такая перспективная девушка. Учится в университете, не так ли? Прекрасное будущее её ждёт. Было бы обидно, если бы какие-то… непредвиденные обстоятельства помешали её карьере. Или, того хуже, здоровью.

Лицо Бронина побелело. Он стиснул кулаки на коленях.

— Вы… что вы имеете в виду?

— А ваш сын, Пётр, — продолжил Игнатьев. — Работает на судоремонтном заводе. Место опасное. Порой случаются несчастные случаи… Травмы. А то и хуже. Или, к примеру, ваша супруга, которая держит эту милую цветочную лавку. Место проходное. Много сомнительных личностей. Вдруг пожар? Или ограбление? Такое сложно предугадать.

Он говорил мягко, почти сочувственно, но каждое его слово было отточенным лезвием. Альберт не угрожал прямо, он просто описывал вероятности.

— Вы понимаете, Сергей Сергеевич, — Игнатьев наклонился чуть вперёд, понизив голос до доверительного шёпота, — стабильность — штука хрупкая. Её так легко разрушить одним неосторожным словом. Или одним неправильным решением. Я могу гарантировать, что с вашей семьёй всё будет в полном порядке. Но для этого мне нужна уверенность в том, что Гражданский совет понимает, кто действительно может дать региону покой и процветание.

Бронин слушал, и его первоначальный страх постепенно начал сменяться чем-то другим. Он медленно поднялся, опираясь руками о стол.

— Господин Игнатьев, — его голос дрожал от гнева. — Я прошу вас покинуть мой дом.

Альберт приподнял брови с притворным удивлением.

— Сергей Сергеевич? Я, кажется, не совсем ясно выразился…

— Вы выразились совершенно ясно, — перебил его Бронин. — И я отвечу вам так же ясно. Я и весь Гражданский совет будем голосовать за Базилевского. Мы не станем голосовать за человека, который поддерживал военную жестокость альянса Муратова. И уж тем более — за того, кто предал своего господина, когда тому потребовалась помощь. Мы не доверяем вам. И мы не боимся ваших угроз.

Игнатьев замер на секунду. Внутри него всё закипело от ярости.

«Ах так, — пронеслось в его голове. — Значит, решил поиграть в доблесть. Глупец!»

Но внешне он остался абсолютно спокоен. Медленно поднялся, поправил идеальный узел галстука.

— Что ж, — произнёс Альберт с лёгкой улыбкой. — Вы сделали свой выбор, Сергей Сергеевич. Я уважаю принципы. Надеюсь, они окажутся для вас столь же ценны в будущем, как и сейчас. Желаю вам доброго вечера. И… будьте осторожны. В наше неспокойное время несчастные случаи, увы, стали частым явлением.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел, мягко прикрыв за собой дверь. На улице Игнатьев сделал глубокий вдох, пытаясь подавить вспышку раздражения.

«Неудачно. Этот упрямый плебей оказался крепче, чем я думал».

Он был разочарован, но не показывал этого. Плечи оставались расправленными, походка — уверенной. Он направился к своему автомобилю, где его ждал водитель. Но возле машины Альберта ожидал сюрприз.

На обочине стоял незнакомец в дорожном плаще, с низко надвинутой на лоб шляпе. Игнатьев мгновенно насторожился.

«Неужели Рудольф прислал ещё одного убийцу? Настойчивый старик. Надо будет принять более… решительные меры по его изоляции».

Однако незнакомец не сделал ни одного враждебного движения. Вместо этого он выпрямился и, вежливо кивнув, протянул Игнатьеву небольшой предмет — свинцовую шкатулку без каких-либо опознавательных знаков.

— Господину Игнатьеву, — тихо произнёс мужчина.

— Что это? — холодно осведомился Альберт, не принимая шкатулку.

— С вами хочет поговорить важный человек из столицы. Шкатулку следует открыть завтра, ровно в пять часов вечера. И обязательно за городом, где меньше влияние технополя. Внутри магический предмет.

Игнатьев нахмурился. Это было… неожиданно. Он взял шкатулку. Та была на удивление массивной для своих размеров.

— Я умею обращаться с магией. Кто хочет со мной связаться?

Незнакомец снова кивнул, и тень улыбки скользнула по его губам.

— Узнаете.

С этими словами он развернулся, подошёл к привязанной неподалёку лошади и, не оглядываясь, ускакал в сгущающихся сумерках.

Альберт стоял несколько секунд, разглядывая в руках таинственный предмет. Гнев от неудачи с Брониным начал отступать, сменяясь жгучим любопытством.

«Важный человек из столицы… Кто? Кто-то из Совета? Враги Градовых? — его ум заработал на полную мощность. — Да, конечно. У Градовых есть враги в Совете Высших. Они слишком самостоятельны, слишком амбициозны. Кто-то должен быть недоволен их возвышением».

Игнатьев сел в автомобиль, всё ещё держа в руках свинцовую шкатулку. Возможно, фортуна вновь поворачивалась к нему лицом. Возможно, помощь пришла оттуда, откуда он не ожидал.

Очень, очень любопытно. Завтрашний вечер обещал быть чрезвычайно интересным.

Глава 13

Сила

Николай Зубарев сидел на холодном камне в глубине пещеры, освещённой лишь тусклым светом кристаллов и бледным сиянием его собственной кожи. Пахло сыростью, серой и дерьмом.

Вокруг лениво переминались с ноги на ногу, скребли когтями по камню, издавали булькающие и щёлкающие звуки монстры. Разные — от мелких, похожих на гончих псов, до крупных, покрытых хитином существ с множеством конечностей.

Все они были теперь орудиями Зубра, продолжением его воли. Но глядя на них, он не чувствовал власти. Он чувствовал лишь глухую, давящую тошноту.

«Зачем ты сбежал?»

Голос в голове ударил, как ледяная волна, затопившая сознание. Голос Мортакса.

«Ты был так