Прямой контакт: пошаговое руководство по медитации на дыхание - Олег Юрьевич Цендровский

Подделка под осознанность

Правда хороша и прекрасна, а прямой контакт с ней есть единственное подлинное достижение. Почему же тогда мы не готовы переварить реальность? Дело здесь вовсе не в том, что осознанность и ясность познания тяжелы и мучительны. Просто наша осознанность была неполной и неполноценной. Это была подделка под нее – или, вернее, неумелый макет. И вот она как раз тяжела и мучительна.

Да, наш угол обзора становился шире, чем раньше, но при этом все еще оставался узким и перекошенным. Мы уделяли первостепенное внимание разладам в своей жизни и сжимали свое сознание до них. Более общая картина, с ее многочисленными светлыми участками и возможностями, игнорировалась.

Та первая осознанность, которую мы пробуем на вкус, есть дешевый и слабый аналог. Она либо агрессивно отторгается эго и приводит к добровольному самоослеплению, либо начинает нас преследовать. Тогда мы становимся зацикленными на собственных ограничениях, зудящих ранах и несбывшихся фантазиях.

При неполной осознанности мы привыкаем то постоянно отторгать замечаемую нами реальность, то жаждать какой-то другой. Чем больше и яснее мы видим, тем больше у нас становится мишеней для жажды и агрессии, тем больше возникает причин для страха и поводов к осознанию своей уязвимости.

Мы обращаем внимание на проблему, и она разрастается. Но это случается лишь потому, что мы не видим отчетливо самих своих реакций, их реальных пропорций и всего остального, что есть помимо них. Прежде всего мы мешаем себе по-настоящему воспринять происходящее, отталкивая его, а не принимая. Мы обращаем воспаленное внимание на проблему, пичкаем ее энергией, раздуваем ее размеры, а затем она начинает засасывать нас внутрь. Мы сжимаемся до осознаваемого и подчиняемся ему.

Оба этих рефлекса имеют равно плачевные последствия. Люди привыкли либо закрывать свои глаза, либо сверлить мир узким и прищуренным взглядом. Во втором случае мы становимся одержимы своими проблемами. Наш ум, как магнит, притягивает все трещинки и разломы жизни. Мы уделяем болезненное внимание всему дурному, страдаем от этого зрелища и бессильны с ним совладать. Оно неотступно нас преследует.

Такая осознанность бессильна именно потому, что неполна и не имеет опоры в невозмутимости. Это ракета из картона: неудивительно, что она не летает, и если возлагать на нее надежды, мы лишь разочаруемся. Нашей осознанности не хватает ясности, устойчивости и широты обзора. На самом деле мы все еще остаемся крайне неосознанными.

Таким образом, выход прост: чтобы научиться выносить реальность, нам нужно мужество. Нам нужно бесстрашие в буквальном смысле этого слова.

Да, наше первое впечатление от попыток прямого контакта и панорамной осознанности может сопровождаться дискомфортом, разочарованием, неудовлетворенностью, тревогой и страхом. Но рецепт не в том, чтобы держать глаза сжатыми до щелочки или же вовсе их закрыть. Нужно открыть их еще шире и держать открытыми сквозь проступающие слезы, а затем начать двигаться навстречу свету. Тогда глаза привыкнут к нему и перестанут рефлекторно его избегать.

Мы должны научиться смотреть реальности в глаза и не отторгать увиденное, не отторгать свое отторжение и не отторгать отторжение своего отторжения, если оно появится. Всем явлениям опыта должен быть предоставлен простор для жизни, но мы не должны смыкаться до них сами.

Так и достигается настоящая гармонизация ума. Она не сужает его, как бутылка водки или выпуск новостей. Она расширяет его и окутывает светом. И к ней не вырабатывается привыкания. Оказывается, что свет и простор восхитительны, когда они приняты не через щелочку сомкнутых глаз, а взаправду. Это куда лучше полумрака или самого яркого сна, который при всей своей яркости все равно остается полумраком.

Наш страх перед реальностью объясняет многое в жизни. В частности, он объясняет наше сопротивление медитации и тем переменам, которые она в нас производит. Медитация учит прямому контакту и мужественному движению навстречу тому, что есть. Она слишком реальна, слишком некомфортна, слишком интимна, слишком мало отвлекает и развлекает нас. Медитация требует усилия, необходимого нам, чтобы мужественно держать свои глаза открытыми. Но если мы открываем внутренний взор еще шире и не смыкаем его, вскоре наши слезы высыхают – и жжение прекращается.

Все это справедливо не только для медитации, но и для нашей жизни в целом. Следует замечать и гладкие поверхности реальности, и ее шероховатости и не отворачиваться от осознания, что в нашей жизни что-то не так. Нужно видеть мир и не отторгать увиденного, производя тем самым пустое и чисто эмоциональное сопротивление реальности, а полностью ее принимать, позволяя ей быть.

Только позволив миру быть и обеспечив движение навстречу ему и навстречу нашим задачам и препятствиям, мы сможем разглядеть, с чем именно мы имеем дело. Мы сможем начать мужественно работать со своей жизненной ситуацией.

Даже если мы сидим сложа руки, ничего в своей жизни не меняя, но при этом все отчетливо замечаем, это невероятно целительно. Мы замечаем свое бездействие, замечаем свою реакцию на него и удерживаем широту ума, не пытаясь ничего заглушить. Тогда из замечаемого и созерцаемого бездействия непременно родится позитивное действие. Пусть не в ту же секунду, день или неделю, но это неотвратимый итог устранения невежества.

Духовная практика не есть волшебная лампа, исполняющая наши желания. Она вообще не занята тем, чего пока еще нет или уже нет. Она основана на видении с широко открытыми глазами исключительно того, что есть прямо сейчас. Если мы, вместо того чтобы созерцать свои сны и проекции, установим прямой контакт с мгновением, то и наши самые заветные мечты окажутся исполнены. Следует предупредить, однако, что это будут совсем не те мечты, с которых мы начинали. И это только к лучшему.

Цели и задачи ступени

Одна из главных причин, почему в медитации наша осознанность теряется, состоит в том, что мы не умеем своевременно отпускать прошлое. Нас посещает какое-то впечатление, мы уцепляемся за него и так им увлечены, что игнорируем все те новые впечатления, которые продолжают потоком проноситься по нашему сознанию. Ум сужается до реакции и оставляет за скобками все остальное, что происходит прямо сейчас.

Осознанность достигает устойчивости лишь в одном случае – если мы устанавливаем ее прямо перед собой – в настоящем мгновении, на самом острие момента. В любом другом месте поток переживаний уносит осознанность за собой и утягивает ее в пучину автоматизмов.

В начале нашей практики медитации установить осознанность перед собой есть и самая важная, и самая сложная задача.