Невеста Бога - Валентина Ad

пора определиться та ты или не та, и перестать морочить тебе голову. Вспомни, своего Колю, которого ты считала кем-то вроде ручной зверушки, которая тебя согревала длинными зимними ночами, прислуживала, веселила, усыпала восхищением и укутывала любовью, и где он сейчас? А ты ведь в отношении к своему Валере переплюнула Колю в сто раз. Задумайся, подруга. Никто не хочет видеть рядом с собой на столько послушную вторую половинку, это по меньшей мере раздражает. Тебе ль об этом не знать?! Тебе ль не понимать, что никогда не стать второй невесткой твоей хваленой Раисы Родионовны. Не быть! — не сдерживала себя Людка, веря в свои собственные слова не хуже Ярославы — в свои.

В таком темпе полгода страстных свиданий и оказались за плечами. Ярослава была безгранично счастлива, хотя в глубине души изредка завидовала Таньке, которую иногда видела в компании Ромы. Он часто доставлял ее на работу, но еще чаще забирал с работы. Вместе они выглядели вполне счастливо. Рома ни от кого ничего не скрывал и не прятал Таню от всего белого света, может только от мамы, ведь разговоров о предстоящей Танькиной свадьбе она не слышала — значит мама Воробьевых еще не приняла ее в невестки. А еще, Ромка давно прекратил подкатывать к самой Ярославе, которая никогда не вникала в их отношения, но добрая Людка, часто тыкала подругу носом, словно паршивого котенка, во взаимоотношения другого Воробьева. На что Ярослава всегда равнодушно отвечала — «Люд, у каждого свои тараканы в голове. Рома вправе делать все, что ему вздумается. А для меня главное, что я счастлива рядом с любимым, а то, что об этом не знает весь мир, даже к лучшему. Это ведь только НАШЕ счастье, счастье двоих». Она старательно оправдывала Валерино поведение в глазах Людки, а заодно и сама лишний раз убеждала себя в том, что все у них отлично. Восхищенно рассказывая своей маме, в очередной поездке на родину, какая у нее сильная любовь и какой ее Валера замечательный, самый-самый, Ярославе с каждым разом все тяжелее было объяснить «Почему этот замечательный Валера никак не соизволит познакомиться с ее родней? Ведь у Сашки Котополовой и у Нинки Нюрберовой, да и у Вальки Петуховой, дочки уже на показ успели по несколько раз женихов привезти, а некоторые каждый раз разных. А ей приходится только мнимым зятем хвастаться, да пояснять всем, что он очень деловой и занятой. Это ведь ни в какие ворота уже!» Ярослава как заговоренная твердила что он слишком занят, но скоро обязательно она явится с ним, вот только случай подвернется, и они обязательно приедут вместе. Мама верила, но все чаще и все настойчивее проявляла желание познакомиться с писаным красавцем и молодцом — будущим зятем. Тем самым убедить не только своих подружек, а и саму себя, что ее Ярославка не хуже других и тоже хорошо устроилась. Удостовериться, что одна из ее дочерей попала в хорошие руки и сделала правильный выбор.

— Валер, ты знаешь, как сильно я тебя люблю и хочу кое о чем тебя попросить… — набравшись смелости как-то заговорила Ярослава. — Поехали ко мне в деревню на Пасху. Я давно обещала маме, что как-то приеду с возлюбленным, а тут такой праздник… Я раньше не просила тебя ни о чем, но… Понимаю, что у вас семейные посиделки, но мне так хочется именно в этот праздник познакомить тебя с сестрами, мамой и… и… папой.

Голос Ярославы дрожал, а Валера резко поменялся в лице и, встав с кровати, молча закурил. Его лицо, которое совсем недавно было искажено пошлыми озабоченными улыбочками, стало серьезным, и по всему было понятно он судорожно о чем-то думает. Одно дело морочить голову Ярославе и продолжать наслаждаться ни к чему не обязывающим сексом, другое — становиться вхожим в ее семью. Наблюдать за подобной реакцией Ярославе было неприятно, и она в очередной раз почувствовала себя безумно виноватой, тут же пожалев о сказанном. Она ведь не имела права такое предлагать, она осознанно соглашалась на тайные отношения, да и знает ведь — все большие праздники он проводит со своей семьей, а тут она со своими родственничками…

— Ты, мне помнится говорила, что отец у тебя погиб? — первое что прозвучало из уст Валеры, который одну мгновенно выкуренную сигарету, сменил на новую.

— Да. Поэтому я и прошу тебя именно в этот святой день поехать со мной, мы бы вместе со всеми навестили его на кладбище, я бы познакомила тебя со ВСЕМИ своим родственникам, даже с ним. — Неуверенно прошептала Ярослава, боясь даже подумать, что таким своим предложением может оттолкнуть Валеру, лишиться этих, пусть даже тайных, встреч навсегда.

До Пасхи еще было пару месяцев, но Ярослава заведомо начала этот разговор раньше, чтобы Валера имел возможность подумать, а вдруг получится. Но попросив его об этом, видя его реакцию, она уже не была так уверена в чуде. Ей так хотелось хоть в деревне прогуляться под руку с тем, с кем все ее «прогулки» это несколько шагов от машины к дому, да и то, зачастую она сама приходит и уходит. В ее далекой деревушке вряд ли найдется хоть одна душа, которой будет дело до их реальных отношений и как того хочет Валера, их тайна по-прежнему останется тайной. Зато в глазах мамы Ярослава станет не сумасшедшей фантазеркой и сказочницей, а первой по-настоящему счастливой и устроенной дочкой. Да и в своих собственных глазах Ярослава немного поднимется, все же чисто женские радости никто не отменял, пусть даже на столько незначительные, как вечерняя прогулка под луной за руку с любимым мужчиной. Она об этом мечтала, но ей совершенно не хотелось рисковать тем, что она уже имеет, ради удовлетворения самолюбия, а глядя на Валерино лицо — именно это и произошло.

— Знаешь, а говори своей маме, что мы приедем. Почему бы и нет? А со своей семьей я как-то договорюсь, — совершенно неожиданно, но уверенно, заявил Валера.

С широко раскрытым ртом и такими же глазами, сидящая в позе «лотос» укутанная в простыню Ярослава, в этот самый момент упрекающая саму себя за такой опрометчивый поступок, не верила своим ушам. Нет, она конечно надеялась, что рано или поздно Валера примет ее предложение, но что б вот так сразу!

— Валерочка, скажи что ты не шутишь! Скажи что это правда и у меня нет слуховых галлюцинаций? — Ярослава просто взмолилась.

Получая кайф от собственной значимости в жизни Ярославы, Валера нарочито высокомерно забросив голову