Ева из преисподней - Амалия Мо

Чтобы исключить из списка подозреваемых демонов, нужно собрать их мотивы вернуться в Преисподнюю. Судя по их же рассказам, жизнь там не сахар, но пока кроме Кайнера, у которого есть брат, под подозрение попадали все.

Быстро освежившись и переодевшись в чистую одежду, я незамедлительно пошла вниз, желая получить ответы.

Я спустилась по лестнице и сразу ощутила тяжёлую атмосферу, витающую в воздухе. Разбросанные и сломанные куски мебели валялись по всему первому этажу. Внимание притягивала фигура Кайнера. Он сидел на диване, низко опустив голову. Его руки покоились на коленях, а с разбитых костяшек капала тёмная кровь, образуя на полу небольшие лужицы.

Чуть в стороне стоял Шион, спиной к происходящему, словно не хотел быть частью этого. Фигура была напряжённой, и я заметила, как тяжело он дышал, хоть и старался это скрыть.

Старта стояла возле стены, приложив руки к груди. Её глаза были полны ужаса и беспокойства. Обычно она казалась уверенной, даже весёлой, но сейчас во взгляде читался страх.

Элли сидела на полу у ног Кайнера, молча возилась с бинтами, пытаясь стереть кровь с его рук. Она что-то шептала, наверное, пытаясь успокоить, но ни он, ни остальные, казалось, не обращали на неё внимания.

В комнате было жутко тихо, несмотря на все скрытые эмоции. Чувство, что произошло что-то ужасное, с каждой секундой становилось сильнее.

– Мне нужно поговорить с вами, – уверенно произнесла я, удивляясь, насколько твёрдо прозвучали слова.

На меня тут же обратили внимание. Кайнер поднялся с места, игнорируя Элли, и подошёл ближе, изучая моё лицо и ища повреждения, которых не было.

– Я не знаю, кто на меня напал, а потому подозреваю каждого из вас, – честно призналась, обходя демона стороной.

Мои слова не вызвали удивления, вероятно, они и сами думали об этом, сомневаясь друг в друге. Особенно в Шионе и Старте, ведь остальные были вместе во время нападения.

– Есть ли шанс, что кто-то мог узнать о моём существовании? – обернувшись к Кайнеру, спросила я.

В напряжённом лице я прочитала ответ: он не знал наверняка. Если произошла утечка, то подозрения всё равно падают на кого-то из них. На всех.

– Мне нужно знать, почему вы хотите вернуться домой?

Элисанта недовольно фыркнула, поднимаясь с пола. Возможно, блондинка посчитала вопрос глупым, но меня это не волновало.

– Я знаю, что если вы останетесь здесь дольше, магия начнёт ослабевать, но это не такая большая цена за возможность жить без постоянных катастроф, войн и жестокости вашего мира, – взгляд цеплялся за каждого, ожидая ответа.

Шион обернулся, и на лице читались тоска и сожаление.

– В Преисподней осталась моя семья: беременная жена и маленькая дочь. Когда я исчез, ей было десять, сейчас почти тринадцать. На тот момент её магия не пробудилась. Если я не вернусь, когда ей стукнет четырнадцать, то её отправят в Пустоши, где магия настолько разрушительна, что оттуда выходят либо живым и со способностями, либо – не выходят никогда.

– Возможно, её магия пробудилась, когда ты исчез! – предположила я.

– Я не могу быть уверен в этом, Ева, а рисковать не хочу. Мне нужно домой, – демон осёкся, разглядывая присутствующих.

Следующей заговорила Элли. Она выпрямилась, выпятив грудь вперёд и смахнула волосы за спину.

– Скажу за нас двоих, – надменно заявила демонесса, кивая брату. – Мы – дети императора. Отец стареет, и его силы иссякают, скоро он отбросит копыта, и тогда начнётся борьба за власть. Нужно вернуться, пока нам ещё есть за что бороться, иначе страшно представить, что ждёт наше государство…

– Борьба за власть может стать разрушительной, и лучше поскорее пресечь любые попытки притязаний, – подтвердил блондин.

Интересно. Кайнер рассказывал об одном императоре, который убил собственную жену на глазах детей. Были ли Элли и Эр этими детьми или нет, мне остаётся только догадываться.

– Я не очень сильна в боевой магии, – заговорила Берри. – Поэтому моя семья старалась скрываться. Отец был исследователем, и его открытия во многом помогли демонам, поэтому я пошла по его стопам. Не скажу, что мир демонов, да и ваш тоже, идеальные, но дом есть дом, Ева.

Услышав демонессу с синей кожей, я нахмурилась. Пока её ответ был самым неубедительным. Берри нравилась мне, но сейчас её рвение узнать людей получше вызывало только дополнительные подозрения. Не потому ли это, что она хочет остаться здесь подольше?

– А я должна была выйти замуж в тот день, когда Врата открылись, – Старта посмотрела на свои руки. – Мне достался самый прекрасный демон из всех возможных: красивый, умный, великий воин к тому же. Я не верю, что судьба так жестока… Я даже не знаю, дождался ли он меня.

– Если ты закончила допрос, мы бы хотели отдохнуть, – Элли прошла к Кайнеру и, осторожно взяв его за локоть, привстала на носочки и поцеловала. – Пойдём, милый, нужно обработать твои раны…

Демон не шевелился, сверля меня красными глазами. В груди будто что-то треснуло. Я ощутила, как злость волной поднимается внутри. Никакие воспоминания из прошлого не могли разбудить гнев, но картина перед глазами смогла сделать это.

Захотелось выть от боли или кричать, сметая всё на своём пути, но я сдержалась.

– Шион, ты бы мог… – хрипло попросила я, ощущая, как на коже выступают крохотные языки пламени.

Обернувшись, демон моментально смекнул, что к чему. Он быстро оказался рядом, направляя нас к выходу. Кажется, следом шёл кто-то ещё, но рогатый мужчина предостерёг, чтобы все оставались внутри.

– Молодец, Ева. Найди это чувство внутри, запомни его, вот так, молодец.

Легко сказать, особенно когда тот самый гнев, что я не могла отыскать внутри, наконец-то вырвался. Природу такого сильного чувства я понимала. Ревность разбудила ярость, и она больше не хотела отступать.

Это снова повторялось. Необъяснимый огонь поднимался из глубины и танцевал на моей коже. Только в этот раз всё было иначе. Шион отскочил в сторону, потому что не мог выдержать жара. Он что-то говорил, но я не слышала из-за звона в ушах.

Я полыхала, как костёр, в который щедро плеснули горючего. Надеюсь, мы успели отойти от дома, чтобы я не спалила чего-нибудь ненароком.

– Ева, подчини огонь! – кричал демон.

Если бы я обратилась к пламени раньше, возможно, избежала бы нападения. Может, стоит навсегда остаться в этом состоянии, тогда никто не осмелится приблизиться и причинить мне боль, какой бы