Лед и сердце вдребезги - Дарья Волкова

* * *

То, чего так опасалась… или ожидала Алла, не случилось. Она даже не могла себе объяснить, чего она опасалась. Думалось почему-то с трудом. Но, если они все здесь — значит, будет разговор? Какой только разговор?! Алла не представляла. Ей было страшно до тошноты. О чем им сейчас таким составом можно говорить?!

Разговор состоялся. Они не молчали, нет. Но это был совсем не тот разговор, которого ожидала Алла. Сначала ее похвалили за шоу — оказывается, отрывки посмотрели все. Потом расспросили о том, что будет на новогодней программе, о том, как идет подготовка, и дадут ли им билеты.

Потом начался просто разговор на общие темы. В котором выяснилось, что все эти люди — ну, кроме Саши и его матери, приехали сюда из разных мест ради юбилея Туры. Что семья Кузьменко живет не только в Питере. Что Дина живет в Москве, а Лола вообще в Риге, а еще имеет офис в Милане. Что есть какой-то Федор, который должен прилететь завтра, потому что сегодня у него спектакль в «Ла Скала». А какой-то Марк прилетит точно, потому что он в принципе летает. Он пилот авиалайнера!

У Аллы голова шла кругом. Она ждала аутодафе, а попала на презентацию. Нет, ее периодически вовлекали в разговор, не давали ей побыть в роли молчаливого слушателя. Но легче Алле от этого не становилось. Что происходит, черт возьми, что?! Будто ей мало того, что на нее уже свалилось. Но когда она переводила вопросительный взгляд на Сашу, он только кивал ей — мол, все нормально. Это — нормально?! И тогда он касался ее руки или спины.

— Слушайте, с вами очень хорошо, — это Лола, или, как ее часто называли в разговоре, Ло. — Но у нас с Крис и мамой еще куча дел. Простите, любимая тетушка, но ваш юбилей — та еще засада.

— Я не просила.

— Еще чего не хватало, — Лола встала. — Все, мы побежали. Хлопот еще столько. Торт, стриптизер…

Женщина дружно рассмеялись. Алла перестала понимать что-либо вообще. Саша встал.

— Я вас провожу до машины.

И тут все стало ясно. Потому что из-за стола встали все, кроме нее, Аллы. И Туры.

Плеч Аллы вдруг коснулась рука, и женский голос тихо произнес на ухо:

— Я знаю, через что ты прошла. У меня такое было. После этого можно жить.

Алла обернулась.

Стоящая сзади Дина разогнулась и погладила ее по плечу.

— До встречи на юбилее.

Что? Что?! На юбилее?! До встречи?!

Но ей уже дружно повторяли эту фразу и Лола, и Кристина, надевали пальто, махали ей рукой. А потом они ушли. Вчетвером. Три женщины и Саша.

Оставив их с Турой за столом кофейни вдвоем.

А вот и аутодафе. Просто не публичное. Тет-а-тет.

— Послушай меня, девочка…

Алла не смогла сдержать вздоха. Она разучилась принимать это обращение к себе. Ей тридцать четыре! Последний раз девочкой называл ее Ростислав Андреевич. И тогда это была другая Алла.

— Прости, — ее руки быстро коснулись прохладные пальцы. — Я понимаю, что мы все для тебя оказались немного шоком. Что для тебя это все очень неожиданно, и… Я понимаю. Правда, понимаю. Понимаю и принимаю, что это в первую главную очередь касается только тебя. Принимать какое-либо решение по поводу беременности — твое право, твой выбор и твоя ответственность. Да, мы все знаем. Понимаю, что для тебя это может быть неприемлемым — что Александр рассказал нам. Но… Но пойми и ты. Речь идет о моем внуке. — У Аллы нашелся только еще один судорожный вздох. А вообще, она вся замерла. Тура словно гипнотизировала ее. Алле почему-то было очень страшно. Но это был не тот, утренний ужас перед неизбежным. Это был страх того, что ей придется делать выбор. Выбор, к которому она не готова. Страх того, что она с этим выбором не справится. А Тура продолжала: — Не знаю, рассказывал ли тебе Александр, чем я занимаюсь. — Алла помотала головой. — У меня медицинское образование. Не высшее, я медсестра. А еще у меня своя сеть косметологических клиник. Нет, я не хвастаюсь, разумеется. Я о другом. У меня очень большие знакомства в медицинской среде, Алла. На самом высоком уровне. Я лично знакома с владельцем клиники, которая специализируется именно на таких случаях, как у тебя.

Алла не выдержала и всхлипнула. Что ты рассказал матери, Саша? Все? Совсем все?! Как это… унизительно. Но ей не дали время на рефлексию.

— Алла, медицина не стоит на месте. Я проконсультировалась. Шанс есть, и он не маленький. Я договорилась. Тебя ждут в клинике. Да, надо будет лечь. И какое-то время там полежать, под присмотром врачей и с соответствующим сопровождением — медикаментозным и прочим. Они сделают все, слышишь, все возможное. И невозможное тоже. Одно твое слово — и мы сейчас же садимся в машину и едем в клинику. И все будет хорошо.

Все будет хорошо.

Все никогда не будет хорошо.

Никогда.

Уже никогда.

Аллу охватило отчаяние. Такое беспросветное глухое отчаяние. Ей не удастся выплыть в этот раз. Другой мужчина. Другая она сама. И риск, который тащит за собой страх — такой, что не дает дышать. И люди вокруг — замечательные, которые хотят ей только добра — смыкают круг, совсем перекрывая кислород.

— Я не могу. Простите, но не могу. Это… ничего не изменит. Я знаю.

Ей было страшно поднять голову и посмотреть на Туру. Поэтому Алла видела только, как ее руку сжала рука Туры. А потом исчезла. И вместо нее появился прямоугольник белого картона.

— Я понимаю. Ты умная и сильная девочка. Не фыркай, я имею право называть тебя так. Вы для меня все — девочки. И ты, и Кристина, и Лола. Тебе надо подумать. Это должно быть твое решение. Но помни, Алла. Времени на размышления у тебя не очень много. Вот моя визитная карточка. Звони. Звони мне в любое время. Пожалуйста, позвони мне.

И все исчезло. Алла осталась одна.

Совсем одна. Всегда одна. Это ведь ее выбор, верно?

Сборку послышались шаги. Алле было страшно поворачивать голову.

— Ты еще что-нибудь хочешь?

Да что ты, Саша, я сейчас так… И наелась, и нахлебалась. Унести бы.

— Нет. У меня заканчивается перерыв. Мне пора на каток.

Она встала, глядя Саше в грудь. И на свою куртку в его руках.

— Во сколько заканчиваешь?

— В шесть.

— Встречу.

Глава 11

Это было похоже на