Из огня да в полымя. Книга 4 - Серг Усов

Так-то он не конченный козёл. Достоверно знаю, много раз, не афишируя своё участие, нашему детдому помогал, отстоял городской клуб, который хотели перепрофилировать в торговый центр, добился, чтобы отделения почты не кардинально сократили, ну и с братвой нашей совершенно точно никаких дел не имел. Эти хорошие качества не мешают ему иметь большой двухэтажный особняк, дорогие авто у жены и обоих сыновей, и три года назад выкрутить дело так, что на зону отправился не его младший сынок, который ненамного скромнее старшего братца, а тот, кого он избил.

— Рад знакомству, Сергей Алексеевич, — отвечаю на его представление, меня он должен уже знать от секретаря. — Звоню сообщить, что инвестиции в ваш проект наше руководство в целом одобрило, но хотелось бы обсудить некоторые частные моменты. Всё ж мы входим в уставной капитал предприятия, получая блокирующий пакет. Надеемся на многолетнее сотрудничество, поэтому дополнительно хотелось бы ознакомиться и с намерениями за пределами отчётного периода.

Имелось в этом проекте и слабое место. Как бы я ни переживал, что оно может зарубить выделение наших денег Капролактаму на корню, и тогда мои поездки в родной город за счёт холдинга накрылись бы медным тазом, всё ж Анне Николаевне свои соображения доложил. Обманывать или что-то скрывать от неё в в деловых вопросах не собираюсь.

Дело в том, кто на этом мухинском ОАО производство самого капролактама — это лишь небольшая часть его деятельности, основное же, что выпускалось ранее и собираются производить заново — различные виды пластмасс, сейчас крайне востребованных и приносящих высокие доходы. Понятно по наименованиям — я всё лично пробил — основной их потребитель — оборонка. Вот только рано или поздно наша страна додавит эту фашистскую голубятню, и что тогда будет со сбытом? Никаких планов по изменению номенклатуры выпускаемой продукции на случай резкого падения спроса в представленном проекте не было. И вообще непонятно, земляки про это подумали?

К моему огромному облегчению Анна отмахнулась. Сказала, что такая ситуация сейчас со многими предприятиями. Говорила и с отцом, и немного с дедом, и с Алкиным отцом, в общем, те считают, что заглядывать дальше, чем на пять лет в тех отраслях, где действует Инвест-гамма, нет смысла. Во-первых, не всё так плохо со сбытом. Даже если СВО прекратится прямо сегодня, ещё много лет потребуется восполнять израсходованные запасы, а, во-вторых, вряд ли с окончанием СВО закончится вообще конфликт. Глобальный паразит не сможет жить без притока дармовых ресурсов, а значит будет бороться с человечеством до последнего издыхания. Закончится одно мясо, найдут другое, не в Европе, так в Азии или ещё где. Как поняла начальница её старшие считают, что в ближайшие десять-пятнадцать лет спокойной жизни не будет.

Так что, иди, Алексей, сказала родная начальница, и не забивай себе этим голову. А мне вот профессиональная гордость не позволяет так просто махнуть на возможный фактор риска рукой. К тому же, проведение загоризонтного планирования не требует каких-то особых затрат. Надо лишь намекнуть, что кроме плана А, неплохо бы иметь план Б.

— Конечно, мы об этом думали, — заверил мажористый мажор славного Мухинска. — Готовы высказать свои мысли и по такому вопросу.

— Отлично! — выражаю радость. — Когда бы вы смогли приехать, чтобы мне с вами встретиться лично?

— Могу прямо сегодня, — предложил он. — Тут на машине часа три — три с половиной, ну и по Москве ещё сколько-то, но после обеда могу быть у вас.

Ему, понятно, хочется побыстрее продвинуть их проект, пока мы не передумали. Вот только у меня на сегодня другие планы. И на завтра тоже — хочу до автошколы отпроситься, а вечерком мы вроде как с Анной в зоопарк собирались, уйдя чуть пораньше из офиса.

— Нет, так торопиться не стоит, — смеюсь. — Давайте в четверг в первой половине дня. Устроит?

— Устроит, Алексей Сергеевич. Рад буду с вами познакомиться лично.

— Взаимно, Сергей Алексеевич. Давайте ещё в среду в конце рабочего дня созвонимся.

А прикольное совпадение, я Алексей Сергеевич, он наоборот Сергей Алексеевич. Может это знак, что сотрудничество нашего банка и их предприятия окажется выгодным и плодотворным? Ха, уже как бабка начинаю приметы всякие выискивать.

Очуметь. Кто бы мне раньше сказал, покойнику, что сам великий мажор Карцев будет разговаривать со мной ласковым, заискивающим тоном и что от меня реально ведь зависело, получит ли ОАО Капролактам свои два миллиарда инвестиций, которые поначалу и выплачивать-то не придётся, просто передав двадцать процентов акций? Да никому такое и в голову бы не пришло. Мне иногда и самому не верится, что со мной это вот всё происходит.

— Ты видел там сбросили? — вывел меня из раздумий Олег.

— Нет ещё, сейчас буду смотреть, — возвращаюсь к работе с заявками.

Все специалисты отдела инвестиций в обязательном порядке дублируют сбрасываемые Юрию Михайловичу Родину документы. У начальника отдела большой груз рутинных проверок и рассмотрений, мы же с Олегом, будто изюм из булки выковыриваем, определяем наиболее перспективные в плане отдачи проекты и работаем по ним отдельно. Кстати, то ли кадровый вопрос мы решили удачно, но замечаю, что наше направление департамента начало работу очень слаженно, ну, если не считать некоторых огрехов, да только как же без них? У меня сложилось мнение, что выделенные до конца года восемнадцать миллиардов, департамент распределит уже к началу зимы. И это отлично. Анна Николаевна сказала, что возможно увеличение лимита инвестиций чуть ли ни в полтора раза, а то и в два. А это впоследствии отдача в виде доходов, премии сотрудникам и мне в том числе.

В приёмную директора департамента я вошёл без одной минуты десять. В точности Ролекс не сомневаюсь. Олечка в курсе, что мне назначено, потому, как бы ей ни хотелось вовлечь меня в обсуждение сплетен, задерживать не решилась, сразу же доложив по селектору о моём прибытии.

Получив разрешение войти, прошёл в кабинет, тщательно закрыв за собой двери. Анна встретила меня стоя сбоку у своего стола с листом бумаги в руке.

— Вот, возьми, полюбуйся, — протянула его мне.

— Экспертное заключение, — читаю вслух и дальше пробегаю до самого конца текста. Переворачиваю, с другой стороны чисто. — И что, прости? У меня при себе нет никаких данных по сети АЗС, и вообще мы с Олегом этим не занимались.

— При чём здесь твои данные? — поморщилась начальница, ей, кстати и