Все сначала! - Сириус Дрейк

на полу. Иван тяжело вздохнул, пару секунд подождал, а затем поднялся на ноги. Обойдя стол, он обнаружил Фому, что лежал на спине и спокойно жрал сырник.

— Понял… Чего не понятного, — отозвался он.

* * *

Проснулся я от того, что всё тело будто налили свинцом. Каждая мышца ныла, словно я вчера не магией пользовался, а мешки с цементом таскал. Голова раскалывалась.

Открыл глаза и сразу уставился в потолок. Никакой Австралии из водяных пятен. Обычный потолок в моей комнате. Я в своей кровати. Не привязанный. Уже успех.

Повернул голову. На тумбочке стояла кружка с водой и лежала записка. Я потянулся и схватил бумажку.

«Спи, сколько хочешь. Заслужил. Деда.»

Я скомкал записку и швырнул в угол. Взял телефон.

12:47.

— Твою мать! — слова сами вырвались из рта.

Я пропустил уже два занятия в департаменте. Может, даже три. Хотя какая разница, я там и так самый старый. Восемнадцать лет, а сижу с семилетками, которые уже в десять лет фейерверки из пальцев пускают.

Поздний дар. Как же я ненавижу эти два слова.

Я встал с кровати. Ноги подкосились. Пришлось схватиться за косяк двери и постоять так с минуту, пока голова перестанет кружиться.

Вчера я таки пробил этот чёртов блок. Почувствовал магию. Дед, конечно, меня вывел и получил по морде, но после, когда лежа ел сырник выглядел довольным. После он свалил куда–то по своим делам, а я…

А я просто вырубился. Видимо, организм решил, что с него хватит стресса на неделю вперёд.

Доплелся до ванной, умылся ледяной водой. Посмотрел в зеркало. Синяки под глазами, небритая щетина, взгляд как у загнанного пса.

Красавчик, Хрусталёв, просто десять из десяти! Неужели, так и начинают все сначала?

На кухне деда, конечно, не было. Зато на столе стояла тарелка с бутербродами под пищевой плёнкой и термос с чаем. Ещё одна записка: «Не подавись».

Заботливый он у меня.

Я схватил один бутерброд, запихнул в рот целиком. Колбаса, огурец, майонез. Без Зефира — уже нормально. Налил чай в банку, хлебнул. Остыл уже, но пить можно.

Глянул на часы над холодильником. 13:02.

Если сейчас выбегу, успею к пятому уроку. Или к четвертому. В общем, хоть что–то.

Я оделся на автомате. Джинсы, футболка, толстовка. Кроссовки. Рюкзак с тетрадками, которые я ни разу не открывал. Забрал телефон, ключи и выскочил из квартиры.

* * *

Я вбежал в просторный холл департамента контроля одаренных, кивнул очаровательной девушке за стойкой и помчался к лифту. Тело всё ещё ныло, но уже не так сильно. Главное было не думать о том, как я выгляжу и сколько мне влетит за опоздание.

Добежал до своей аудитории. Заглянул в окошко в двери.

Занятие идёт полным ходом. Ольга что–то вещает, показывая на доску с формулами. Малолетки сидят за партами, кто–то записывает, кто–то просто пялится в окно.

Заходить сейчас? Получить публичный разнос?

Нет уж. Лучше пропущу и приду к следующему уроку. Надо просто рассказать Ольге, что произошло, и тогда на меня не наорут. Наверное.

Я развернулся и пошёл обратно по коридору. Желудок заурчал.

Точно! Столовая. Там хоть что–нибудь дешёвое найду.

Спустившись на первый этаж, я свернул налево и толкнул двойные двери в столовую. Запахло жареным маслом, картошкой и какой–то подливой. Просторный зал, с мраморными столбами и хрустальными люстрами, больше походил на премиальный ресторан, только для магов. Деревянные красивые столы, стулья с узорами, линия раздачи, красивые женщины в фартуках и колпаках.

Народу почти не было. Пара взрослых магов в форме департамента сидела в углу, что–то обсуждая вполголоса. Ещё какой–то парень примерно моего возраста стоял у раздачи и выбирал себе обед.

Я встал в очередь за ним. Взял поднос, поставил на рельсы и пошёл вдоль витрин.

Должен признать, вся еда выглядела вкусно. Даже очень. Все же, магов кормят только лучшими блюдами.

Котлеты. Макароны. Рис. Борщ. Салаты. Вроде и простая еда, но смотрелась, как в дорогом ресторане

Тут я глянул на ценники.

Охренеть. Так вот оно что…

Котлета стоила как два проезда в метро. Борщ вообще как три. Я уставился на цифры и почувствовал, как в кармане жмёт смартфон. На карте лежало рублей сто. Может, чуть больше. Этого должно было хватить до конца недели на проезд и всякую мелочь.

Если я сейчас возьму полноценный обед, останусь без денег. И то, не хватит.

Прикинул. Взял булочку с маком. Самую дешевую. И чай в стакане.

Дошел до кассы. Девушка за стеклом посмотрела на мой поднос, потом на меня. Мило улыбнулась и пробила чек.

Сто двадцать рублей.

Я достал карту, приложил к терминалу. Пикнуло. Булочка оплатилась. Осталось сорок за чай.

Полез в карманы. Мелочь. Монетки по рублю, по два, по пять. Высыпал на ладонь. Пересчитал.

Тридцать семь рублей.

— Блин. — тихо произнес я.

Девушка за кассой продолжала смотреть на меня и мило улыбаться. Я снова перебрал монеты, надеясь, что ошибся. Нет. Тридцать семь.

Не хватает трёх рублей на чай.

Я почувствовал, как краснеют уши. Сзади никого не было, но всё равно стало неловко. Уже хотел сказать, что откажусь от булочки, как рядом возник парень. Тот самый, перед которым я стоял в очереди.

Примерно моего роста, немного сутулый и худощавый, в дорогой куртке и джинсах, которые стоили, наверное, как моя месячная стипендия. Часы на руке блестели. Белые волосы подстрижены в короткий ежик. Родинка под левым глазом.

Он глянул на меня, на мою горсть мелочи, на булочку, потом улыбнулся и молча приложил свою карту к терминалу.

Пикнуло.

Я моргнул.

— Спасибо, — выдавил я. — Я… верну.

— Да ладно тебе, — он махнул рукой. — Три рубля не разорят.

— Слушай, а чего тут так дорого? — тихо спросил я.

— Да вроде, всегда так было…– он взял свой поднос, где лежал полноценный обед: борщ, котлета, пюре, салат, компот.

Мы не сговариваясь прошли за один стол и сели.

— Я Павлик, кстати. — протянул он мне руку.

— Иван, — ответил я на рукопожатие. — Хрусталёв.

— Приятно познакомиться, Иван. Ты тут учишься?

— Ага.

— Первый раз вижу. Ты в какой группе?

Я поколебался. Все же, мой уровень магического образования, не был поводом для хвастовства.

— В младшей.

Он поднял брови, оглядел меня с ног до головы.

— Серьёзно?

— Поздний дар, — буркнул я. — Магия проявилась недавно.

— А, понятно, — он кивнул без всякого осуждения. — Ты тот чемпион по плаванию, о котором тут все говорят.

— Ага, он самый.

Я отпил чай и откусил булочку. Павлик методично расправлялся со своим борщом.

— Так что, — сказал он между ложками, — с семилетками сидишь, да?

— Ага, — кивнул я. — Весело, ты не представляешь. Один может поджигать козявки из носа.

Он усмехнулся.

— Ну да, помню, так же экспериментировал, только с серой из ушей. Она чуть лучше