Суровая нежность - Галина Нифонтова

выпуска из детского дома долгое время общались. С некоторыми дружим и по сей день, как с Ромкой, например. Сережа после выхода из детского дома оставил его после себя за главного. Брату исполнилось восемнадцать и он отправился в «большой мир», на свободу, а нам надо было еще три года ждать. Но он нас часто навещал. Ему рады были и взрослые и дети. Он сразу так изменился и повзрослел! Я когда вышла, он уже работал на нескольких работах. Машина даже была своя.

Так вот, Серёжа долгое время был увлечен плаванием. А я — ничем! Так уж вышло. Ничего меня не интересовало, а если что-то пробовала, то не получалось и я бросала. Но я сильно-то и расстраивалась по этому поводу.

Бывало, я отпрашивалась из детского дома, погулять со старшими девочками и ребятами. Воспитатели частенько отправляли их по каким-либо делам или купить что-то нужное. Потихоньку готовили к самостоятельной жизни, так сказать. И вот, когда у нас получалось, то мы всегда ненадолго убегали к ближайшей речушке. Поплавать и половить рыбу. Там мы подружились с местными ребятами и они для нас припрятывали деревянные удочки в кустах. Собственно, тогда я и полюбила рыбалку. Не очень стандартное увлечение для девочки-подростка, правда? Но, как говорится, чем богаты.

И там же, кстати, я познакомилась с Максом. Он жил не очень далеко от речки. И часто приходил туда с моим братом. Но, представь себе, даже не смотря на то, что они часто дрались… Очень часто, я бы сказала! Они всегда спорили и что-то вечно выясняли и доказывали друг другу, но всегда были вместе! Да и меня Макс уже тогда знатно дразнил и задирал. Но, что удивительно и меня тогда сильно бесило — другим он этого делать со мной не позволял! Так вот, несмотря на все это, мы часто оказывались в одном кругу общения. И продолжалось все это даже тогда, когда Сережка, а позже и я, вышли из детского дома в «свободное плавание». Во взрослую жизнь.

Сначала мой брат снимал квартиру со своими одногодками. А когда я вышла с детского дома, то мы обсудили все и решили продать дом родителей. Мы не могли там жить. Нас двоих душили воспоминания о прошлом. Душила вина, что мы живы, а они нет. Поэтому мы взяли оттуда вещи, какие хотели и просто ушли. После продажи дома купили две недорогие однушки. Часть средств брат оставил нам на первое время, а все остальное пустил в развитие бизнеса. Он тогда многое перепробовал.

Мы работали и учились. Нас было несколько с детского дома, которые вместе пытались выгрызть себе лучшую долю в этой жестокой жизни. Сережка через несколько лет остановился на строительном бизнесе, а Ромыч стал настоящим хакером, а потом какой-то там шишкой в органах внутренних дел. А я училась и работала с бумагами фирмы, а потом влюбилась в мужа и вот — Димулька.»

На этом Юлия закончила одну из самых грустных историй своей жизни.

Мне было так жаль Юлю и Сережу, что я даже чуть не расплакалась и задумалась о том, у кого из нас сложнее судьба. Это был очень спорный вопрос. Я хоть и сама сразу после рождения чуть не попала в дом малютки, но у меня с рождения и по сей день, есть хотя бы бабушка. А у них…

— И еще, с тех пор, после избиения в столовой детского дома, мой брат не говорит «извини» и никогда и ни у кого ничего не просит. Просто прими это, Арин. Пойми и прими.

— Прости, что заставила тебя вспомнить все это... Я не знала,— неловко погладила кружку с чаем и вытерла слезу со щеки.

— Ничего. Сергей бы все равно ни с кем не стал этим делиться или так, в общих чертах. Такой уж он у меня. Но, надеюсь, это поможет тебе хоть немного лучше понимать моего брата. Ему было очень не легко, Арин. Те годы, очень сильно изменили нас, а его — особенно.

— Да, я все поняла. Просто сейчас нахожусь в шоке от твоего рассказа. Спасибо тебе, Юль! И ты извини, если что. Теперь многое встает на свои места.

После такого тяжелого разговора мы еще немного посидели, обсуждая свои обыденные темы.

Я откинулась назад на стульчик и устало прикрыла глаза. Солнышко приятно расслабляло, постепенно возвращая ко мне внутреннее спокойствие.

Но не все было так хорошо вокруг, как нам казалось. Мы с Юлей были так увлечены общением, что даже не замечали, как по ту сторону пруда за нами следил неизвестный мужчина.

Глава 21. Поворот не туда

Глава 21. Поворот не туда

Май. Обожаю этот месяц! Вокруг свежая зелень, все новое и пушистое! А погода уже около недели стояла довольно теплая, как летом. Глаза радовали молоденькие сочные листочки, а душу — заливистое пение различных птиц.

Я находилась дома у Юльки и Димки. У него сегодня тренировка по футболу. Юля отдала его в эту секцию около месяца назад и ему там очень нравится. Когда я свободна от работы, то мы частенько с Юлей его провожаем, а сами, пока есть время, занимаемся своими женскими делами или просто отдыхаем, гуляем.

— Ма-а-ам, ну давай быстрей! — торопил ее сын.

— Иду я, иду! — одеваясь, крикнула со второго этажа.

Мы с Димой ждали ее внизу. Малыш был весь в нетерпении, пока она собиралась. Ему хотелось как можно быстрее пойти к друзьям на футбольное поле. Еще вчера мы решили, что пока у него тренировка, я и Юля, в это время, прогуляемся по нашему любимому парку.

Если бы мы только знали с ней, чем для для нас обеих закончится эта обычная прогулка… Но как говорится: «Кабы знать, где упасть, там бы соломки подкласть».

Димка продолжал нетерпеливо топтаться у двери, держа в руках маленький рюкзачок с футбольной формой.

— Все, все, я тут! — успокаивала нас Юлия и быстро спускалась по лестнице.

Она сегодня была в джинсовых шортиках и топе, а я — в салатовом платье с пояском и в короткой джинсовке нараспашку.

— Готово! Бежим! — улыбнулась хозяйка дома, обула босоножки, и мы все вместе вышли на улицу.

Быстро прыгнули в Юлину машину и с хорошим настроением поехали в спортивную школу, куда был записан Дима. До нее по времени было около получаса, но все зависело от пробок на