Мирай - Марина Зимняя

неопределенного возраста с перегидролеными, зализанными в тугой пучок волосами и стервозными глазами, глядящими из-под густо наращенных ресниц. Все видеозаписи, журналы и должностные инструкции тот час же были изъяты. И она понеслась перелистывать и конспектировать полученные документы.

То, что я попал, мне дошло сразу. Достаточно было взглянуть на ее довольное, уверенное в хорошей прибавке к зарплате лицо. Она десять раз подряд задала мне один и тот же вопрос, но сформулированный по-разному. Суть вопроса состояла в том, хочу ли я доводить ситуацию до возбуждения дела или все же подумаю, и мы попытаемся разобраться со всем на месте, не запуская череду проверок.

С ее слов я понял, что при соблюдении определённых формальностей всей этой волокиты вполне можно избежать. Она дальше лепетала на своем инопланетянском, а я калькулировал в уме сумму, которая могла бы решить эту проблему максимально безболезненно для нас. Самое ужасное, что я понятия не имел, какой суммы будет достаточно, какой мало, а какой до хера. Здесь важно не ошибиться, потому что, обидев ее, может получиться, что придется заплатить дважды, а может, и трижды или четырежды. Но разным людям, не отказавшимся оторвать от нас кусок пожирнее, благодаря сложившейся ситуации.

— Тимур Александрович, согласно штатному расписанию и табелю рабочего времени, именно вы должны были дежурить этой ночью на посту охраны, — неожиданно произнесла она перестав выражаться общими фразами.

— Так и есть, должен был.

— Я надеюсь вы понимаете, что именно вы несете ответственность за несчастный случай, — растянула губы в приторной улыбке. — Мне кажется вы не совсем понимаете серьезности сложившейся ситуации, — наклонив голову на бок проговорила тетка. На ее лице тут же нарисовалась специфическая насмешка. Склонившись над столом и слегка подавшись на встречу ко мне она выдала: — Вы молодой, совсем не опытный, — сведя брови и снова улыбнувшись произнесла с новой достаточно странной интонацией, которая мне совсем не понравилась. — Жаль отдавать вас на растерзание следственному комитету. Дело возбудят и по всей вероятности закроют за неимением состава преступления, но это будет не скоро, вам придется пройти длииииный путь, прежде чем вся эта волокита закончится. Хотите я вам помогу? У вас есть все шансы отделаться небольшим штрафом, — снова улыбочка. Баба подскочила с места, обошла стол и положила передо мной стопку листов, исписанных мелким непонятным почерком. — Ознакомьтесь пока. Читайте очень внимательно, — прозвучало где-то в районе моего уха.

Б… ть! Где Егор? Я ее боюсь. Тетка начала прохаживаться взад и вперед по кабинету виляя бедрами и вышагивая на каблуках как цапля, на ходу листая папку с должностными инструкциями работников.

— Если что-то не понятно, спрашивайте, — снова нарисовалась за моей спиной. — Я поясню… — склонившись над столом она подцепила верхний лист, длинными острыми ногтями.

Я не успел прочитать его даже до середины. С таким почерком нужно выписывать рецепты и назначения больным, а не писать протоколы. Мне кажется она и сама не разберет эту кардиограмму.

Как давно я так не радовался Егору. Бросив взгляд в окно я чуть не подпрыгнул от радости заметив, как он выходит из машины.

— Я буквально на пару минут, — обернулся к тетке и подскочив с места, помчался навстречу своему спасению. Мне удалось тормознуть его на входе.

— Она подкатывает ко мне, — обойдясь без предисловий выдал я в его удивленное лицо.

— Кто?

— Инспекторша.

— Она уже здесь?

— Часа полтора как!

— Ну и?

— Что, ну и? Я ждал, что она напишет на листочке цифру и подсунет листик мне. А она дефиле устроила в твоем кабинете!

— Так это же замечательно! — разулыбался он.

— Ты больной, что ли!? Что в этом замечательного?

— Деньги целее будут, — продолжая лыбиться как идиот выдал Егор. — Я, кстати, созванивался с родителями пацанят. Они без претензий. Много лет уже занимаются у нас и хотят продолжать. Сейчас подлечатся и вернутся.

— Ты меня слышишь? А с бабой, что делать? Она уже здесь и накатала там целое «Преступление и наказание», я только читать это до вечера буду.

— Разбирайся, — пожал плечами он. — Тебе как обычно везет, я надеялся, что тебя хотя бы на допрос разок вызовут.

— Ты куда?

Егор по всей вероятности решил, что я справлюсь без него и круто развернулся в обратном направлении.

— Домой. Я сегодня не спал всю ночь, поеду хоть отосплюсь… Я в тебе не сомневаюсь, — похлопал меня по плечу. — Хоть где-то пригодилась твоя смазливая физиономия.

— Стой, б… ть! Ей лет шестьдесят!

— Да ладно? — хохотнул он. — Ну удачи! Что еще тебе сказать?

— Пойдем, пообщаешься с ней. Она хотела видеть директора.

— По документам ты мой зам, уверен этого достаточно.

— По документам я сторож! Пойдем!

— Ну пойдем, — Егор зашагал в направлении входа. — Тим?

— Что?

— А если бы ей было не шестьдесят, а двадцать пять или тридцать…

— Гонишь, что ли!? У меня ведь Роза.

— Ты в этом уверен? — поджав губы и кинув на меня смеющийся взгляд произнес Егор.

— На что ты намекаешь?

— Да я не намекаю, я прямо говорю. Не твой вариант, Тимур, — цокнул и отрицательно покачал головой, зависнув перед дверью.

* * *

А еще женатый человек... Осуждающе смотрю на Егора. Понаблюдав со стороны как он общается с инспекторшей, я осознал какой я все-таки еще желторотый птенец. Довольная дамочка застегивает папку с документами не переставая ему улыбаться. Егорка поднимается, чтобы ее проводить. Минут через пять он возвращается обратно, спихивает меня со своего кресла.

— Ей не больше сорока, скотина! — мне тут же прилетает подзатыльник. — Неужели ты не мог пофлиртовать с женщиной! Обязательно было меня в это впутывать?

— Просто пофлиртовать?

— Иногда этого бывает достаточно, — еще один подзатыльник. — Нам в любом случае платить штраф, просто нужно было договориться с ней о его размере.

— Да конечно! Не ты ли меня несколько часов назад прокуратурами пугал и налоговыми. Откуда я знаю сколько может понадобиться денег! А еще она, улыбается тут и вздыхает томно. Пуговицы почти до пупка расстегнула, пока я за тобой ходил!

— Проверки все равно будут. Трудинспекция на тебе. У нас тут такой бардак в штатном расписании и должностных инструкциях, черт ногу сломит.

— А я тут причем? Это компетенция кадровички.

— Очень даже причем. Будто бы я не знаю, кем была занята Лена Алексеевна последние полгода, вместо того, чтобы вести табеля и журналы.

— Ленку тоже оштрафуют?

— Само собой. Я вообще ее уволить планирую, бесполезная как оказалась единица.

— Делай что-хочешь, а я домой поехал.

— Ты охренел! Ты не слышал, что сказала Людмила Анатольевна. Бегом приводить в порядок все журналы по технике безопасности. Чтобы