Путь познания - Дмитрий Dmitro Серебряков

царил полумрак, разрываемый пульсирующим багровым светом черной сферы связи. Демон опустился на колени перед артефактом, его кошачья морда выражала крайнюю степень раболепия. Он активировал сферу коротким импульсом силы, и из её глубин раздался смех, больше похожий на хруст костей. На поверхности проявилось лицо приста второго легиона Зурдала эль Мансур Буера.

— Докладывай, Грэндир! — голос Буера дрожал от предвкушения. — Скажи мне, что ты держишь в руках сердце Яго!

— Почти, мой повелитель, — Грэндир подобострастно склонился. — Дочь капитана Инквизиции у нас. Девчонка без сознания, но невредима. Что касается мальчишки… он ускользнул в лес, но мои ищейки уже отправлены на его поиски.

— Плевать на щенка! — взревел Буер, и сфера на мгновение вспыхнула фиолетовым пламенем. — Пусть Алан сам ищет свои игрушки! Ты не понимаешь… я ждал этого десятилетиями! Тот шрам, что Яго оставил на моём плече, до сих пор ноет перед бурей. Я хочу, чтобы он не просто умер. Я хочу, чтобы его род был осквернен так, чтобы сама память о нем вызывала у инквизиторов тошноту!

Буер подался вперед, его глаза в сфере горели безумным огнем ненависти:

— Слушай внимательно, первый акт нашей пьесы должен быть безупречен. Приведи того разведчика, которого ты взял два дня назад. Привяжи его так, чтобы он не мог закрыть глаза. И на его глазах… начни ломать разум девчонки. Я хочу, чтобы Дорн, или как там зовут того червя из Инквизиции, видел каждую деталь. Сделай из нее лишенную воли похотливую рабыню. Пусть она молит о ласках самых низших бесов, пусть они берут её прямо там, в пыли, а этот разведчик запомнит каждый ее стон. Пускай прямо на его глазах они сделают из нее сосуд.

Буер захлебнулся в хриплом кашле, который перешел в торжествующий хохот:

— А потом… потом отпусти разведчика. Дай ему уползти к Гадару. Пусть он предстанет перед Яго и расскажет, как его «чистая» дочка стала подстилкой для нечисти. А завтра к полудню залечи её тело и отправь ко мне в Демосфен. Я сам закончу её превращение.

— Будет исполнено, великий, — прошептал Грэндир.

Связь прервалась. Демон обернулся к Ингрид, которая всё еще сидела на стуле в глубоком беспамятстве. Грэндир подошел к девушке и положил свою правую лапу на её лоб. Его сила, черная и вязкая, начала вгрызаться в разум девочки, методично выжигая волю и заменяя её животными инстинктами. Он полностью погрузился в процесс, предвкушая грядущее наслаждение от исполнения приказа.

Внезапно Грэндир ощутил странный холод в груди. Боль пришла не сразу, сначала было лишь недоумение. Он опустил взгляд и увидел, как из его груди, разрывая дорогую ткань камзола, выходит острие меча. Демон хотел взреветь, выпустить свою мощь и испепелить наглеца, но осознал, что не может даже вздохнуть. Ужас сковал его: он чувствовал, как из его тела уходила не просто жизнь, а сама сущность. Его кожа стремительно серела и трескалась, превращаясь в пергамент.

Спустя секунду иссохшее тело демона-мумии рухнуло на землю, рассыпавшись прахом. Ингрид же так и осталась сидеть неподвижно, ни на что не обращая внимания. Демону не хватило всего пары минут, дабы окончательно сломать разум бедной девушки.

А на нее вместо демона смотрел сейчас Акиро. Но его взгляд… это был не взгляд испуганного мальчишки. Дух, полностью контролирующий тело, с наслаждением втянул ноздрями запах демонического пепла. Он легко, почти небрежно взмахнул мечом, стряхивая с него остатки нечисти.

— Уф. Наконец-то, — самодовольно произнес Дух, и в его голосе слышалось торжество хищника, нашедшего идеальную добычу. — Как же я эту вот силу люблю и обожаю.

Глава 12

Глава 12

Ночной лес за пределами частокола Скрала перестал быть просто лесом. Теперь это была дышащая злобой живая ловушка. Тьма здесь казалась густой как деготь и била в нос тошнотворным коктейлем из запахов хвои, сырой земли и едкой серы. Каждый шаг по хрустящему валежнику отдавался в моем затылке грохотом обвала.

— «Стой. Жди. И лучше даже не дыши», — раздался в голове ледяной вибрирующий приказ духа.

Я замер, вжавшись в ствол старой сосны так сильно, что кора больно впилась в щеку. Сердце колотилось в районе горла, мешая глотать липкую слюну. Мимо, буквально в пяти метрах, бесшумно проскользнула тень — низшая нечисть, чьи когти мерно выбивали дробь по корням.

— «А долго ждать-то?» — мысленно общаться с духом было до безумия непривычно. Особенно сложно это делать, когда вокруг куча тварей, мечтающих сожрать меня вместе с костями.

— «Сколько надо, столько и будешь. И вообще, не отвлекай меня, малой», — буркнул в ответ дух, и я почти почувствовал его раздражение.

Когда тень скрылась в зарослях, мы двинулись дальше. Лес расступился, открывая вид на лагерь нечисти. Я ожидал увидеть хаотичное нагромождение костров и дикие орды, но то, что предстало перед глазами, заставило похолодеть. Это был не просто лагерь, это была военная машина, выстроенная с почти геометрической пугающей точностью.

Ровные, как по линейке, ряды палаток и шатров уходили вглубь леса. Между ними тянулись прямые улицы, по которым мерно вышагивали патрули. Весь периметр был опоясан глубоким рвом и валом, укрепленным заостренными кольями. В центре лагеря горели огромные костры, вокруг которых копошились бесы и черти, и всё это действо подчинялось строгому порядку, не свойственному диким тварям.

— «Двигайся к центру. И главное, держись тени. Выйдешь на свет, сдохнешь», — проинструктировал дух.

Я скользил между шатрами, стараясь не издавать ни звука. Стенки палаток из грубой кожи пахли звериным потом и кровью. Мимо проносились звуки: утробное рычание, скрежет точильных камней о сталь и мерзкое чавканье. Я чувствовал себя насекомым, ползущим по паутине огромного паука.

Наконец мы достигли цели. В самом центре, на небольшом возвышении, стоял один из самых больших шатров. Его ткань была глубокого черного цвета, а у входа, словно статуи, замерли два огромных оборотня. Их глаза в свете факелов горели голодным красным огнем, а мощные челюсти время от времени щелкали, выбивая искры, видимые в ночном воздухе.

— «Нам туда. Обойди с тыла, там охраны меньше. Здесь явно живет нужный нам демон — самый опасный и самый сильный в этом секторе, а значит, самый вкусный. Нам нужно лишь подождать, пока этот рогатый урод вернется и решит прикорнуть. А потом — чик его ножичком, и дело в шляпе», — в голосе духа проскользнули хищные нотки.

Я обогнул шатер, заходя