Регрессор: Я приду за вами. Книга 4 - Александр Кронос

Втянув воздух, парень попытался кивнуть, чего сделать предсказуемо не получилось. Тогда он разлепил пересохшие губы.

— В норме. Что с Оливером?

Ещё пару секунд женщина пристально рассматривала его. Потом чуть повернула голову, смотря в сторону.

— Это в самом деле он.

— Я и так чувствую.

В поле зрения возникло лицо Франсуа, на котором отражалась толика досады.

— Ты ведь что-то видел, да? Поэтому сейчас в таком шоке?

Панурин моргнул. Попытался повернуть голову и тут же застонал от резкой боли.

— Песок… Что с ним?

Два старших по рангу Защитника обменялись взглядами.

— Всосался назад в Столб и исчез, — снова заговорил канадец. — Пока ты в сознании и всё помнишь — рассказывай. Обо всём, что успел запомнить.

* * *

Слова Лагова про волну не выходили у Кремер из головы. Он сказал это настолько спокойно, будто факт был общеизвестным. Откуда русский мог знать о чём-то подобном? И ведь варрбай это подтвердил. Что самое непонятное — Константин не касался этого позже, когда рассказывал об увиденном в памяти муравья. Как показалось Йоханне, русский генерал тоже почувствовал тут подвох. Однако давить на Лагова не стал.

Да и как на него надавишь? Сильнейший Защитник планеты, способный одним ударом расплавить городской квартал, после чего скатать остатки в шар и поднять в небо. Такой сам на тебя в ответ так надавит, что расхочется жить.

Это был далеко не первый момент, когда русский вызывал у неё неоднозначную реакцию. Когда-то Кремер считала откровенным бредом его историю про японскую клинику и тридцать девять пациентов. Потом сама увидела Гловацкого в аэропорту. Наблюдала, как загнулась Головастая, стоило ей попытаться рассказать больше положенного.

Ещё был ролик Хартли. Американец заявил на весь мир, что Лагов действует так, будто заранее знал о падении Столбов. Йоханна сочла это откровенной пропагандистской ложью. Но вот теперь невольно возникали мысли, что Дуглас мог быть в чём-то прав.

Константин слишком быстро набирал ранги. Знал, как вести себя на той стороне и казалось, заранее понимал, как правильно охотиться.

Раньше Кремер предполагала, что он тоже видит сны о Столбах. Как пациенты той самой клиники. Такая версия объясняла многое. Теперь в ней появился один громадный пробел — слова про ту самую волну. Отчего-то ей с трудом верилось, что такое можно увидеть во сне.

С ним следовало поговорить. Слишком уж много было вопросов, которые требовалось задать, наконец получив ответы.

Правда, сейчас Лагов ушёл отдыхать. После схватки, которая длилась больше половины суток и поглощённой памяти, мужчине понадобится отдых.

Будить его прямо сейчас было бы глупо. Поэтому Кремер направилась к штабной палатке. Найти воды, зарядить телефон и разобраться с сообщениями, которые скопились в мессенджерах. Большая часть пришла из Германии. Ещё недавно там предпочитали не вспоминать о её существовании. Теперь Йоханну завалили сообщениями бывшие коллеги, чиновники и журналисты, желающие узнать подробности «битвы за Иркутск».

— Фрау Кремер?

Обращение на немецком заставило остановиться. К ней приближались двое мужчин в гражданском. Тот, что был постарше, держал в руке небольшую папку. Второй достал визитную карточку.

— Доктор Мартин Хольц. «Мелер Системс», отдел перспективных разработок. По совместительству — советник канцлера Германии.

Название фирмы было знакомым. Именно эта компания выпускала защитные костюмы, которыми Йоханна пользовалась после Контакта.

Кивнув, Кремер перевела взгляд на его спутника.

— Вы тоже занимаетесь снаряжением?

Он тоже протянул ей визитку.

— Райнер Брандт. Федеральное ведомство по делам Защитников.

То самое, которое совсем недавно поблагодарило её за службу, прекратило выплаты и отправило в резерв. Оставив за собой право вызвать обратно, когда им заблагорассудится.

— А должность?

Мужчина улыбнулся.

— Считайте, что я представляю федеральное правительство.

Она снова наклонила голову, делая вид, что понимает происходящее. Хотя ей было решительно неясно, откуда в полевом штабе под Иркутском появились два немца. Кто их вообще сюда пустил?

— Как вы тут оказались?

Её соотечественники переглянулись.

— Сопровождаем груз с гуманитарной помощью для пострадавших.

— А какое отношение это имеет ко мне?

Они снова обменялись взглядами и несколько секунд помолчали. Наконец тот, что представился сотрудником федерального ведомства по делам Защитников, заговорил.

— Мы хотели бы принести свои искренние извинения за столь неловкую вашу отставку. И предложить вернуться. Заняв позицию лидера Защитников Германии.

Он замолк и второй тут же подхватил эстафету.

— В качестве компенсации мы готовы предложить десять миллионов евро. Плюс, вам будет предоставлена недвижимость в любом городе Германии на выбор.

Парочка снова замолчала. Почти синхронно покосилась на прошедшего мимо них Защитника с нашитым на рукав монгольским флагом. Потом старший посмотрел Йоханне в глаза.

— Что скажете фрау Кремер?

* * *

Скользнув взглядом по телу японки, я посмотрел девушке в глаза.

— Какой-то не слишком эмоциональный получается приз.

От неё повеяло удивлением, к которому тут же добавилась толика обиды.

— Вам что-то не нравится, Лагов-сан?

Сделав выразительные глаза, провела кончиком указательного пальца по своему телу, будто приглашая на него взглянуть. Отказываться я не стал — тело у неё и правда было идеальным. Но вот внутри… Эмоциональный накал у девушки был, как при игре в шахматы. Совсем не тот настрой, с которым прыгают в постель к мужчине.

— Абсолютно всё. Предпочитаю спать с теми, кто этого на самом деле хочет. К тому же ты всё равно не выдержишь. Да и в целом — это будет нарушение закона.

Японка выпрямилась и уселась, поджав под себя ноги.

— Какого ещё закона?

— Разве глава государства может взять и переспать с иностранным послом?

Каори плотно сжала губы. Глаза сверкнули неподдельной яростью, которую я отлично чувствовал.

— А не много ли вы о себе возомнили, Лагов-сан? Вы не глава государства!

— Действительно. Я командующий Корпусом. Куда до меня каким-то президентам.

Азиатка несколько мгновений помолчала, сверля меня взглядом.

— Командующий Корпусом, который не может лечь в постель к женщине, что сама предлагает ему ласку.

— И делает это с грацией бегемота, который решил прокатиться на танке.

Каори моргнула — на лице отразилась некоторая растерянность.

— Что?

— Что? Никогда не видели бегемота, который раскатывает на танке?

Она было открыла рот, чтобы ответить. Но потом я ощутил волну негодования и губы японки сомкнулись. Правда, ненадолго.

— Это у вашего юмора нет ни малейшей грации, Лагов-сан! А самомнение не знает границ. С чего вы взяли, что женщина не может пережить ваши десять минут славы?

Хотя бы какая-то отдушина после всего, что свалилось на голову. Сутки выдались напряжёнными — сейчас хотелось немного подурачиться и