Достаточно взгляда - Марина Анатольевна Кистяева

Она так же скупо улыбнулась.

– Чуть-чуть.

Он обнял ее, встав на кровать коленями.

– Не бойся, – сказал он тихо. – Я осторожно.

Он лег на нее сверху, разводя бедра. Его вес снова прижал ее к кровати.

Его обнаженная близость сводила с ума. Каждая клеточка токами реагировала на него. И Софе нравилось!.. Кто бы знал, как нравилось!..

Он касался ее в одном месте, а пылало все тело.

Софа шире развела бедра. Чтобы ей было удобнее и ему. Чтобы прикосновения были плотнее.

Он почти касался ее там…. Членом. Она чувствовала, как он нет-нет, а задевает ее кожу, и каждый раз ее пробивало импульсами. Она протянула руку и коснулась лица Валида. Он боднулся в ее ладонь. Вроде бы игриво и в то же время подбадривающе. Потом нашел чувствительное место в самой сердцевине ладони и поцеловал. Сладко так стало… Софа невольно подкинула бедра кверху, выгнулась…

С губ Валида сорвался приглушенный рык. Ему нравилась ее реакция…

Он нашел ее грудь. Потом коснулся губами живота. Софа инстинктивно втянула в себя мышцы. Он что, снова собирается ее ласкать там?..

Она судорожно вцепилась ему в плечи, на себя потянула.

Пульс продолжал разгоняться.

Валид вытянулся на руках и заглянул ей в глаза.

– Уверена?..

Она сейчас его ударит…

– Да.

– Я могу подождать. Столько, сколько требуется.

Софа прикрыла глаза и толкнулась бедрами вперед.

Валид потянулся к прикроватной тумбочке и достал защиту. Быстро раскатал ее и снова к Софе.

– Обожаю тебя, девочка, – прошептал он, мазнув по ее губам.

И начал входить. Медленно. Сантиметр за сантиметром. Софа закусила губу, чтобы не закричать. Все же было больно. Она чувствовала, как он раздвигает ее изнутри, как наполняет собой, как растягивает то, что никогда не было растянуто.

– Дыши, – прохрипел Валид.

Она и дышала. Судорожно, часто. Как могла. Боль постепенно уходила, сменялась чем-то другим. Наполненностью, теплом, странным, непривычным удовольствием.

– Можешь двигаться, – прошептала она.

– Разрешаешь, да? – чуть слышно рассмеялся он, и его смех коснулся и ее груди.

Там, где тлело напряжение… И оно разом отступило.

Софа засмеялась в ответ и уткнулась ему в основании шеи.

Он начал двигаться. Медленно сначала, потом быстрее, глубже, жестче. Каждый толчок отдавался в ее теле вспышкой то ли боли, то ли удовольствия, то ли чего-то такого, для чего не было слов.

Она вцепилась в него, обхватила ногами, притягивая ближе, глубже. Хотела всего. Сразу. Без остатка.

Натянутая пружина внутри нее порвалась. Зазвенела, ударила куда-то вниз живота уже более отчетливо. Гул крови оглушал.

Софа застонала и полетела…

– Софа… Вот так… Ты кончаешь? Да ты ж моя сладкая…

Валид судорожно начал покрывать ее лицо поцелуями, чуть царапая щетиной кожу. Софа же сильнее в него вцепилась. Как непривычно! Как… потрясающе.

Он. Она. Вместе. Тело к телу. Импульс к импульсу. Она забыла обо всем на свете, полностью растворившись в этом моменте. В этом мужчине. В его движениях, ласках. В том, как он трогает ее. Замирает в какой-то момент и толкается особо глубоко.

Ее немного подкинуло, самую чуточку, и болью внизу отозвалось. Но Софа и не подумала отстраниться, наоборот, еще плотнее прижалась к Валиду, в очередной раз принимая на себя тяжесть его тела. Одну руку запустила ему в волосы, нашла затылок.

Ласкаться хотелось. Еще и еще.

ГЛАВА 26

– Я тебя не покормила. – Софа попыталась встать, но тяжелая рука не позволила.

– Мой желудок должен волновать тебя меньше всего.

Софа зажмурилась от счастья. На самом деле, она тоже не хотела разъединять объятия, с готовностью бы уснула. Прямо так. Прямо здесь.

Но нельзя.

Во-первых, надо помыться.

Во-вторых, час ранний. Спать не вариант.

Валид приподнялся на локте и отвел с лица Софы прядь, которую она и не заметила.

Его прикосновения были осторожными, мягкими, и они так контрастировали с тем, как он вбивался в нее совсем недавно. Жестко, глубоко, неистово, до скрипа в пружинах матраса, что у нее внутри все перевернулось. Сжалось и замерло.

– Ты как?

За простым вопросом столько всего скрывалось!.. И забота, и тревога, и невысказанное «не жалеешь ли ты?».

А главное, не ответишь же толком, не расскажешь обо всем, что творилось сейчас внутри. Начиная от груди, где сердце билось так, как будто хотело выпрыгнуть и покатиться по полу, и заканчивая пылающим лоном. А там пылало. И еще как. Когда Валид вышел, Софа испуганно охнула. Пусто стало. И холодно, будто из нее вынули что-то жизненно важное, без чего теперь нельзя жить.

С ума сойти…

Ее все сильнее штормило, раскачивая на эмоциональных качелях. Вечер выдался богатым на события.

– Нормально, – пропищала она, заливаясь краской от смущения.

Щеки пылали так, что казалось, к ним можно было приложить ладонь и обжечься. Жар поднялся от шеи до самых корней волос. Глаза она то и дело прятала, отводила от смущения. Уставится то на его ключицу, то на родинку на плече, которую она как-то раньше не замечала.

Она смотрела куда угодно, только не в эти карие пронзительные глаза, которые смотрели слишком пристально, слишком глубоко. Ей надо чуточку времени. Совсем немного, на вдохнуть и выдохнуть.

К чему она оказалась не готовой, так это к вопросам интимного характера от Валида.

У них все было… Куни, секс. Минета, правда, еще не было. Но это уже с ее стороны инициатива должна быть.

Многие девчонки прямо категорически не желали этого делать. Фукали. Типа мерзко и прочее. Как эту штуковину вообще в рот брать? Целовать? У Софы не было своего мнения по этому поводу. Вообще никакого. Она даже не задумывалась, слишком далекой, нереальной казалась ей сама возможность оказаться с парнем в такой близости.

Ровно до сегодняшнего дня.

Потому что она четко поняла – она хотела… Да-да, хотела… Попробовать. Ей же понравились поцелуи ниже пояса, наверняка и Валиду нравятся.

Но ничего подобного сегодня она делать точно не будет. Ей бы переварить все, что случилось.

– Точно? – допытывался Валид.

– Точно.

Она дотронулась до его плеча.

– Я в ванную.

– Хорошо. А я заварю нам чай.

Валид пружинисто поднялся и потянулся, отчего хрустнули позвонки. Софа невольно им залюбовалась. Какие же у него плечи… Широкие, покатые, с перекатывающимися мышцами под смуглой кожей. Каждая мышца играла при движении, перетекала, жила своей жизнью. А ягодицы! Их-то она видела впервые. Накачанные, крепкие,