Хирург на моё (не) счастье - Марта Вебер

— Да какая разница? Ты заведующий отделением, тебе всё равно никто ничего не скажет. Я уже снова мокрая. Вот, потрогай. — Алёна потащила мою руку себе между ног, но я отбросил её, ссадил с себя и вскочил с дивана.

— Одевайся и уходи. Сейчас же.

46 глава. Кто был за дверью?

Вера

Я вышла из операционной вся взмокшая. Такое бывало, что всё шло не по плану. Прислонившись к стене, я медленно сползла по ней ниже, оставшись сидеть на корточках, и закрыла лицо ладонями.

Мы оперировали пациентку больше четырёх часов. В моменте я даже не чувствовала этого, а сейчас ощущения тела начали постепенно возвращаться, и я уже ощущала, как ныли ноги, как напряжена была спина, и прочее. Два раза мы чуть не потеряли пациентку на операционном столе, но по итогу операцию удалось завершить успешно. Что будет дальше — зависело теперь лишь от возможностей её организма.

Еле как поднявшись на ноги, я пошла в ординаторскую, чтобы переодеться. На такие сложные дни, как сегодня, у меня всегда была запасная хирургичка. В ординаторской было пусто.

Я переоделась, и проверила мобильный, на котором оказалось сразу несколько пропущенных вызовов, а ещё сообщения от Артёма.

«Думаю о тебе. Сегодня вечером посмотрим тот фильм?»

«Ты чего не отвечаешь? Я начинаю придумывать себе разные нехорошие вещи…»

«Блин, посмотрел, что ты на операции. Извини)»

«Зайди ко мне, как освободишься. Я так соскучился, сделаем перерыв на полчаса.»

Улыбнувшись сообщениям, я проверила в зеркале, как я выглядела, и поспешила к кабинету своего молодого человека.

Я так давно не была в отношениях, что мысль о том, что я с кем-то встречалась, каждый раз разливалась теплом по моему телу.

Ещё только подходя к двери кабинета Артёма, я словила какое-то нехорошее предчувствие. Но я списала всё на простую тревожность после долгой операции.

На всякий случай я постучалась в кабинет, но вместо «войдите», услышала женский протяжный стон. И голос был мне будто знаком.

Внутри всё заледенело. Сердце сразу же ухнуло куда-то вниз. Ну ведь не могло там быть то, что я подумала? В чём смысл было Артёму звать меня зайти, а самому там…

Но реальность оказалась жестокой.

Как только я распахнула дверь, то сразу же мне в глаза бросилась пара на диване. И это были Артём с Алёной. Он сидел по пояс голый, его руки лежали на её талии, а Алёна была вообще без одежды. Она вся выгнулась, подставляя свои прелести моему мужчине!

Вот значит, как они проводили операции в выходные? Такие у них отношения? Какой же я была дурой…

Не оставляя себе шанса на то, чтобы наброситься на парочку, и начать требовать объяснений, что было бы по моему мнению унизительно, я захлопнула дверь и побежала обратно в ординаторскую.

По пути я позвонила Роберту Оганесовичу, и сказала, что заболела, так что не смогу оперировать. Соответственно, возвращаюсь в Москву уже сегодня. Он был, конечно, не сильно доволен этим фактом, но и поделать ничего не мог.

Да, было некрасиво так обманывать людей, но эта маленькая ложь была необходима мне, чтобы не свихнуться.

Удивительно, но, когда я забежала в ординаторскую и переоделась, к счастью, не столкнувшись вообще ни с кем из местных коллег, пока шла до гостиницы, наспех собирала чемодан и покупала билет на самолёт, я вообще не плакала. Ни одной слезинки. Только зияющая чёрная дыра внутри.

Прорвало меня только тогда, когда самолет оторвался от земли. Меня, как назло, посадили на место посередине ряда, и справа и слева от меня были люди, которые периодически косились в мою сторону, когда я шмыгала носом, и то и дело размазывала слёзы по щекам.

Как я снова так попалась?

Может, правы были эти психологи, утверждающие, что мы сами раз за разом ищем себе мужчин с одинаковыми проблемами? И неужели моей участью были несвободные мужики?

А Артём… тоже хорош. Так сладко пел мне, что между ними все закончилось, про предательство со стороны бывшей жены и друга. А на деле… Не долго он сопротивлялся. Не продержался и двух недель прямого наступления.

Ну как же паршиво было внутри…

Раны с каждым годом будто бы затягивались всё сложнее.

Во время полёта мысли скакали от одной к другой. От ругательств на мужчину и беспринципную Алёну, до того, что хорошо, что я так и не познакомила его с родителями. Похоже, вселенная меня всё-таки оберегала.

Мы приземлились в Москве, и я вернула свой телефон из авиарежима в обычный.

Мне тут же посыпались просто тонны сообщений о том, что Артём звонил мне очень много раз, сообщения от него во всех мессенджерах, но сталкиваться с этим я была пока не готова. Поэтому просто заблокировала его везде, удалив все следы нашего общения даже не читая.

Что он мог мне сказать, если я всё видела своими глазами? Больше со мной такой номер не прокатит. Моё доверие было не бесконечным.

Квартира встретила меня какой-то пустотой, и одиноким «мяу», донёсшимся из коридора, как только открылась дверь. Мой кот Васька выскочил на свет, сверкнув в меня недовольным взглядом, осуждая за долго отсутствие.

— Ну вот мы снова и остались вдвоем, Василий. — Прохрипела я ему голосом, осипшим от слёз.

А сама рухнула вниз на пол прямо не раздеваясь.

Здесь, на полу своей квартиры, я чувствовала себя как никогда одинокой и чужой. Всегда чужой в этом городе, уже не своей в родном, брошенной, никому не нужной, даже родителям, и абсолютно несчастной.

Я знала, что это пройдет. Ну а пока… Пока я просто хотела плакать и плакала.

47 глава. Паника

Артём

— Ты такой грубый, но мне это даже нравится… — Промурлыкала Алёна, когда я попросил её уйти.

— Ты плохо слышишь? — Начал поднимать я голос. Внутри были самые плохие и противоречивые мысли, я не понимал, что со мной происходило, слабо контролировал своё тело. — Убирайся отсюда сейчас же.

— Я думала, что секс делает мужчин добрее, а не наоборот. — Алёна наклонилась, игриво смотря, наблюдал ли я за ней. Она подняла свой комплект белья, и начала натягивать на себя эти кружева и ниточки.

— Какой секс? Так, — я сглотнул, понимая, что паника и злость сейчас ничего не решали, а я, как хирург, на самом деле всегда неплохо принимал решения в экстренных