Официантка для Босса - Никки Зима

Я вижу, что он не врёт. У меня кружится голова.

— Вам плохо? Сударыня?

Он замечает, что я покачнулась.

— Нет, наоборот, мне очень хорошо.

Сволочь этот Волков.

Он сделал это. Заставил моё сердце не просто трепетать — он заставил его волноваться, испытывать страх не найти мужчину, пригласившего меня на свидание.

Заставил улавливать мельчайшие детали и искать его.

И в этом безумном поиске я узнала о своих чувствах к нему.

Он медленно, почти с благоговением, подносит руки к своей голове.

Его пальцы находят застёжки по бокам маски. Лёгкий щелчок. Ещё один. Он снимает её.

И вот он. Никита Волков. Не идеальный «атлант», не загадочный незнакомец.

Его волосы слегка растрёпаны от маски, на лице — смесь надежды и усталости, а в глазах беспокойство, которое я видела в деревне.

Он смотрит на меня, словно ожидая приговора.

В этот самый момент двадцать девять других «богов», словно по незримому сигналу, разворачиваются и бесшумно, как тени, уходят через служебные двери.

Их уход так же театрален, как и всё здесь, но сейчас это не имеет значения.

Свет в зале мягко меняется, становясь теплее, и из скрытых динамиков тихо льётся джазовая мелодия.

Из темноты появляется Димка, сияющий, как новогодняя ёлка.

На его лице — выражение глубочайшего профессионального удовлетворения.

— Ваш столик, мадемуазель, месье, — он с лёгким поклоном указывает на единственный накрытый стол в центре зала, на котором горят свечи.

Мы молча подходим и садимся друг напротив друга. Димка расставляет перед нами блюда.

Потом, выполнив свою миссию, растворяется, оставляя нас наедине.

Мы остаёмся одни в огромном, пустом, но вдруг ставшим уютным зале. Свечи отбрасывают танцующие тени на стены, пол, на его лицо.

Похоже, что он хочет что-то сказать, но обдумывает.

Я откладываю вилку, смотрю на него при свечах и не могу сдержать смеха. Он сидит напротив, всё ещё немного напряжённый, будто ждёт, что я вот-вот возьму и исчезну.

— Расслабься, Волков, — говорю я, качая головой, — из тридцати клонов я выбрала тебя, можно сказать, как в той песне, которую ты напевал: я узнала тебя из тысячи… Можешь ничего не говорить. Ты и молчаливый нравишься.

Он пожимает плечами, и в уголках его губ появляется та самая, редкая, по-настоящему счастливая улыбка.

Я смотрю на него — на этого невероятного, сложного, безумного человека — и понимаю, что влюбилась. Абсолютно точно. Никаких сомнений не осталось. Они просто растворились, как те двадцать девять масок в темноте.

И тут происходит то, чего я никак не ожидала. Он медленно встаёт. И, с серьёзным выражением лица, не отрывая от меня взгляда, опускается на одно колено.

У меня перехватывает дыхание. В зале тихо, только потрескивают свечи.

— Алина, — его голос чист и твёрд. Никакой хрипоты, приятный низкий мужской тембр, — я обещал тебе когда-то контракт. Потом — партнёрство. И то, и другое оказалось ерундой. Потому что единственное, что я хочу предложить тебе по-настоящему… это свою любовь. Я тебя люблю. Моя сложная, нелепая жизнь в твоих руках. Выходи за меня.

Я не в шоке, я в полном охренении! Руки сами прикрывают губки, чувствую, что хочу рыдать и смеяться одновременно.

Слова застряли где-то в горле. Он не торопит, терпеливо ждёт.

Через минуту повторяет вопрос:

— Ты выйдешь за меня замуж?

Самообладание возвращается.

— Да, — выдавливаю я из себя, задыхаясь от счастья, и моё сердце поёт громче любого симфонического оркестра, — да, Никита. Я согласна выйти за тебя замуж.

Он замирает на секунду, будто не веря, а потом его лицо озаряет такая ослепительная улыбка, что все греческие боги вместе взятые никогда бы с ними не сравнились. Он встаёт и надевает мне кольцо…

А потом заключает меня в объятия и целует. Играет романтическая музыка, свет в ресторане меняет оттенки, следуя мелодии.

А вот дальше происходит интересное.

С оглушительным грохотом распахивается главная дверь ресторана.

На пороге, озарённая неоновым светом холла, стоит Ирина Шкет. Та самая двойник. Инстахамка.

— Вот где вы прячетесь! — выкрикивает она, нацеливая на нас камеру смартфона.

Её голос, обычно сладкий и напевный, сейчас визглив и полон ненависти.

— Никита Волков и его невеста! Наконец-то я вас нашла!

Никита медленно выпрямляется. Его лицо выражает не гнев, а лёгкую растерянность.

— Ирина, мне нужно вам кое-что объяснить... — начинает он.

— Не надо, — она прерывает его, поднимая руку, — это мне нужно вам кое-что объяснить.

Она делает шаг вперёд и смотрит на меня. Без ненависти. Так, будто знает больше, чем я. Потом раскрывает объятья и шокирует меня ещё больше:

— Поздравляю с помолвкой и обретением родной сестры!

Дорогие читательницы и читатели, хочу сообщить вам, что через пару дней (08/10/2025) планирую опубликовать для вас новый роман "Переводчица для Босса", буду рада вас видеть на страницах новой книги. Ваша Никки.

Глава 39 Сиблинг тест

Стоим мы втроём в опустевшем ресторане — я, Никита и Ирина, эта знаменитая Инстахамка.

Кажется, шокированы все.

Я пытаюсь понять и осмыслить «вот это поворот».

Что она сказала минуту назад? Обретение родной сестры? Это такая месть? Шутка? Троллинг?

— Когда нас впервые начали путать в соцсетях, — начинает она, и голос у неё какой-то неуверенный, не похожий на тот сладкий сироп, что льётся с её видео, — я подумала — что за глупое совпадение.

Она продолжила:

— Ну, бывает. У каждого человека есть двойник, меня например есть двойник в Германии, танцовщица бурлеска. Спасибо Инстаграму. И функции «найди своего двойника». Но потом...

— Я начала за тобой следить, это я умею делать, как никто другой. Когда вы с Натальей били тортами и электрошокерами каких-то мужиков в баре, мне удалось незаметно стащить стакан, из которого ты пила сок.

У Волкова поднимаются обе брови на словах о тортах и шокерах, он смотрит на меня с каким-то неподдельным уважением.

И мотает на ус. В моём боевом арсенале есть не только скалка.

Ирина же замолкает, делая глубокий вдох, будто собирается с силами, чтобы прыгнуть с вышки в бассейн.

— Потом я заказала ДНК-тест. И свой, и твой, Алина. Просто из любопытства. Для контента. «Как я искала свои корни» — вы бы видели, какие это собирает просмотры!

Сто тысяч лайков за сутки. Когда выясняется, что в твоих европейских, славянских корнях примешан один или два процента жительницы из Папуа — Новой Гвинеи. С которой согрешил твой дальний предальний пра-прапредок. Короче, ДНК…

Я переглядываюсь с Никитой. У него на лице написана та же мысль, что и у меня: «Вот ведь, блогерша