Учитель. Назад в СССР-7 - Дмитрий Буров

Тишина в актовом зале Академгородка стала практически осязаемой.

— Коллеги, товарищи… Один учитель может и не в силах изменить систему, но он может изменить свой класс. А классов, как и школ, в нашей стране много. В наших руках сосредоточена огромная возможность: вырастить внутри системы другую систему ценностей, где радость труда и учёбы — не роскошь, а условие нормальной школы.

Я закончил свою речь, стоял на трибуне, слушая гробовую тишину, и думал о будущем великой державы. Проект «Школа будущего» — это осознанное строительство нового, в котором важны не лозунги, а реальная человеческая связь, сотрудничество и смысл. И начинать выравнивать русло могучей реки необходимо уже сегодня.

Глава 17

Весна в этом учебном году пришла в Жеребцово не по календарю, а по ощущениям. В один момент я поймал себя на том, что перестал перепроверять каждую строчку в проекте, выдохнул и оглянулся по сторонам, чтобы понять, сумел ли наш проект обрести настоящую жизнь в реальности, не стал ли картонной упаковкой для красивых слов и педагогических отчётов. Не превратился ли в обязаловку и статистику для высоких инстанций.

Оказалось, за несколько месяцев и дети, и взрослые действительно включились в увлекательную игру под названием «Школа будущего», что называется и душой, и телом.

Прошли выборы в Совет школы. К удивлению педагогического коллектива на пост председателя свои кандидатуры выдвинули несколько человек. От уверенного отличника, гордости школы, до скромного тихони и самого хулиганистого мальчишки из восьмого класса. К ещё большему удивлению учителей победил скромный восьмиклассник Илюша Боровкин из моего класса. Тихий, молчаливый Илья с одними пятёрками в дневнике оказался не только отличным рассказчиком, как я выяснил ещё в походе, но и прирождённым лидером.

Илюша принял новую реальность спокойно, без особых восторгов, в перемены поверил разумом. Без криков и давления, спокойно и по-деловому нашёл подход к каждому от горлопанов до тех учеников, кто предпочитает отсиживаться в сторонке, памятуя, что инициатива наказуема. К марту Совет школы работал как небольшой сельский исполком, или даже хороший швейцарский часовой механизм.

Ребята придумали и составили график «проектных суббот», сами предложили чередовать направления: одну субботу — хозяйственные дела с колхозом, другую — научные эксперименты с аспирантами из Академгородка, третью — «социальные проекты». Последнее понятие придумал Ленька Голубев.

— Это когда мы не только гвозди забиваем, — объяснял на Совете очень быстро повзрослевший признанный жеребцовский архаровец. — Но и думаем, что в нашей жизни можно улучшить без молотка. Под нашей жизнью — это я не о нас лично говорю, а вот, например, как организовать помощь бабушкам, чтобы не превращать это в обязаловку. Или как поговорить с теми, кто плохо учится, так, чтобы они не чувствовали себя «бракованными».

— Так у нас это все имеется, — возражали школьники. — Тимуровская помощь и отстающим помогаем.

— Ага, только чаще из-под палки, — выдал Ленька. — И двоечникам тоже быстрее списать дадим, чем объясним новую тему.

Совет смутился, но сдался под аргументами Голубева.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовались у Леонида. Пришёл черёд Голубева замолчать и задуматься. Но ребята уже поймали мысль и вместе принялись придумывать, как изменить пионерскую работу, вернуть тимуровскому движению настоящую жизнь, без галочек и отчётов.

Я слушал и радовался: посаженые зёрнышки начали давать всходы. Именно отсюда, со школьной скамьи в селе Жеребцово пойдёт по стране поколение нового советского человека. Во всяком случае, я в это искренне верил и прилагал все возможные усилия для того, чтобы проект не забуксовал, не превратился в показуху.

К весне в нашей школе плотно работали аспиранты. Кто-то приезжал чаще, кто-то реже, у каждого своя задача. Но те, кто появлялся на школьном пороге, точно так же горели идей нового человека, который создаёт себя сам.

Особенно часто с детворой работала Настя Тихомирова — тихая, серьёзная девушка, внимательная и любознательная. Несмотря на свою обманчивую кукольную внешность, Анастасия оказалась очень деятельной. Интересовалась всем, от работы учителя до обязанностей директора и завхоза. Настя с удовольствием беседовала с детворой, участвовала во всех начинаниях. Не обошлось без проверки от детей.

Настя приехала по линии педагогики и с порога объявила:

— Я постараюсь не мешать, — улыбаясь, пояснила на первой встрече с Советом. — Мне нужно понимать, как вы принимаете решения. Что для вас важно, что нет.

— Можно мы вам тоже вопросы будем задавать? — тут же поинтересовалась Таисия. — Не только вы нам.

Аспирантка немного растерялась, потом улыбнулась и кивнула:

— Конечно. Я же не ревизор.

— А раз не ревизор, — перехватил инициативу выпускник Володя Муромцев. — Предлагаю не вопросы задавать, а поучаствовать в нашей жизни.

— Это как? — удивилась Тихомирова.

— Как, как, кверху к…

— Лёня! — возмутилась Тася, Совет школы грохнул хохотом.

— Да всё очень просто, — отсмеявшись, с лёгким вызовом в голосе, пояснил Владимир. — Оставайтесь у нас ну хоть вот на недельку… и проживите нашу жизнь. Без бумажки, сможете? На память не жалуетесь?

— Нет, — растерянно проговорила Настя, но я видел, как в глазах девушки блеснул азарт. До аспирантки дошло, что ребята берут её на слабо. Городская, что она может против сельского жителя.

— Ну и вот ежели сдюжите, тогда и поговорим, — вставил свои пять копеек Ванька Мальков, которого тоже выбрали в Совет школы.

— И ответите на все мои вопросы? — уточнила Анастасия.

— Догово́р! — кивнул Муромцев, и весь Совет выжидательно уставился на гостью.

— Согласна. А у кого можно остановиться на недельку? Подскажите, может, кто комнатку сдаст? — поинтересовалась Настя у детворы.

Спустя две недели Анастасия забыла, что приехала наблюдать и задавать вопросы, полностью погрузилась в школьную жизнь и проекты. Поселили девушку в моём старом доме. В том самом, где в домовине спала Степанида Михайловна. Обе мои соседки тут же взяли Настю под крыло, принялись баловать своими фирменными пирожками и прочими вкусностями. Впрочем, я не огорчился. Оксана оказалась отменным кулинаром. Мне оставалось только удивляться, как моя девушка всё успевает: и пациентов принимать, и по домам к больным заглянуть, и домом заниматься, и пироги стряпать. Да ещё и мне помогать с моими школьными делами.

К весне детвора окончательно поверила в то, что проект «Школа будущего» — реальность, а не просто для отчётов, и развернулась в полную